Страница 81 из 92
В избе было темно. Уходя, семья Алены закрыла ставни, а теперь открывать их стало некому. Аарон долго стоял у входа, затем пригнулся, вошел. Хоть дверной проем и низкий, ему по грудь, потолок в сенях — высокий, из добротных ровных досок, да и побелен, чтоб посветлей. Сейчас это не слишком помогало. По левую руку от входа тянулись полки, непривычно пустые, справа — ряд крюков для одежды, выточенных Роном, мужем Алены. Деревянные, из сучьев узорного дерева, с красивыми разноцветными полосками, сверху уже посеревшими от пыли. У двери в дом — крутая лестница на чердак. Аарон прошел дальше, в избу. Там ― еще темней. Он невольно отшатнулся от висевшего возле входа зеркала, большого, квадратного, древнего. Было отчего: из темной глубины на него глянул хмурый лысый бугай с крупными порами на носу. Так точно человеческого лица не отражала даже вода в лесном пруду. Чувствовалось в этом зеркале… что-то нехорошее. Аарон окинул взглядом просторную комнату. Прибрана, все на своих местах. «Не все». Многих знакомых вещей не хватало: их клан забрал с собой, и теперь они лежали в Круглом Доме.
Аарон до хруста стиснул зубы. Он часто бывал в этом доме. Аарон уже восьмой год как вдов. Его жена, Беляна, двоюродная Аленина сестра, умерла семь лет назад. Поскользнулась на мокрой скале, разбила голову. Детей сделать они не успели. Аарон рассчитывал жениться второй раз, на дочери Алены, Настене. Невесело усмехнулся. Только сейчас заметил, что почти во всей семье имена одинаково оканчиваются. И его имя ― тоже в тон. «Только вот нет их. Ни Алены, ни Настены, ни Рона, ни даже мелкого Карена, который постоянно сбегал от работы по хозяйству на чертов чердак. Даже Рэнда, приемного сына этого клана, чужаки забрали, причем в первый же день. И Алекса…»
Аарон швыркнул носом. «Старый сказал, Франческа умерла. И Маргарет. А Мартин, дурак, с утра пришел за очередной порцией этой чужаковской мути, хотя глаза красные и нос распух, явно плакал всю ночь. Да и из тех, кто ушел из Деревни, выходит, никто не уберегся, даже у Дерека, этого умника, не вышло. Томаш еще тоже. Дурак». Аарон будет действовать умнее.
Подошел к окну. Сквозь щель в ставнях на широкий подоконник падала полоса света. Аарон провел по ней пальцем, оставив в светлой пыли темную полосу. «А у чужаков все в порядке. Даже тот, которого наши приволокли из Долины, говорят, оклемался». Аарон сощурился. «Если б не Рэнд, он бы там сдох. Это уж точно. Сколопендры б сожрали, и один только оранжевый костюмчик остался б». Черная, вязкая, как деготь, ярость вновь поднималась в нем.
— Гр-р-р.
* * *
Наземная база, 2550-07-27 08:10
На подлете к базе Вязиницына получила сообщение от Маккой, та просила подойти к инфекционному госпиталю как можно скорее. У входа ее встречали сама Лидия и целый консилиум психологов: все трое, кто работал на базе.
— Что случилось?
— Полчаса назад один из негоспитализированных жителей Деревни попытался наложить на себя руки. Считает, что его любимую дочь не спасти. Забрался на дерево. Спрыгнул вниз головой. Не рассчитал, ударился о толстую ветку. Сломал ключицу, куча синяков. Ничего серьезного, но ребята правы: мы очень плохо предсказываем поведение местных. — Лидия вздохнула. — Мы вывели из комы их врача, она не может даже сидеть самостоятельно, но требует немедленно вернуть ее в поселение.
— Вероятность инцидентов растет, — подхватила рассказ Лидии Полина. — Судя по историческим записям, Деревня десятки лет не переживала таких серьезных кризисов. Наши модели говорят, что возвращение этого врача, Вики, может дестабилизировать ситуацию.
— Все будет нормально. Обоих проснувшихся надо скорей вернуть назад в поселение, — подал голос Вернон, вставая и снимая ДР-очки. До этого он сидел в стороне, на солнечном пригорке метрах в пяти от входа в госпиталь.
Полина едва заметно вздохнула.
— В их обществе происходят значительные и очень непростые изменения. Все в Деревне — в непривычном стрессе, который, с учетом характера происходящего, перейдет в хронический дистресс, и к такому никто из них не готов. Каждый в их сообществе сейчас становится невероятно хрупким, так что мы должны быть предельно осторожны.
— Я знаю. — Ямакава ответил без раздражения и очень серьезно. — Я восемь лет в таком сообществе жил и два года таким управлял.
Полина удивленно вскинула брови. Вернон же, убедившись, что она приняла его довод, посмотрел на Малинику.
— Нельзя просто экстраполировать опыт развед-вейвов на поселение, полторы сотни лет изолированное от цивилизации, — сказала она.
— Нельзя, — согласился Ямакава. — Поэтому сегодня я полечу в Деревню с вами.
— Еще один, — буркнул Генри. Он сейчас был дежурным врачом, и у него чесались руки просто вколоть Вике успокоительное. Будь на ее месте коллега из состава экспедиции, он бы уже это сделал, но Полина непреклонно защищала жителей Деревни от химического управления их эмоциями, санкционируя только необходимый минимум. — Посмотри на себя! В Деревню! Мне даже датчик состояния не нужен, чтобы заметить, что ты на ногах еле держишься!
Вернон продолжал смотреть на Малинику. Рассказывать о вчерашнем разговоре с Олифером всему составу экспедиции они не решились, но Малиника поняла его намерения и без слов. «Ты, должно быть, единственный на все человечество, кто умеет быстро собирать упрощенные модели психологических ситуаций, обладающие достаточной достоверностью. Вторая докторская у тебя будет по математической психологии. Только гонит тебя вперед не любопытство и не тщеславие. Ты единственный из нас, кто сейчас действительно может минимизировать потери». Малиника медленно моргнула. «А еще тебе уже невыносимо лежать часами под агрегатом замены крови. Чтобы не сойти с ума, тебе нужно действие».
— Да. Вылет через двадцать минут.
— Ямакава, чтобы добрал и калории, и нутриенты. И чтоб к вечерней процедуре вернулся, — добавила Маккой.
* * *
Наземная база, 2550-07-27 08:50