Страница 95 из 98
— Теплеет не тогда, когда ты рядом. — Он смотрит на меня непривычно осторожно. — А когда ты одна. Будто рядом с тобой стало не на одного человека больше, а на полтора.
Я откладываю перо. Кладу ладонь на живот, где вот уже недель шесть я держу свой собственный, самый тайный счёт, который не поверяла ещё никому, даже себе до конца.
— На полтора, — говорю я. — Считать вы, ваша милость, всё-таки выучились. Хоть и делаете вид, что не у меня.
Он замирает. Потом до него доходит, и я вижу, как на лице дракона, который не сменился ни разу за весь наш страшный год, проступает то, чего не было даже на ступенях королевской палаты.
Он обходит стол, опускается рядом на колени и осторожно, будто боится сломать, кладёт ладонь поверх моей.
— Ряд наш придётся переписать, — говорит он хрипло. — Там теперь не хватает строки.
— Впишем, — говорю я. — У нас в этом доме умеют вписывать новые строки. Целый дом умеет.
Я кладу свою руку поверх его, поверх метки, поверх того третьего счёта, что мы завели, не спросив ни короля, ни судьбу. Метка теплеет ровно и спокойно, будто одобряет.
Так, Талия. Сведи последний счёт.
Год назад тебя привезли в закрытой карете и бросили к чужим ногам на грязный сундук, мёртвую на бумаге, с медным колечком, за которое ты выторговала себе лишний день. Ты считала засовы и не верила, что доживёшь до весны.
А теперь у тебя дом, дело, имя, девочка, что зовёт тебя по имени, дракон, что стоит перед тобой на коленях, и новая строка под сердцем, которую ты вписала сама, по выбору, а не по неволе.
Всё сошлось. Приход больше расхода. Впервые за всю твою жизнь — и, кажется, теперь уже навсегда.
Закрывай книгу, Талия.
На сегодня счёт сведён.