Страница 51 из 77
Судно содрогнулось. Раз, другой, словно что-то огромное пыталось вырваться изнутри. Доски затрещали, и я увидел, как по корпусу побежали трещины. Корабль менялся прямо на наших глазах, выплескивая на нас двоих угрожающую ауру.
— Кажется, весь корабль — это один злой дух.. — тихо произнесла Юл, смотря на трансформацию.
— Ага..
Нос судна вытянулся, раскрываясь подобно пасти. То, что я принял за потерявшую форму носовую фигуру, развернулось, обнажая ряды зубов из обломков досок и ржавых гвоздей. Мачта изогнулась, превращаясь в подобие шеи. Борта корабля выгнулись наружу, и из них проросли конечности в виде каких-то членистых отростков из переплетенного дерева и канатов, которые впились в песок, приподнимая всю конструкцию.
Тварь заревела так, что мы с Юл поморщились. Этот звук был похож на скрежет тысячи досок, трущихся друг о друга, смешанный с чем-то, похожим на стон умирающих.
Тварь двинулась на нас, обращенная к нам пасть раскрылась, и изнутри вырвалось облако черного тумана, пропитанного энергией смерти. Там, где оно коснулось песка, тот почернел и спекся в стекловидную корку. Проверять, насколько оно опасно, я не стал. Подхватил супругу и рванул прочь, уходя из-под удара. Монстру это не очень понравилось, и он выстрелил в нас из бортовых пушек. Объятые темной энергией ядра падали рядом с нами, а мне приходилось уворачиваться.
Перехватил Копье Пустыни левой рукой и прямо во время движения рубанул малыми разрезами смерти. Стойку для большого из-за Юл на руках принять не получалось. Но несмотря на влитую стихию молнии, техника не нанесла сколько-нибудь серьезного урона монстру. Кажется, он создавал вокруг себя какой-то барьер, и малого размера определенно было недостаточно, чтобы его пробить.
— Юл, я сейчас в Гаруд. Не могу сражаться и приглядывать за тобой.
— Нет! Давай прямо к монстру, я попробую кое-что.
Мгновение я размышлял, но в итоге послушался. Поспешил, используя технику шагов, прямо к монстру. Мы оказались перед его разинутой пастью, тот подался вперед, чтобы сожрать нас, но Юл подняла руку, и чудовище остановилось.
Я видел, как злой дух рвался, но словно оказался в невидимых цепях, и сила Говорящей с мертвыми ломала его изнутри.
— Ты.. не тронешь нас! — воскликнула Юл, и гигантское чудовище отпрянуло, стало пятиться, а я поставил супругу на землю.
Теперь уже она шла монстру навстречу, а я был рядом, чтобы помочь, если что-то пойдет не так.
— Ты.. подчинишься!
Я видел, как её лицу тек пот, с каким трудом ей давалось подчинение этого чудовища. Когда Юл подошла совсем близко, пасть твари внезапно распахнулась ещё шире, и оттуда полезли тысячи призрачных рук. Они устремились к девушке, я шагнул вперед, но супруга внезапно остановила меня, выставив передо мной руку.
Вместо того, чтобы отступить, она шагнула к конечностям, взмахнула призванной косой, и те рассыпались тысячами сияющих искр. Монстр в этот момент жалобно застонал, не в силах ни убежать, ни сражаться.
— Отвори мне свое сердце.
Монстр сопротивлялся.
— Отвори мне свое сердце! — решительно повторила Юл.
Наконец доски стали расходиться, а внутри оказался сундук, полный монет, от которых веяло такой концентрированной проклятой силой, что даже мне стало дурно.
— Сейчас можно, Нейт, — бросила мне супруга, и я не стал размышлять о том, что именно нужно делать.
Рванул к сундуку, размахнулся мечом и использовал Громовой Меч Короля Драконов. Огромный сияющий меч, в котором была не только стихия молнии, но ещё и серебристая сила Копья Пустыни, рухнула на сундук. Золотые монеты мгновенно почернели, стали гнить и разлагаться, а затем и вовсе таять.
Проклятый корабль уже не стонал, он ревел и агонизировал. Доски стали отваливаться, а мачты — падать. За несколько мгновений он превратился в просто гору разного хлама. А узел Истинного начала в этот момент оживился и с жадностью поглощал крохи чужой энергии смерти в воздухе. Как и во время сражения с другими сильными злыми духами, я становился сильнее, и за этот короткий бой, кажется, открыл ещё два узла силы. Третий шаг взят, до преграды оставалось ещё два шага.
Юл покачнулась и стала падать, но я успел её поймать раньше.
— Ух..
— Ты невероятна, — я поцеловал её, и она мило заулыбалась.
— Ага, великая и ужасная Говорящая с мертвыми, — хихикнула она. — Правда, я, кажется, немного перестаралась. Голова кружится.
— Теперь-то мы можем возвращаться домой?
— Угу. Мы освободили целую кучу душ, Нейт. Тот золотой сундук — это его сердце, а каждая монета — это чья-то душа. Представляешь?
— То есть он копил силы за счет чужих душ?
— Да, держал их как свою подпитку. Мейли называла таких злых духов коллекционерами, и они одни из худших. Этот проклятый корабль веками странствовал бы по третьему витку, нападая на других, пополнял бы свою команду одержимыми, а души жертв становились бы монетами и делали его сильнее.
— Жуть.
— И не говори. Но знаешь, что самое жуткое?
— Что?
— Что он тут вряд ли один. Подобные твари рвутся через этот пролом и будут продолжать это делать, если мы не придумаем, как его закрыть.