Месопотамия

9

Багдад, осень 1917

Генерал Мод обратился к населению Багдада и Месопотамии: «Благородные арабы, мы пришли к вам как освободители, а не завоеватели или враги. Со времен вторжения Хулагу

[46]

[В 1258 году монгольская армия под предводительством хана Хулагу вошла в столицу Аббасидского халифата – Багдад. Погибло около миллиона человек. Монголы разрушали мечети, громили дома, жгли книги. Крупнейшая библиотека Средневековья была уничтожена. Багдад был разрушен, что означало конец так называемого Золотого века ислама.]

ваши земли страдали от произвола чужеземцев, ваши дворцы разрушались, ваши сады приходили в запустение… Ваших сыновьей отправляли воевать на чужие войны. Ваши богатства похищали и увозили в далекие края. Великобритания дает вам слово: вы будете процветать, как во времена, когда Багдад был одним из чудес света… Великобритания не желает навязывать вам чужие порядки… Я приглашаю ваш народ, через посредничество старейшин, знати и других представителей, принять участие в гражданском управлении вместе с ответственными британскими политиками…»

С тех пор как арабский текст выступления генерала Мода был вывешен на всех стенах города, жители Багдада принялись осаждать британское посольство. Суфии

[47]

[Последователи суфизма (тасаввуфа) – аскетически-мистического направления в исламе.]

в зеленых тюрбанах, знатные сунниты и шииты

[48]

[Сунниты и шииты, подобно православию и католичеству, две крупнейшие конфессии в исламе.]

, женщины в черных хиджабах, несторианцы

[49]

[Приверженцы несторианства – течения в христианстве, видящего в Иисусе Христе два субъекта (Сына Божия и человека Иисуса). Течение названо по имени Нестория, архиепископа Константинопольского (428–431).]

, саббатианцы

[50]

[Приверженцы саббатианства – еретического направления иудаизма, возникшего в 1665 году, после того как Шабтай Цви (в другой транскрипции Саббатай Цеви) объявил себя мессией.]

, халдеи

[51]

[Месопотамские и персидские христиане, как несториане и перешедшие в православие, так особенно перешедшие в унию с Римом (Халдейская католическая церковь).]

, иудеи и православные, говорящие на иврите, арабском, турецком, курдском, персидском и армянском языках, толпились под высокими аркадами на берегу реки. Они хотели встретиться с представителем оккупационной администрации, побольше узнать о новых хозяевах, чьи заявленные намерения были слишком благородными, чтобы не вызывать подозрений. Каковы новые правила игры? Какое правительство сформируют «англезы»? Кто будет принимать «участие в гражданском управлении вместе с ответственными британскими политиками», как сказал Мод? Кстати, турки ведь в полном составе отступили в Мосул. Что, если они еще не сказали свое последнее слово? Что, если вернутся с подкреплением – сотнями офицеров и десятками тысяч немецких пехотинцев? «Да, что будет, если вернутся турки?» – волновались багдадцы.

Британо-индийские администраторы кивали, записывали имена, жалобы, успокаивали. Потом пожимали плечами и, как только их собеседники отворачивались, фыркали: «Благородные арабы…» Заявление генерала Мода составил какой-то умник из Лондона, у которого не имелось никакого представления об этих местах. В отличие от него администраторы знали, что территорию Месопотамии населяют тысячи народов, исповедующих столько же религий, что, как и в Индии, они не сложатся в единую нацию, что националистское движение здесь почти не оформлено, что евреи и христиане – жители второго сорта при власти османов – очень рады приходу британцев, что мало кто из местных образован достаточно, чтобы занимать важные посты. Арабы Месопотамии – один из ведомых народов, по определению бывшего проконсула в Каире. Незадолго до начала войны он написал в своем резонансном труде

[52]

[Речь идет о книге Альфреда Милнера England in Egypt. В Египте Милнер работал заместителем министра финансов с 1889 по 1892 год. В 1892 году, по возвращении на родину, он опубликовал этот труд, ставший авторитетным отчетом о работе, проделанной со времен британской оккупации.]

: «Они по своей природе не могут рационально мыслить. Европеец – строгий мыслитель, прирожденный логик. Его натренированный разум работает как слаженный механизм, в то время как ход мыслей жителя Востока напоминает живописные улочки местных городов, напрочь лишенные порядка. Обычный египтянин, рассказывая какую-нибудь историю, станет сам себе противоречить с полдюжины раз… Его рассуждения будут беспорядочны и неточны. Ислам еще больше замедляет прогресс и развитие гражданской сознательности…»

Стучали пишущие машинки,

Eastern Telegraph Company

передавали телеграммы, из Лондона в Бомбей и обратно направлялись целые пачки писем. Словно Робинзон, покоривший остров своим трудолюбием и находчивостью, британо-индийская гражданская администрация взялась за дело с неутомимым энтузиазмом. «Как безумные муравьи», – говорили сидящие в кафе багдадцы, изумленные таким рвением и педантичностью.

Новоприобретенную Месопотамию стремительно брали в оборот, несмотря на сумасшедшую жару в 50 градусов. Колониальные чиновники раздавали указания, военные инженеры ремонтировали, строили, измеряли, составляли списки. Они не покладая рук делали записи, сводили в таблицы разного рода информацию: статистические данные и отчеты. Война продолжалась, а значит, надо было чем-то кормить солдат, для этого у крестьян начали изымать пшеницу. Слуги империи предприняли большое налоговое наступление: инспекторы в сопровождении вооруженных людей приходили требовать налоги на землю, жилье, воду, бойни, урожаи, владение животными, доход от торговли. Британцы стремились убедить недавно подчиненные народы в неоспоримой благотворности своего влияния и в том, что вакцинация, устройство выгребных ям, сбор мусора, строительство мостов и электростанций не происходят сами собой, у всех этих благ цивилизации есть цена. Великие империи немыслимы без систем налогообложения. Индия не стоила метрополии ни одного фунта стерлингов.