Страница 27 из 77
– Я не ослышался? – спрашивает Картер, привалившись плечом к дверному косяку в моей мастерской. Он беспрерывно смотрел в свой телефон, отслеживая курьера, который должен был привезти нашу пиццу еще пятнадцать минут назад, но теперь все его внимание было направлено на меня, – Теа и ты…, – Картер снова смотрит в телефон, – Вы будете вместе присматривать за сыновьями Дилана, а еще тебе нравится цвет ее глаз, и она так
нежно
обращается с мальчиками…Мужик, признай, наконец, что она тебе нравится?
– Она нравится мне, но не в том смысле, в котором ты думаешь.
– Что за бред? Она либо нравится тебе, и ты рассматриваешь ее, как сексуальный объект, либо нет. Но мне кажется второй случай не твой.
– Картер, сейчас у меня нет ни времени, ни сил на случайные интрижки.
– Слово «случайные» явно сюда не подходит.
Телефон Картера издает сигнал.
– Наконец – то, твою мать, – бросает друг, – Сейчас я схожу за пиццей, но не думай, что этот разговор закончен.
Картер возвращается через три минуты, держа в руках две коробки с горячей пиццей. Он ставит их на перевернутое ведро, которое Лоусон предпочитает использовать в качестве стула, и достает из маленького переносного холодильника две банки пива.
– Ужин подан, сэр, – сообщает Картер, и я отрываюсь от холста. Делаю шаг назад и удовлетворено смотрю на результаты своего труда. Мне все – таки удалось найти идеальный оттенок зеленого и теперь на меня смотрели роскошные нефритовые глаза, в окружении перламутрово – рубиновых роз.
– Нет времени на интрижки? – победный тон Картера выводит меня из себя, но я прикусываю язык, не давая ему возможности в очередной раз убедиться в своей правоте, – Не припомню, чтобы видел Кори хотя бы на одной из твоих картин.
– Давай, поедим, – я резко разворачиваюсь, пока мой друг не успел схлопотать по физиономии и накрываю картину куском белой ткани.
Я сажусь на пол и от меня не укрывается довольное хмыканье Картера, которое я предпочитаю игнорировать.
– Пригласи ее на свидание, – гребанный Картер не может заткнуться даже, когда ест, – В конце концов, небо не рухнет на землю если ты позволишь себе немного расслабиться.
– Уймись, Картер, – рявкаю я, – Между мной и Теей ничего не будет.
– Ты – неубедителен.
– Заткнись.
Мы приговариваем пиццу и все это время, Картер бросает на меня многозначительные взгляды.
– Можно спросить? – наконец, не выдерживает он.
– Если я отвечу «нет», ты промолчишь?
– Нет, – серьезно отвечает Картер, хотя это и не требовалось.
Я смотрю на Картера, который стряхивает в рот последние капли пива и швыряет банку в мусорное ведро.
– Как часто ты думаешь о Кори с тех пор, как познакомился с Теей?
Подловил.
Видимо я слишком долго молчу, потому что Картер продолжает.
– Чувак, жизнь продолжается.
Я сурово смотрю на него.
– Я знаю, Картер. Но, как это будет выглядеть? Я не хочу, чтобы Теа думала будто я использую ее, чтобы забыть о Кори.
– Может для тебя это будет открытием, но ты
уже
забыл о Кори.
Я опускаю голову и смотрю на свои испачканные краской руки.
– Я больше не хочу всего этого. Мне нужно много работать. Готовиться к выставке. Учиться, в конце концов. Теперь отношения – это не то, на что я готов тратить время.
– Я не призываю тебя начинать новые отношения. Просто попытайся не противиться тому, что происходит. В любом случае, эта девушка достойна внимания.
– С этим трудно поспорить, – вздыхаю я, – Теперь убирай мусор и проваливай. Мне нужно еще поработать.
Картер широко улыбается, поднимает свою задницу с перевернутого ведра и собирает остатки нашего ужина в пакет.
Он уходит, а я до позднего вечера остаюсь в мастерской.
После работы я решаю не идти домой, а прогуляться по городу. Простые прогулки не являются частью моих будней, поэтому иногда приятно насладиться ими. Я засовываю в рот сигарету с корицей, прикуриваю и бреду по знакомым улицам, которые всегда имели для меня свою привлекательность. Кори не любила подобные прогулки. Ей нравилось проводить время с подругами или танцевать в барах и ночных клубах. Быть в центре внимания и притягивать к себе взгляды окружающих. Я же предпочитал запираться в своей мастерской с наушниками в ушах, курить и создавать картины, которые ко всему прочему великолепию, помогали мне оплачивать счета, платить за жилье, учебу и покупать продукты.
Мы с Кори были разные, но все же я любил ее.
Любил.
Именно так.
В прошедшем времени.
Я делаю затяжку и мысли о Кори, сменяются мыслями о маме. Как бы она поступила зная, что ей отведено так мало времени? Почему она доверилась моего подонку – отцу и почему не почувствовала опасность в тот день, когда отправилась по магазинам? Уже пять лет я жду, когда больной ублюдок, забравший у меня мать отправится прямиком в ад, но он до сих пор продолжает жить.
Мысли продолжают сменять друг друга, город погружается во мрак и сам того, не замечая я оказываю на Сентер – Авеню. Прямо у дверей цветочной лавки, но в отличие от предыдущего раза сегодня я трезв. Шестнадцать капель коньяка не в счет.
Я вижу Тею. С наушниками в ушах она протирает витрину с хризантемами и каждое ее движение отзывается во мне. Я наблюдаю за плавными движениями девушки и пальцы начинает покалывать от желания взять в руки кисть. Как какой – то сумасшедший преследователь я подсматриваю за ней через витрину цветочного магазина отчаянно пытаясь сохранить в памяти каждый фрагмент, чтобы потом перенести на холст.
Боже, наверное, я окончательно сошел с ума!
Я думал, что расставание с Кори сделает из меня черствого человека, больше никогда не способного на чувства, но, кажется, я ошибался.
Теа перемещается к витрине с кустовыми розами. Приподнимается на носках, чтобы дотянуться до верха. Тело Теи натягивается, как гитарная струна и я умираю от желания прикоснуться к девушке.
– То чем ты занимаешься очень напоминает уголовное преступление, – раздается рядом со мной.
Я резко поворачиваю голову и вижу подругу Теи – Бостон. Ее старший брат учится со мной на одном курсе. На последней в прошлом году вечеринке братства он предупредил всех парней, что его сестра недосягаемый сексуальный объект и нам лучше держаться от нее как можно дальше.
– Я не собираюсь делать ничего плохого, – я снова смотрю на Тею, которая перестала протирать витрины. Теперь девушка устроилась за прилавком с книгой в руках.