Страница 99 из 145
Мы сразу подтянулись к огню. На костре томилось рагу из копченой оленины – чуть дымное, с пряностями, жиденькое как раз настолько, чтобы согревать изнутри, но достаточно сытное, чтобы удержать силы в теле. Ели молча, иногда кидая Гёте по паре добрых слов, но, признаться, не для того он готовил. Он не ждал похвалы. Просто делал хорошо, потому что не мог иначе. А мы… мы были случайными гостями на его маленьком кулинарном празднике.
После ужина был его фирменный чай, с теплым дымком, чуть терпкий, а Сиана, будто дождавшись нужного мгновения, вытащила из сумки мешочек со сладостями. При виде угощения у Линель загорелись глаза, а Ласка, словно по команде, материализовалась из темноты и тут же встала первой в очереди.
– Это то, что я думаю? – спросила Линель.
– Хугнары, – пояснила Сиана, раскладывая угощение на полотняную салфетку. – Маленькие плотные пряники, обычно медовые или ореховые, с добавлением хвойного сиропа или ягодного настоя. Их подают к стуру, чаще всего по вечерам, когда хочется тепла и покоя.
Она помолчала и добавила:
– Считается, что если поделиться с кем‐нибудь хугнаром, то принимаешь его как своего.
Угощения хватило всем. Но большего восторга, чем Ласка, наверное, не испытал никто. Она сидела, слегка подрагивая хвостом, словно через него прокатывались волны радости, а я еще и чувствовал это ментально – так сильно было ее удовольствие.
Я потянулся еще за одним хугнаром, смахнул с него крошку и посмотрел на Сиану:
– Ну что ж, думаю, мы готовы выслушать историю этих мест.
Она взглянула на костер. Потом – на нас. И начала рассказ.