Меч света

Глава 7

Мудрец

Отойдя на приличное расстояние от города, мы остановились, чтобы перевести дух. Белоснежные башни Эгрона уже скрылись за горизонтом, растворившись в легкой дымке. Все это время мы шагали по удобной дороге, но пришлось свернуть – дорога внезапно уходила в противоположную от нужной нам стороны.

Ходить по лесу совсем не то, что по дороге. Заросли цепляются за одежду, под ногами то ямы, то корни, то острые камни, а любой овраг или крутой подъем кажутся настоящим испытанием. К этому времени я как следует прочувствовал, насколько хороши мои сапоги. Подошва из плотной многослойной кожи защищала стопы так, будто я шел не по дикому лесу, а по мягкой ковровой дорожке. Почему таких у нас не делают? Наверное, делают, только без магических характеристик.

Привал мы устроили на небольшой поляне, в тени огромного дерева с раскидистой кроной. Гёте быстро развел костер, я занялся водой. Поставили котелок, чтобы закипятить, – чай попить, подкрепиться. Чай тут, кстати, особенный. Я пока не вник в рецептуру, но бодрит он лучше любого кофе, что я пил раньше: и вкус, и эффект – все на высоте.

Решили не набивать животы до отвала: путь впереди долгий, а с полным желудком идти не в кайф. Солнце еще высоко, можно успеть пройти немало.

Когда горячие кружки уже согревали руки, а на широком пне, застеленном чистым полотенцем, лежали хлеб, колбаса, нарезанный лук и все было готово к неспешной трапезе, мы услышали легкий шелест. На ветку неподалеку плавно опустилась птица – ворон. Но необычный. Он был крупнее всех, что я видел, черное оперение отливало синевой, а взгляд… Не знаю, как описать. Обычно у птиц в глазах пустота, чистый инстинкт. А этот смотрел так, будто понимал. Словно наблюдал, изучал. И, что страннее всего, не боялся. Его черные глаза в упор пялились в мои.

– Приветствую вас, искатели приключений, отважные герои, идущие навстречу смерти! – произнес ворон.

Говорил он вроде бы негромко, но каждое слово врезалось прямо в голову, словно резонанс. Голос, от которого невозможно отмахнуться, его хотелось слушать и вслушиваться, будто под гипнозом.

Я машинально перевел взгляд на Гёте. Тот как ни в чем не бывало продолжал жевать колбасу, даже бровью не повел, будто говорить птицам – дело обычное.

– И мы вас, – спокойно ответил я. – Не желаете присоединиться к трапезе?

– Нет, спасибо. Я уже пообедал. А вы наслаждайтесь. Возможно, это ваш последний обед в жизни.

Его голос остался таким же спокойным, но слова сбили меня с толку. Я аж поперхнулся.

– Что вы имеете в виду? – осторожно спросил я, став немного напряженнее.

– Только то, что по вашему следу идут четверо. Вооруженные, быстрые, целеустремленные. И не думаю, что они торопятся к ужину.

Гёте сразу же напрягся. Уложил ломоть хлеба обратно, взял в руки топор и щит. Без слов. Ни секунды сомнений, просто собрался. Видимо, в словах ворона он не сомневался ни на йоту.

Что‐то он знает. Точно знает, кто это и зачем. Я быстро прикинул ситуацию.

– Гёте, спокойно, не паникуй. Сделаем вид, что ничего не знаем. Заманим в ловушку, – сказал я, и тот кивнул.

В том месте, где мы вышли на поляну, росло дерево с густой, плотной листвой и ветвями, тянущимися к земле. Отличное место для засады. Забравшись повыше, я затаился, вжимаясь в ствол и ловя каждое движение внизу.

Время тянулось. Минут двадцать, может, тридцать – и наконец слышу хруст веток, дыхание. Четыре фигуры двигались по лесу легко, уверенно, не прячась. Они не боялись, просто шли на нас. Когда вышли на поляну, резко остановились, заметив гнома. Дистанция хорошая: для атаки пока далековато, но поговорить можно.

Они не спешили нападать. Один, самый крупный, шагнул вперед и заговорил:

– Гётезар, это ты?

Голос был грубым, уверенным, с оттенком превосходства. Видно, считал себя лидером, и, судя по телосложению, небезосновательно.

Гном продолжал спокойно пить чай, даже не взглянул в их сторону, будто разговор его вовсе не касался.

– Слушай, отдай нам мальчишку, и мы тебя не тронем. Зачем тебе проблемы? – вступил второй, стоящий по правую руку от главаря. Голос скользкий, приторный. Было ясно, что они уверены в себе.

Гёте медленно поднялся. Словно между делом вытер усы рукавом, затем взял в одну руку топор, в другую – щит. Его голос был тихим, спокойным, с легким презрением, но каждая буква звучала как вызов:

– Вы правда думаете, что способны доставить мне проблемы?

Мгновенная тишина. Напряжение повисло в воздухе.

Шайка двинулась вперед, разделившись: вожак с подручным шли первыми, еще двое слегка отстали, крались.

Я не дал им шанса. Мгновенно – раз, два! – по ножу молнией вырвалось из моих рук, и лезвия прошили горло обоим отставшим. Кровь брызнула, они, захрипев, рухнули почти синхронно.

Гном, не дав лидеру опомниться, с боевым ревом ринулся вперед. Первый удар топора – и меч выбит из рук врага; второй – и голова отделяется от плеч, катится по траве. Все, что я съел на обед, тут же взбурлило в желудке, и пришлось сжать зубы, чтобы не вырвало. Запах крови – резкий, теплый – ударил в нос.

Оставшийся мужик побледнел, бросил оружие, поднял руки и начал дрожащим голосом умолять:

– Не убивайте, прошу! Я… у меня дети! Голодные! Я не хотел, бес попутал! Мне приказали!

Гном, не отвечая, размахнулся и тыльной стороной ладони дал тому такую оплеуху, что тот развернулся, рухнул на землю и начал визжать, прикрывая голову руками, как испуганная девчонка.

– Стой! Не убивай! – крикнул я, спрыгивая с дерева.

Ноги подгибались от адреналина. Стараясь не смотреть на обезглавленное тело, я подошел к трясущемуся наемнику и наклонился над ним.

– Отвечай на вопросы, и, может быть, останешься в живых.

Тот немного успокоился, понимая, что хотят с ним говорить, а не рубить на месте. Приподнялся, но остался сидеть на земле, опустив голову, будто пряча глаза. Жалкое зрелище: буквально пять минут назад строил из себя героя, а теперь – дрожащая тень, которой уже не до мечтаний о легкой наживе.

– Кто вас послал? – глухо произнес гном, но со сталью в голосе. Тот, кто хоть раз слышал ее, знает: лучше не врать.

– Это все Вэнэр, – залепетал мужик, – сказал, пацан кинул его, и теперь не успокоится, пока не достанет.

– Кинул? – Я шагнул вперед. – Это когда интересно? Ты, часом, не путаешь?

– Откуда мне знать, – забормотал он, – бубнил что‐то, мол, кровь вепря от человеческой по запаху отличит.