Страница 21 из 83
На улице нас тут же атаковал ветер с Невы. На Дворцовой площади прогуливались туристы, экскурсоводы с яркими флажками водили группы. А через дорогу, в саду у фонтана Адмиралтейства, вовсю цвела сирень, и этот насыщенный аромат сводил с ума. Обычный почти уже летний день. Город жил своей жизнью, и мы для него были просто песчинками.
Штиль ждал у машины. Он коротко посмотрел на ленту через плечо отца, на звезду на груди… И поклонился.
— Поздравляю, Василий Фридрихович. Анна первой степени — это достижение.
— Спасибо, господин Штиль.
Мы сели в машину. Двери закрылись, и нас окутала уютная тишина. Лишь тихий гул вентилятора разгонял воздух.
Отец заговорил первым:
— «Посольство мастерства». Звучит красиво. Но что это будет значить на практике?
— Что нас будут посылать за границу или заставят делать красивые вещи, чтобы создавать впечатление. С государственной поддержкой и дипломатическим статусом.
— То есть мы становимся… артефакторами на государевой службе, — заключил отец.
— Мы подданные государя. Мы и так у него на службе, — отозвался я. — Только не на жаловании, а на заказах. Разница — как между нанятым поваром и шефом, которого приглашают готовить для особых случаев.
Отец помолчал, потом улыбнулся.
— Что ж, мне нравится быть шефом.
Я улыбнулся, достал телефон и набрал Лену.
— Сестрица, готовь игристое. И блокнот — тебе понадобятся оба.
— Что случилось? — Лена чуяла новости, как акула чует кровь — за километр.
— Орден Анны первой степени. Потомственное дворянство. Аудиенция у министра Двора. Государственная миссия. И приглашение на приём в честь визита императора Поднебесной.
Секунд десять она молчала. Непривычно длинная для Лены пауза, которая обычно не молчала дольше двух секунд.
— Лена?
— Я здесь. Просто… села. Анна первой? Ты серьёзно?
— Абсолютно.
— Потомственное…
— Для всей семьи. Навсегда.
Лена всхлипнула. Моя железная, несгибаемая, деловая сестра, которая не плакала на совещаниях, почти не переживала на экзаменах и держалась, когда на нас столько раз нападали, — всхлипнула.
— Пошлю к мадам Лурье за игристым, — сказала она, собравшись. — Самым лучшим. Скажу Марье Ивановне, что нужен стол. И Денису позвоню, приглашу… Вы только приезжайте поскорее.
— Скоро будем, дорогая.
Я отключился и уставился в окно.
Штиль вёл машину по Невскому — ровно, спокойно, чуть медленнее обычного, стараясь не лавировать в вечно загруженном потоке. Видимо, понимал: некоторые моменты нельзя ускорять.
Я смотрел в окно. Петербург — солнечный, летний, прекрасный. Купола соборов блестели на фоне голубого неба, шпиль Адмиралтейства горел золотом, облака были белыми и лёгкими, как нефритовые облака на постаменте нашего яйца.
Всё сходилось. Все линии — переплетались. Орден, дворянство, государственная миссия, визит китайского императора, предложение Лю Вэньцзе, мёртвый камень, тренировки с Барсуковым, экзамен на восьмой ранг. Как контуры на чешуйках яйца: каждый отдельно — ничто.
Но вместе — шедевр.
Осталось только правильно всё настроить и заставить работать на нас.