Страница 224 из 323
Глава сорок первая
Путь вниз, в нижнее подземелье, стал настоящей мукой. По большей части по крайней мере. Во-первых, каждый шаг отдавался вспышкой боли в ногах и теле Рея, и даже несмотря на то, что Ария помогала ему с одной стороны, а Кэтчер с другой, Рей продвигался вперед лишь за счет того, что зажмуривал глаза и заставлял себя терпеть каждое движение. К счастью, подземные коммуникации и лифты, судя по всему, были очищены, пока УМ проводил зачистку Арены, потому что он не знал, хватило ли бы у него терпения на те дополнительные пристальные взгляды и шепотки, которыми в противном случае неизбежно одарили бы их группу. С другой стороны, Рею, пожалуй, было бы все равно. Все болело слишком чертовски сильно.
С другой стороны, эта мысль подверглась сомнению, когда в северном вестибюле их встретил Рис, выглядевший сурово и одаривший Рея неприятным хмурым взглядом по мере их приближения. Будучи главным судьей Галена, было вполне логично привлечь майора к наблюдению, но Рей отдал бы руку за то, чтобы на его месте оказался хотя бы Самсус.
«Второе нижнее подземелье?» — это все, о чем спросил мужчина, глядя на Дент в поисках подтверждения, как только они подошли достаточно близко, и поднимая руку, чтобы вызвать для них кабину, когда та кивнула. Однако он продолжал бросать на Рея косые взгляды, и даже если ловить их лишь время от времени, было очевидно, что интерес майора сосредоточен на чем угодно, только не на беспокойстве. Раздражение казалось более точным определением: будто и сам взлом, и последовавшая за ним ситуация были не только виной Рея, но и крайне некстати обременяли плотный график Риса.
Но нет… Нет, это было не совсем справедливо, понял Рей, когда кабина достигла их и двери начали перед ними открываться. Он переносил собственные предположения на майора, а потому, когда они шагнули внутрь, он предпринял осознанную попытку поймать взгляд мужчины, попытаться выяснить, какого черта у того вообще могут быть проблемы сейчас. Ему это удалось, и хотя Рис снова быстро отвел глаза, Рей был совершенно ошеломлен тем, что, как ему показалось, он на самом деле увидел на этот раз в выражении лица мужчины.
Неужели это было… беспокойство?
Ну, это что-то новенькое, подумал про себя Рей, пока Ария и Кэтчер помогали ему войти в лифт, учитывая, что меньше всего на свете, помимо всего прочего, ему хотелось бы, чтобы люди начали его бояться.
В целом поездка выдалась унылой, с единственным утешением, делавшим ее хоть чуть-чуть лучше. Одним единственным огромным утешением.
— О… — удивленно выдохнула Ария слева от Рея после того, как все девять человек втиснулись в кабину. Он сумел повернуться к ней, как и остальные участники «Песни Огня», оба капитана и майор. Щеки ее пылали, и поначалу Рей испугался, что его дополнительный вес сказывается на ней, но тут же поправил себя. Во-первых, Ария была Фалангой и приближалась к рангу бэ. Вероятно, она могла бы закинуть его себе на плечо и пробежать шестнадцать километров в гору, прежде чем хоть сколько-нибудь запыхаться.
Во-вторых, ее лицо сияло, озаренное воодушевлением, которое, казалось, на мгновение смыло затаившуюся тревогу и страх, все еще цеплявшиеся за нее.
— Це восемь… — тихо проговорила она. — И эволюция…
И тут же к Рею вернулось предвкушение, ставшее теперь вдвойне сильнее, выдергивая его из боли разбитого тела настолько, чтобы прошептать слова благодарности Кэтчеру слева от себя и опустить руку с плеча Сейбера.
Ария одна помогла ему выйти из лифта — неужели этот коридор всегда был таким чертовски длинным? — после чего они захромали вперед, пока не добрались до широкого проема в изогнутой стене, выводившего на тренировочное поле в полуподвале. Перешагивать порог этого огромного пространства всем вместе было немного жутковато. Несмотря на заявление Арии, по дороге сюда никто из них не обмолвился и десятком слов, и эта тишина лишь подчеркивала зловещую пустоту помещения. Рей понял, что никогда еще не видел этот подуровневый зал таким — лишенным всякого движения и шума. Раньше, когда бы он ни ступал на проецируемые панели во время занятий, турнирных разминок или заминок, здесь всегда кипела жизнь, и теперь эти бескрайние просторы заставляли его чувствовать себя донельзя крошечным.
Рей не любил чувствовать себя крошечным.
— Так сойдет, — негромко бросил он в сторону Арии, когда они достигли края ближайшего из шести дуэльных полей, расчерченных в границах Варгейма. — Мне нужно сделать это отсюда.
Ария замялась, но смотрела она вовсе не на него. Она остановилась как вкопанная еще до того, как он успел договорить — ее босые пальцы ног замерли едва ли не в футе от серебристой линии поля, — и взгляд ее был прикован именно к этому металлу, к этой черте. Рей легко мог угадать ее мысли.
Страх вернулся, и стал сильнее прежнего.
От осознания того, что он здесь такой не один, Рею стало чуть легче…
— Эй, — произнес он, вкладывая в голос как можно больше напускной уверенности. — Все в порядке. Мы справимся.
Она вздрогнула под его рукой, а затем кивнула, не глядя на него. После этого она плавно высвободила его из-под своего веса, как он и просил, замирая лишь тогда, когда он невольно стонал в тот момент, когда его ноги и позвоночник протестовали против этого движения. К тому времени, как он наконец встал на собственные ноги, она, казалось, взяла себя в руки: челюсть ее была сжата, а выражение лица — куда более решительным.
И вовремя, потому что как раз в этот момент рядом с ними оказалась Дент.
— Занимайте стартовые круги, как будете готовы, кадеты, — мягко произвела она. — Само собой, я попрошу вас обоих повременить с вызовом, пока мы не поднимем защитные экраны.
Рей и Ария кивнули одновременно — он изо всех сил старался не поморвиться от этого движения, — и прямо перед ними два красных круга, отмечавшие точки начала дуэли, вспыхнули на черной стали. Это были простые знаки, совсем не похожие на пульсирующие декоративные волны света, которыми отмечался их финальный матч не так давно.
И они внушали ужас.
Рей не мог пошевелить и мускулом, глядя на эти багровые круги. Слева от него Ария застыла точно так же, и ее пальцы даже начали едва заметно подрагивать, стоило только появиться кольцам. Так они и стояли бок о бок — никто из них в эту минуту не хотел ничего сильнее, чем переступить границу, и в то же время оба понимали, что ничего нужнее в жизни им делать не доводилось.
И Дент читала их как открытую книгу.
— Майор Риз, будьте добры присоединиться ко мне.