Огонь и песня

Глава двадцать шестая

У Такеси ушло не так много времени, как кто-либо мог подумать, чтобы доказать свою правоту, хотя и в масштабах, которых, как полагал Рей, капитан явно не ожидала.

Обороты первенства региональных отборочных быстро подтверждали статус особенного места для прорывов, особенно среди высокоранговых первокурсников каждой из школ. К тому моменту, когда «Песнь Огня» отыграла свои вторничные матчи, а затем и средовые — неизменно зачищая соперников, — утренние разговоры за завтраком в столовой «Шеварона» в четверг крутились почти исключительно вокруг новостей — и столь же частых слухов — о том, что тот или иной студент совершил большой скачок в развитии своего КАДа. На самом деле среди почти двух сотен первокурсников эволюция Кэтчера была лишь одной из нескольких, подтвержденных Реем с начала турнира, не говоря уже о ходивших тут и там глухих слухах о других, в которых он еще не разобрался. Не обошло это стороной и ряды Галена, ведь сам Кастро Вадеме накануне вечером в Варгеймах добрался до ступени це-шесть, заслужив не только начало формирования знаменитой «Лапы Люпина», которая уже красовалась на Устройстве Джека Бенали — дополнительный шарнир в конечностях КАДа, обеспечивающий превосходное естественное усиление маневренности на большинстве типов местности, — но и развитие «Шага напролом» в придачу. Лидер отряда «Доблести» — обычно весьма хладнокровный и сдержанный — откровенно дрожал от возбуждения, делясь этой великой новостью с остальными командами за ужином, и сиял от радости в ответ на вопли и крики поздравлений, доносившиеся со всех сторон.

Рей же испытал от этого объявления трепет, который мало зависел от того факта, что общая мощь Галена только что возросла на еще одну ступень.

«Шаг напролом» Вадеме стал конкретно третьей Способностью, о получении которой он услышал среди первокурсников за время турнира. Боец из Дирмонта, судя по всему, получил «Оплот» в среду утром после проигрыша в дуэли Заину Каднессу, что обеспечило ему колоссальный прирост возможностей реактивного щита на короткое время. И хотя «Разрушительный» Кэтчера по-прежнему оставался главной темой для шепотков — каковым он по праву и являлся с обеда во вторник, когда Сейбер в порыве возбуждения не смог удержаться от рассказа товарищам из «Доблести» и «Багряной Короны», — факт оставался фактом: за один турнир было развито целых три Способности, и это только на данном этапе.

Три Способности не более чем с пяти эволюций…

С одной стороны, Рей должен был признать в этом определенную логику. Сам Кристофер Леннон как-то говорил ему, что пользователи склонны развивать свою первую Способность на рангах це, если таковая вообще им выпадает. Учитывая специфику отборочных, это приводило к скоплению в одном месте большого числа первокурсников, которые как раз находились на рангах це или около того.

И все же… даже с учетом этого факта казалось, что слишком уж много, не правда ли?

У Рея, конечно, имелась своя теория. Хотя он понимал, что «Шидо» склонен быть скорее исключением из правил, когда дело касалось роста и эволюции, он раз за разом возвращался к тому, как именно его собственный КАД совершил тот самый специфический скачок в Защите и Атаке в их первый понедельник после полудня. Это также напоминало ему о том, как «Шидо», казалось, отреагировал на главную слабость его режима Бойца — недостаток досягаемости, — наделив его уникальной способностью пользователя, значительно увеличивающей дальность атаки. Практически всегда КАД эволюционировал в ответ на его нужды, словно впитывал информацию — как сиюминутную, так и долгосрочную — и выдавал ответ на поставленную задачу. Если предположить, что «Шидо» в этом плане ничем не отличался от других Устройств — допущение масштабное, но у него не было доказательств обратного, — то имело смысл и то, что остальные КАДы реагируют точно так же, пускай и в гораздо более медленном темпе. Это также сходилось с тем фактом, что пользователи могли направленно тренировать свои характеристики до определенной степени, могли рулить своей подготовкой так, как Леннон в прошлом семестре направлял тренировки Рея в сторону Скорости. Теперь же… ну что ж… вот они, первокурсники на своем первом настоящем турнире, которым ежедневно — зачастую по несколько раз на дню — бросали вызов противники, как правило, равные им по уровню или даже превосходящие его.

И люди совершали скачки, наблюдали эволюции и приобретали Способности направо и налево по сравнению с обычными тенденциями.

Рей — да и остальные члены «Песни Огня», когда он заводил с ними об этом разговор, — просто не мог отделаться от мысли, а не были ли их Устройства капельку умнее, чем когда-либо на самом деле позволял признать МИСК…

Несмотря на все сплетни и новости, бои по-прежнему оставались главным центром внимания широкой публики на Отборочных, что вряд ли кого-то удивляло. Первокурсники, конечно, все как один гудели от возбуждения, однако для подавляющего большинства гражданских зрителей — как присутствовавших лично, так и наблюдавших из дома — интерес по-прежнему в куда большей степени был прикован к старшекурсникам и их матчам. Если верить трансляциям, три новичковые команды Галена в целом были единственными группами первокурсников из Астры-три, которые хоть как-то шумели в новостях, тогда как те же «Сталедоспелые» и «Закон Короля» возглавляли лишь длинный список старших команд, привлекавших всевозможное внимание как внутри системы, так и за ее пределами. Индивидуальное распределение внимания бросалось в глаза еще сильнее: в масштабах всей планеты заголовки газет делали лишь Рей с Арией среди их потока, в то время как Леннон и Сидоров числились среди десятков исключительных бойцов из старших классов, которых прочили в следующее поколение профи СКТ. Эти двое, в особенности, чаще всего похищали всеобщее внимание: второй — за то, что пронесся через большее число третьих курсов, чем имел на то право (даже когда те стояли выше в рейтинге), а первый — за то, что неизменно демонстрировал жестокую мощь своего КАДа, «Уробороса», которая и принесла ему имя на Арене.

Конечно, это не значило, что остальные члены «Песни Огня» горели желанием позволить оставить себя позади.

— Черт побери! — выругалась Вив по связи. — У кого-нибудь есть идеи, где вы? Это проклятое место такое громадное!

— Кажется, я тебя слышу, — отозвался откуда-то Кэтчер. — Ты… ниже меня?

— Я с Грантом, — подала голос Ария. — Арена забросила нас в одну комнату. Направимся к центральному полю.