Страница 15 из 73
Завещание
Девушка сидела у самого окна кафе, ограждённая от шумного мира тонкой пеленой дождя на стекле. Официант несколько раз проходил мимо, желая спросить, нужно ли ей что-то ещё, но, глядя на неё, угадывал внутренним чутьём: сейчас ей требуется только одно – побыть наедине с собой.
На улице дождливо и серо, а перед ней большая прозрачная чашка облепихового чая – словно солнышко в миниатюре. Тонкой, извивающейся струйкой от чашки поднимается пар. Периодически девушка греет о чашку руки, смотрит на овальные ягоды облепихи, плавающие на поверхности, и чему-то улыбается. Она достала из сумочки шкатулку. Простую, фанерную, без узоров. Подержала её в руках, достала сложенные пополам листы и погрузилась в чтение.
Официант подумал, что читает она что-то приятное, потому что с её лица не сходила улыбка. Так улыбаются, когда читают послание от близкого человека. Официант невольно улыбнулся тоже. А ещё его удивило, что письмо было бумажное, написанное от руки на простых тетрадных листочках в клеточку. Кажется, ни разу он не видел, чтобы читали письма. Даже бумажные книги были редкостью – большинство предпочитает смартфон.
Он отошёл принять заказ у большой компании, которая недавно вошла с дождливой улицы и шумно села за столик во второй части кафе. Когда он подошёл к барной стойке и посмотрел на столик, где десять минут назад сидела девушка, то её уже там не было. Но осталась шкатулка. Он посмотрел по сторонам, ища посетительницу.
– А где девушка? – указав подбородком на столик, спросил он у администратора.
– Рассчиталась и ушла, – ответила та, не отрывая головы от экрана телефона: нужно срочно заказать бытовую химию.
– Точно? Может в туалете?
– Нет, я видела, как она выходит на улицу. А что? Понравилась? – ухмыльнулась администратор и пробормотала: – Ещё пару упаковок салфеток, наверное, надо…
Официант ничего не ответил. Быстро подошёл к столу, протёр его и забрал шкатулку. Пальцы коснулись шершавой поверхности. Он надеялся, что она спохватится и вернётся, тогда он обрадует её. Ведь нельзя же терять то, что тебе так дорого!
Но девушка так и не вернулась.
Сдав смену, официант смотрел на шкатулку, которая переместилась на дно его рюкзака. Он переоделся, сел на стул и крутил вещицу в руках. Нерешительно, словно подглядывая за кем-то, открыл лёгкую крышку. Сложенный в несколько раз листок убрал и достал содержимое шкатулки. Странное что-то… Совсем не то, что он ожидал увидеть. Билет, судя по всему, на какое-то мероприятие. Косточка авокадо. Потёртая перчатка для фитнеса. Карта Таро, если он конечно правильно помнит название. И бирдекель – подставка под пивной стакан. Официант пожал плечами и раскрыл листочки…
«Привет. Ты не ожидал меня сегодня «встретить», но ты же знаешь: я готовлюсь к встречам заранее. Эта не исключение, и даже сказала бы, что это одна из самых важных встреч за последний год, и готовилась я к ней дольше, чем к другим. Возможно, весь этот год и готовилась. Я не хочу долго говорить, знаю, что тебя утомляют пространные беседы. Но сегодня тебе придется меня «выслушать», хотя бы потому что мне важно всё это тебе сказать. И потому что ты никогда не узнаешь то, о чём здесь написано.
Итак, некогда любимый мной человек, я составила завещание. Да, ты не ослышался. Я хочу оставить тебе всё то, что когда-то было для меня столь ценным и важным. А ведь это самое главное в наследстве, правда? Итак, пусть тебя не удивляет, но я оставляю за тобой право распоряжаться:
1. Билетом на концерт
Я завещаю тебе билет на концерт. Концерт, на котором мы познакомились. Концерт, на который ты пришел случайно, за компанию, потому что вдруг появился лишний билет. Музыкальное представление, которого я ждала полгода, которым жила и мысленно проиграла в своей голове множество раз.
Для тебя это был просто «убить время», для меня – «прожить жизнь».
Саундтреки в исполнении легендарного симфонического оркестра «Diving» под руководством Карло Позалотти.
Даже сейчас помню свои ощущения в тот день. Я вошла в большой зал, пахнущий деревом, лаком и предвкушением. Помню прикосновения бархата, которым было обито кресло, к моим голым рукам. Постепенно гаснет свет во всём зале. Шёпот становится не только слышим, он становится осязаем. Кажется, его можно потрогать руками, хотя слова не различимы. Одна за другой зажигаются искусственные свечи. Но их так мало, буквально точечные вкрапления звёзд на чёрном небосклоне. И они почти не освещают зал, они просто дают ощущение… бездны. Зал замирает в предвкушении и взрывается аплодисментами, едва свет выхватывает из темноты дирижёра и музыкантов. Дирижёр напоминает жреца, приготовившегося к таинству.
Последние покашливания с соседнего ряда, финальный звук настраивающейся скрипки, тишина…и взмах дирижерской палочки.
Я нырнула в музыку с головой.
Струнные – это ветер в моих волосах. Лёгкий, прохладный, апрельский. Это моя беззаботность. Клавишные – позволяют моей фантазии унести меня из этого зала в райские сады с диковинными птицами. Где журчат ручьи – флейта и кларнет. Где яркие вспышки медных ударных похожи на триумфальные всполохи грозы. И вот я вновь возвращаюсь в реальность под хрупкую и плачущую мелодию скрипок.
Ты был в дурацкой белой футболке с конём и в джинсах. Спустя две недели эта футболка стала моей любимой, а в тот момент я смотрела на тебя и думала, что прийти в большой концертный зал, на выступление «Diving» в футболке с парнокопытным – это верх безразличия к музыке. Наверное, я слишком долго смотрела на тебя, потому что в какой-то момент ты подошёл и спросил, не виделись ли мы раньше.
Глупее не придумать начала, правда?
Через несколько встреч ты по-доброму смеялся надо мной, когда я высказала тебе всё, что думаю об этой фривольной футболке. Но ты согласился, что я в сверкающем вечернем платье произвела на тебя ошеломляющий эффект. Я парировала: «Музыку, если она настоящая, можно слушать только в таком наряде. И никак не в футболке с конём».
2. Косточка авокадо
Да, я сохранила её. И ты, конечно, вправе насмехаться над моей сентиментальностью. Но эта косточка слишком символична для меня, она свидетельствует мою дерзость.
Для меня, «домашней девочки», остаться ночевать у мужчины – это как для некоторых открыть глаза стоя на крыше многоэтажки. В тот день я рискнула. Без подготовки, без страховки, без красивого белья на мне. Мне до сих пор немножечко неудобно перед самой собой от того, что лифчик и трусики были разного цвета. Понимаю, что ты это даже не заметил, но я-то это знала!