Страница 81 из 317
И вот очень далеко за изгородью грохнул звук револьверного выстрела. Наступило продолжительное молчание, а затем раздался второй выстрел, дикий крик где-то вблизи, и снова настала зловещая тишина. Мое несчастное воображение работало вовсю, терзая меня. Затем внезапно раздался совсем близкий выстрел.
Я кинулся к углу изгороди и увидел Монтгомери с багровым лицом, беспорядочно повисшими волосами и разорванными на коленях брюками. Его лицо выражало глубокий ужас. За ним, волоча ноги, шел М'линг. Вокруг челюстей слуги виднелись какие-то темные зловещие пятна.
– Он вернулся? – спросил Монтгомери.
– Моро? – переспросил я. – Нет.
– Господи боже! – Он с трудом переводил дыхание. – Войдите в комнату, – сказал он, взяв меня за руку. – Они обезумели, они совсем сходят с ума. Что же могло случиться? Я не знаю. Я расскажу вам, как только вздохну. Не найдется ли бренди?
Он вошел, прихрамывая, в комнату и опустился в кресло.
М'линг распростерся на земле за дверью и принялся тяжело и громко дышать, как это делают собаки. Я дал выпить Монтгомери разбавленного бренди. Он сидел, смотря перед собой осоловевшим взглядом, и понемногу приходил в себя. Пару минут спустя он принялся рассказывать мне то, что случилось.
Сначала он шел по их следам. Это было нетрудно благодаря помятым и поломанным кустарникам, белым клочьям, оторванным от бинтов пумы, и повсеместно встречающимся пятнам крови на листьях кустов и деревьев. Однако он потерял след на каменистой почве за ручьем, где я видел пьющего человека-леопарда, и пошел назад в западном направлении, зовя Моро. К нему присоединился М'линг с маленьким топором наперевес. М'линг ничего не знал об истории с пумой – он рубил дрова и услышал зов хозяина. Они отправились вместе, продолжая звать Моро. Навстречу им попались двое зверолюдей, тайком следящих за ними и обменивающихся странными жестами. Такое поведение насторожило Монтгомери – он прикрикнул на них, но они с виноватым видом умчались. Тогда он перестал звать Моро и, бесцельно побродив какое-то время, решился посетить хижины.
Он нашел овраг пустым.
С каждой минутой чувствуя все большую и большую тревогу, он тихо возвратился по тому же пути. Он встретил двух свинолюдей, которых я видел танцующими в первый день своего приезда; около ртов у них были пятна крови, и они были страшно возбуждены. Они с треском пробирались сквозь папоротники и, увидев его, остановились с гордым видом. Он щелкнул на них хлыстом, слегка испугавшись, и тотчас же они напали на него. Никогда до сих пор ни один звериный человек не осмеливался сделать этого. Одному Монтгомери прострелил голову. М'линг набросился на другого, и оба, схватившись, покатились на землю, М'линг подмял врага под себя и всадил ему в горло зубы, а Монтгомери застрелил отступника, пока тот барахтался в тисках М'линга.
С немалым трудом он убедил М'линга последовать за собой.
И вот они пришли ко мне. По дороге М'линг вдруг кинулся в кустарник и вытащил оттуда небольшого ослиного человека, также запачканного кровью и хромающего из-за раны в ноге. Он отбежал от них на несколько шагов и, повернувшись, вдруг тоже зачем-то рванул на них. Монтгомери застрелил и его – сдается мне, без особой на то нужды.
– Что же это означает? – спросил я.
Он покачал головой и снова принялся за бренди.