Страница 35 из 66
– В музей?! – округлила глаза девушка. Больше всего изумил ее тот факт, что она совершенно не подумала об этом сама. Но ведь где еще искать подсказки, как не в родовом поместье Свампвичфильдов!
– Ну да, мы уже и билеты купили, – протянул друг, паркуя машину у «тостера». – К слову, мы на месте, – провернул он ключ в замке зажигания.
Выходя из машины, Лукка еще раз поблагодарила его и тут же принялась строчить эсэмэску Ноэль, совершенно четко понимая, как сильно ее экстравертная подруга жаждет благодарной ответной реакции.
* * *
День в офисе тянулся, как прилипшая жвачка, отчаянно цеплявшаяся за полипропиленовую подошву прохожего. Однако когда Лукка уже приняла решение вновь углубиться в очередной совершенно бесполезный отчет об эффективности новейшей программы для архивации и систематизации внутренней документации, зазвонил телефон.
Девушка, ощутив облегчение от того, что отчет придется, пусть и на пару минут, но отложить, схватила трубку и приняла вызов.
– Лукка Спенсер? – раздался голос на том конце провода.
«Что-то мне это напоминает…»
– подумала она про себя, вспоминая первый и пока что последний звонок детектива Перкинсона около недели назад.
– Кто говорит? – настороженно произнесла девушка.
– Лукка, вы меня, наверное, уже и не помните! – чуть более радостно прозвенел голос. – Это Кристина, я купила вашу ферму.
Точно!
– Да, Кристина, конечно, я вас помню, ферма-то у меня была одна! – улыбнулась девушка, однако в ее груди все равно появилось неприятное щемящее чувство. – А по какому поводу имею честь?
– Мы с мужем накануне наконец-то дошли до чердака и при разборе завалов…
– Да-да… – неловко протянула Лукка, вспоминая тот уровень бардака, который, как обычно, царил в нежилой зоне ее бывшего дома.
– Так вот, мы нашли там какую-то шкатулку, она не открывается, но мы, в общем, и не пытались особо… – слегка стушевалась Кристина. – Короче, когда сможете найти время, приезжайте, я вам ее передам, – закончила она и, словно почувствовав облегчение, выдохнула.
Девушка тяжело вздохнула. Снова появляться на ферме было для нее болезненно.
– Да, конечно, я смогу подъехать в конце недели… – ответила она, в голове отсчитывая дни до конца рабочих будней и ощущая себя собачкой на привязи – и гулять не хочется, и в кусты сходить надо.
– Отлично! – закончила новая владелица фермы и, кинув еще парочку душевных слов на прощание, положила трубку.
Лукка совершила те же действия и в задумчивости замерла. Что за шкатулка? И если она лежала все это время в груде ненужного хлама на чердаке, возможно, вещь не такая уж и ценная?
Однако она уже согласилась приехать и забрать находку, поэтому пути назад нет. Да и, нужно признать, в глубине души все же хотелось узнать, что внутри. И… да, как самый настоящий мазохист, она все равно стремилась в то место, где ей становилось больно. Но эта боль – словно отрезвляющий гвоздь в руку: благодаря ей ты понимаешь, что по-прежнему жив и нужно бороться.
– До конца смены двенадцать минут. Погнали? – Кейли вывел подругу из транса, уже собирая в портфель вещи с рабочего стола.
– Куда?
Он застыл с недовольной миной на лице.
– В смысле «куда»? Мы же тебя приглашали в музей основателей. Или ты уже передумала? – словно приготовившись обороняться, выпалил друг.
– А-а-а! – Девушка хлопнула себя по лбу и неловко скривилась. – Извини, я слегка задумалась.
– Так мы едем? – не теряя надежды, продолжил Кейли.
– Конечно! Погнали! – почти радостно произнесла Лукка и встала из-за стола.
* * *
Дорога до семейного поместья Свампвичфильдов заняла у друзей около получаса. Дом основателей Мортвилля находился пусть и в черте города, но все же у самой его границы. Сначала центральный район сменился красивым, но слегка по-осеннему унылым пейзажем окраины: вокруг стояли фермы и домики, довольно просторно для того, чтобы их жители не смотрели друг другу в окна, настойчиво требуя хоть какой-то конфиденциальности. Затем пейзаж плавно сменился полями, на которых по-прежнему собирали поздний урожай баклажанов и капусты, а поля, в свою очередь, перетекали в длинную полосу густого, в основном хвойного леса.
Лукка приоткрыла окно автомобиля Кейли, и в лицо тут же ударил свежий елово-древесный аромат, мощно усиленный ночным дождем. Снег, выпавший накануне и подаривший жителям города легкое рождественское настроение, все же растаял, давая осени возможность еще немного побыть хозяйкой месяца.
– Наверное, после Дня Всех Святых хорошо так похолодает, – прокомментировала Ноэль, рассматривая на экране своего смартфона прогнозы синоптиков на ближайшую неделю.
– К слову о Хеллоуине! – встрепенулся Кейли – Мы же идем, да? – с надеждой в голосе спросил он, обращаясь сразу к обеим подругам.
– Как в старые добрые? – усмехнулась Ноэль, слегка отвлекаясь от телефона, но лишь для того, чтобы поправить выбившуюся из ретроукладки прядь блестящих волос.
– Говорят, ярмарка будет, как несколько лет назад; правда, тогда еще и цирк приезжал, но и без него клево, – продолжил лоббировать предстоящее веселье друг.
– А где планируется ярмарка? На центральной площади? – отвернувшись от видов за окном, решила уточнить Лукка.
– Не знаю, – пожала плечами Ноэль. – Но я слышала, что рассматривают как площадь, так и сам сливовый сад в поместье.
– Ого! – выдохнул Кейли.
– Чего ты? – усмехнулась Лукка.
– Ну ты представь: смеркалось… – начал тот.
– Ага, сморкалось! – передразнила его Ноэль, на что получила крайне презрительный взгляд от любителя вязаных шапок.
– Ну ребята… – взмолилась Лукка. Она не любила, когда те начинали собачиться. Складывалось впечатление, что они либо боролись за ее внимание, либо тайно были влюблены друг в друга. В целом, и первое, и второе было достойно номинации на премию «Золотая малина», так как, по последним данным от Ноэль, Кейли по-прежнему слегка был влюблен в Лукку, хотя прекрасно осознавал, что для нее он лишь лучший друг детства, а сама подруга уж точно не будет бороться за чье-либо внимание, так как обладает весьма гордым характером.
– Ладно… – закатила глаза Ноэль, вновь утыкаясь в смартфон.