Страница 227 из 410
– А я не думала, что меня, облитую взрывательным зельем, поджигать соберутся. Я бы тогда штаны хотя бы сняла! Ты где пропадал?
Я оглянулась в поисках своей сумки и замерла.
– И где перина?
Я точно помнила, что была перина и мягкое пуховое одеяло. Но прямо передо мной на полу лежал только тонкий грязный матрас, набитый мхом, торчащим из порванных швов, да тлеющая серая рогожка.
– А где перина? – передразнил меня демон, кривя рот. – Тебя опоили, неужели еще не догадалась! Даром что ведьма!
– Я уже не ведьма, – растерянно отозвалась я, почесав подбородок о плечо. Ладони начали ныть, как и обожженная нога.
– Ну была же! Где твоя чуйка?
– Чуйка покинула меня еще в детстве. – Я прищурилась. – Хотя сегодня она, если честно, приходила.
– Чего? – удивился демон. – Ты умом повредилась?
– Не знаю. – Я поворачивала голову и так, и этак. – Вот если я глаза прикрываю, то вижу большую спальню с множеством кроватей, а если… – я повернулась к демону боком, – если так встаю, то только маленькую темную комнатушку с матрасом на полу.
– Нам надо уходить, – буркнул Корвус. – Пока ты способна хоть немного видеть реальность. А то опять начнешь слюни пускать и спать укладываться.
– И вовсе я не пускала слюни, – оскорбилась я. – Найди сумку, ожоги обработаю.
– И сразу пойдем? – хищно подался ко мне Корвус.
– Ага, – кивнула я, разглядывая появляющиеся на потолке узоры, – только жабу с Лихо заберем.
– Нельзя, – прошипел демон, припадая на руки и подползая ближе. – Иначе не выбраться. Только мы.
– Ага, – кивнула я снова, – мы и они.
– Ведьма! – вздохнул Корвус и растворился в темноте.
Я поморгала в стремлении остановить калейдоскоп сменяющих друг друга картинок, а потом просто закрыла глаза. Опоили! Я сжала челюсти, стараясь подавить злость. Тут просто выйти, забрать Лихо с Васькой и отправиться восвояси не получится, следовало разобраться, зачем чуди на такое пошли. Не припоминалось что-то, чтобы о подземном народце слухи какие ходили. Наоборот, жили они тихо, не привлекая к себе внимания.
– Твоя сумка прямо за углом валяется, – прошелестел Корвус над ухом, и я вздрогнула. – Видно, не донесла, по дороге бросила.
Я медленно разлепила веки, стараясь не смотреть по сторонам. Осторожно прикоснувшись кончиками пальцев к холодным камням стены, двинулась за зельями. Глазам своим я больше верить не могла, потому что прямо сейчас, судя по окружающей меня картинке, я шагала по светлому и просторному коридору, где темным грязным пятном выделялась лежащая на полу сумка.
Взяла ее непослушными пальцами, покачалась из стороны в сторону, пытаясь проморгаться, и вернулась обратно. Опустилась на тонкий матрас и вывалила все пузырьки прямо на пол.
– Пей уже что-нибудь и давай убираться отсюда!
Я подняла голову и взяла первый попавшийся пузырек. Истинность. Что ж. Я открыла его и залпом влила в себя горькое зелье. Помотала головой, покривилась и потянулась за следующим. Им оказалось восстанавливающее, потом оздоравливающее. Наконец повалившись на матрас, постаралась все в себе удержать. Во рту было паскудно. Сделала мысленную заметку, что в следующий раз нужно что-нибудь для вкуса добавить. Странно, что жители Твердышек не жаловались. Хотя, с другой стороны, куда бы они пошли жаловаться, учитывая, что я у них единственная лекарка за несколько лет была.
– Вставай уже, – прошипел демон над ухом. – Найди, чем прикрыть свои тощие конечности, и пошли.
– Сам спалил штаны, сам и ищи теперь мне одежду, у меня другой нет, – отмахнулась, ощущая, как проходит зуд в ладонях, как медленно отступает боль в ноге.
Корвус что-то рыкнул и снова исчез. А мне становилось лучше. Не сказать, чтобы так быстро, как хотелось, но картинка перед глазами перестала прыгать и начала показывать только темный влажный потолок, поросший мхом. Я подняла руки и оглядела свои ладони с розовой тонкой корочкой – неплохо заживало. А потом с кряхтением и оханьем села. Голова трещала так, будто я накануне решила перепить гарпий и, похоже, победила. Нога заживала хуже. Оно и немудрено, ей больше всех досталось, а зелья без ведьминого слова хоть и приносили пользу, но волшебства не творили.
Демон не возвращался, а потому я, тихо причитая себе под нос, поднялась, одернула пониже рубаху, обмотала вокруг талии прожженную рогожку, повесила сумку на плечо и отправилась выяснять, что там с чудями случилось, раз они отважились на страшное – гостю навредить.
Ни Лихо, ни Васьки в главном зале не обнаружилось. Несколько молоденьких девчонок спало прямо за столом, развалившись на скамейках. Похоже, пир закончился вскоре после моего ухода.
– Вот ты где, – произнес появившийся демон, нервно озираясь по сторонам и выпуская изо рта небольшие клубы дыма. – Пошли, я узнал, где есть выход на поверхность.
– Лихо где, видел?
– Нет, – быстро ответил он. – Ему уже не помочь, надо уходить.
– Как это «не помочь»? – нахмурилась я.
– Доченька, – услышала я знакомый голос и резко обернулась, – ты уже проснулась?
Ожана вышла из темного прохода в окружении чудей, разглядывающих меня белесыми глазами.
– Бежим, – шепнул сквозь зубы Корвус. – Забава, вот никогда не думал, что помогать тебе возьмусь, но…
– Вот и не помогай, – дернула я плечом и хищно прищурилась. – Лихо с Васькой живы?
– Пока да.
– Ой, бабушка! – Я всплеснула руками и кинулась к опешившей Ожане. – Я проснулась, а нет никого! Отправилась искать.
– Забава… – простонал за спиной Корвус.
– И нашла! – безмятежно улыбнулась чудям, поправляя сползающую рогожку. – И раз мне не спится, думаю, пора и честь знать. Попользовались вашим гостеприимством, поели, попили…
Ожана встревоженно нахмурила брови.
– Куда торопишься? Да и выглядишь усталой, нужно еще…
– Не нужно, – отмахнулась я. – Выспалась, говорю, пора в путь!
– Ты хочешь уйти? – еще сильнее помрачнела старуха.
– Конечно, – насторожилась я.
– Почему? – наклонила голову Ожана. – Ты желаешь смерти?
Я с недоумением осмотрелась по сторонам, но девчонки, окружившие свою госпожу, словно впали в оцепенение: стояли, покачиваясь, и кидаться на меня явно не собирались.
– Э-э-э… не то чтобы желаю… я, конечно, как все ведьмы, хотела бы из своей смерти сотворить нечто из ряда вон выходящее, но вот прямо сейчас все-таки повременю.