Страница 225 из 410
– Нет, – сложила лапки на груди жаба, – и не думай даже! Я первой не полезу!
– Голосуем? – предложил Лихо, подняв бровь.
Васька, нахохлившись, посмотрела на меня, потом на стоящего в одних штанах Лихо, вздохнула и спрыгнула на землю.
– Если я умру, – она обвела нас взглядом и погрозила перепончатым пальцем, – обязательно стану являться вам во снах жабьим духом и нудить! Вы у меня точно пожалеете!
– Погоди грозиться, – усмехнулась я и открыла сумку. – У меня тут есть кое-что. Без ведьминого слова, конечно, работает не так, но уж яд-то определит.
Я принялась осторожно ставить на пол целые пузырьки, стараясь не порезаться осколками, и с радостью обнаружила, что зелье истинности не пострадало. Аккуратно откупорив крышку, я приблизилась к чаше и капнула туда немного. Вода на мгновение забурлила и тут же снова успокоилась.
– И что? – высунулся из-за плеча Лихо.
– Не знаю, – шепотом ответила я. – В учебнике было написано, что это зелье определяет наличие заклятий и помогает с ними бороться. А как определяет, не уточняли. А я без сил не чувствую.
– Эх, ничего нового, – посетовала жаба, вставая с другой стороны. – Забава пробует новые зелья, а отдуваться все равно мне.
И она, горько вздохнув и окинув нас грустным взглядом, залезла на бортик. Повернулась еще раз и с надрывом произнесла:
– Я делаю это ради своих друзей. И пусть они для меня никогда ничего не делали, я пожертвую собой ради…
Плюх!
Не выдержав жабьего пафоса, Лихо ткнул ее в толстый бочок, и Васька от неожиданности полетела вниз.
– Вась? – Я наклонилась над водой в поисках места, где на поверхность выходят пузырьки с воздухом. А потом не выдержала и засунула руки по локоть, вылавливая свою болтливую подружку. – Вась!
– Я умерла? – с закрытыми глазами прошелестела она.
– Не похоже, – хмыкнул Лихо. – Все, Забав, отворачивайся, я следующий!
– Ладно.
Усевшись к нему спиной, я уложила жабку на колени и занялась наведением порядка в сумке. Пока я вытаскивала куски стекла, Лихо сначала блаженно охал, а потом затих. Я быстро оглянулась, но обнаружив, что он просто положил голову на край чаши и растянулся на спине, успокоилась. Все-таки Василиса при всех ее актерских талантах на мертвую совсем не походила.
– Это одна из частей взрывательного зелья разбилась, – расстроилась я, разобрав пузырьки. – Что за невезуха!
– Не скажи, – буркнула Вася. – Невезуха была бы, если бы обе части тебе на штаны, а так…
– Ну да. – Я села, прижав колени к груди, и окликнула Лихо: – Ты долго там еще?
– Он задрых, – сообщила жабка.
Сдвинув брови, я повернулась. Лихо действительно сладко посапывал, удобно примостив затылок, чтобы не упасть в воду.
– Умаялся, друзей на смерть отправляя, – махнула лапой Васька.
– Ой, Вась, перестань.
Я поднялась, подошла к парню и легко тронула его за плечо.
– А? Что? – вскинулся он. – Я уснул?
– Вылезай, я следующая, – заявила я, протягивая ему рубашку.
Пока он одевался, я быстро сняла с себя все, осторожно ступила в теплую воду, а потом и легла по примеру Лихо. Вода приятно щекотала кожу, снимая усталость и напряжение последних часов. Я ведь и не спала толком. Интересно, сколько мы ползали по пещере? Уже утро или еще ночь? На секундочку прикрыла глаза, а проснулась уже от того, что меня сильно трясут за плечо.
– Ты чего? – спросила, увидев над собой испуганное лицо Лихо.
– Очнулась?
– В каком смысле очнулась? Я уснула! – Усевшись, я закрылась от него руками. – Отвернись, охальник! Я же голая!
– Ой, и чего я там не видел? – Парень повернулся ко мне спиной и дернул ушами, ухмыльнувшись: – Да и смотреть там у тебя не на что – тощая и мелкая!
– Зато ты у нас весьма упитанный. Одного такого на компанию хватит, – обиделась я, вылезая и смахивая руками капли воды. А потом, вздохнув, натянула грязные штаны и рубаху. – Васька где?
– Тоже дрыхнет, – ответил Лихо. Вытащил жабку из кармана, потряс, показывая, дескать, и правда крепко спит, и передал мне.
– Думаешь, все-таки заклятие на воде? – прищурилась я, осматривая довольно посапывающую Василису. – Я ничего не чувствую. Но отдохнула, по правде, хорошо, будто сил прибавилось.
– И у меня так же, – кивнул он. – А вдруг мы зря подвох ищем? Они к нам пока только с добром, гостями желанными зовут, до источника допустили. Может, покормят…
– Главное, чтобы короткую дорогу к Пустоши показали. – Я поджала губы. – Где там Улада?
Девчонка тут же высунулась из-за угла, баюкая руку и улыбаясь.
– Все? – с готовностью откликнулась она. – Тогда пойдемте, там уже должны столы накрыть. Праздник будет!
– Только праздников нам и не хватало, – проворчала я, вешая сумку через плечо.
– А я не против, – пожал плечами Лихо и зашагал вперед.
В этот раз блуждали мы недолго. Несколько раз свернули и оказались в большой пещере, у стен которой горели костры.
– Что-то мне это напоминает, – задумчиво протянула я. – Как бы нас тут жертвовать не собрались.
– Да почему ты вечно о плохом думаешь? – повернулся ко мне Лихо.
– Ведьмина натура. – Я с подозрением посмотрела на девчонок, которые поворачивали на костре палочки с нанизанными на них маленькими тушками. – Крысами они нас, что ли, угощать собираются?
– Крысы очень вкусные! – сообщила Улада. – Правда, не всегда получается их поймать, они ближе к поверхности живут. Обычно мы питаемся тем, что прямо тут и растет, но ради вас опустошили ловушки!
– Неслыханная честь, – проворчала из кармана проснувшаяся Васька, – но я, пожалуй, вылезать не буду, вдруг они и жаб уважают.
Улада повела нас дальше, по пути останавливаясь и выставляя вперед руку, за которую ее подержал Лихо. Как будто драгоценность демонстрировала. Остальные девчонки молча глазели на нас, обступая со всех сторон, но Улада не позволяла приблизиться.
– Они людей, что ли, никогда не видели? – удивилась я, оглядываясь.
– Те, что нас встречали, точно видели, – ответил Лихо.
– Все равно странно! – не унималась я. – И глаза их еще… словно стеклянные.
Улада подвела нас к большому накрытому столу, где в каменных мисках дымилось что-то незнакомое, но, по всей видимости, съедобное.
– Госпожа Ожана сейчас подойдет, а вы не стесняйтесь. – Она указала на длинные скамейки. – Пробуйте все, что нравится.
– О, это я люблю! – потер руки Лихо, сразу присаживаясь за стол, а я обернулась.