Страница 136 из 410
Смерила я его подозрительным взглядом, отчего он чуть побелел, кивнула и, мимоходом отметив отсутствие Зарянки на прежнем месте, наконец отправилась домой.
Что-то с ними со всеми в Дубках было нечисто. Эх, вот был бы рядом мой Бурьян. Пока я бежала через лес, даже пожалела себя. Но вовремя одумалась – не время сейчас, потом как-нибудь, когда лешего найду, лягу в кровать и вдоволь нажалеюсь. Всхлипнула напоследок, утерев нос рукавом. Кожа на руках так и отливала всеми оттенками красного. Местами начали вздуваться пузыри. Поэтому я, даже не заходя в избу, рванула к водяному. Чувствовала, что времени самой разбираться с этим хитрым проклятием нет.
– О, Забава, – улыбнулась мне Арвила, единственная в своем роде русалка-кикимора.
Она лежала на спине, покачиваясь в воде, и, упираясь головой в корягу, расчесывала гребнем свои длиннющие зеленые волосы.
– О, Арвила, – поздоровалась я в ответ и, не снижая скорости, забежала в воду, окунаясь с головой.
– Затона зови, – вынырнув, крикнула обалдевшей русалке.
И поторопила:
– Скорее, не лето ведь! Холодно!
Вода действовала на кожу успокаивающе, но мне все равно была нужна живая. Если самой проклятие пытаться снять, оно может и вместе с кожей сняться. Знаю я такие, сама, бывало, придумывала.
– Куда ты опять влезла? – вынырнул рядом Затон.
– Чего это опять? Будто я постоянно в переделки попадаю.
– А что, не постоянно? – усмехнулся водяной.
Я подумала и все-таки помотала головой:
– Нет, точно не постоянно. Пока училась в Ковене, побольше бывало…
– А знаешь, я почему-то даже верю, – он нырнул на несколько мгновений и снова появился, протягивая мне ковшик с водой: – Пей, Зараза, пей.
– Забава я, – поправила по привычке, но ковшик взяла и принялась старательно глотать.
– Сейчас больше на Заразу похожа, – поддакнула водяному Арвила. – Ты бы со стороны себя видела.
Она сидела на бревне, свесив в воду хвост, и хихикала. Странно, что никого больше не позвала над ведьмой поглумиться. Поумнела, что ли?
Но отвечать Арвиле я не стала, только плечами пожала. Живая вода, как обычно, действовала быстро, успокаивая кожу и снимая зуд.
– Уф, – я расслабленно легла на воду. – Я думала, поубиваю всех, так чесалось…
Водяной хмыкнул, и тут же вокруг меня вода в реке начала нагреваться.
– Спасибо, конечно, – вежливо поблагодарила я его. – Ты только сильно не увлекайся, а то уха получится, – кивнула я на Арвилу. – С мясным бульоном.
Русалка закашлялась:
– Когда-нибудь, дорогая ведьма, – она прыгнула в воду, – твой язык тебя погубит.
– Когда-нибудь, – подумав, ответила я, – меня обязательно что-то погубит, не обязательно язык. Ведьмы своей смертью не умирают!
Водяной рядом тяжело вздохнул:
– Полегчало тебе?
– Угу.
– Ох и всыпет тебе леший за то, что без него в проклятие вляпалась.
– Так, – я резко посерьезнела. – Про это я и хотела поговорить…
И кивнула русалке:
– Сгинь, родная, это не для посторонних ушей.
– О, меня уже до родной повысили, – хмыкнула Арвила, махнула хвостом и скрылась в глубине.
А я задумчиво проводила ее взглядом:
– Ты ее чем-то особенным кормить начал? Полезным для мозгов?
Водяной с досадой стукнул ладонью по воде:
– До библиотеки моей дорвалась! Я сначала радовался – есть с кем книги пообсуждать, – потакал ей, заказывал из столицы новинки, а она начиталась всякого, теперь вот коленца выкидывает, словами новомодными ругается, эмансипации у нее на уме и феминизмы какие-то!
– Ого, – уважительно покивала я.
– Вот вам и ого! Она ж и остальным эти книги зачитывала! – продолжал возмущаться Затон. – А когда я это дело воспретил, она им наизусть их рассказывать начала! Представляешь?
– Не очень, – честно ответила я. – И чего русалки?
– А чего? – загрустил водяной. – Теперь им слова лишнего не скажи, чтоб не угодить в «тираны» или «деспоты».
– Беда, – искренне посочувствовала я водяному. Столько умных девок под боком кого угодно с ума могут свести.
Затон только головой покачал:
– Бедлам! Так о чем ты поговорить хотела?
– Ох, Затонушка, – взяла я его за руки, – леший пропал.
И рассказала ему все-все: и про Веселые Липки со следами пира Лиха, и про лося, и про яблоневый сад с гарпиями, и про мое посещение города. Только про Овинника не стала. Вдруг он там помер ненароком, а мне попадет?
По мере развития моего рассказа водяной начал краснеть, надуваясь и пуча глаза. Да так, что под конец рака вареного напоминать стал.
– Ты это, может температуру воды пониже сделаешь? – заволновалась я, глядя на Затона.
– Да как эта зараза в наш лес-то проникла? – вдруг заорал он.
– В каком смысле как? – удивилась я. – На практику приехала!
Водяной дернулся, на мгновение успокаиваясь:
– В этот раз я не про тебя!
– А, тогда я присоединюсь к возмущениям.
Затон задумался, раздувая ноздри, а потом кивнул мне в сторону берега:
– Пока иди в избу и оттуда не высовывайся, что бы ни случилось. Сегодня к ночи подниму всех своих слуг, отправлю лешего искать.
– Я тоже могу его искать, – робко попыталась его перебить.
– Ты либо слушаешься, либо больше ко мне за помощью не приходишь!
– Ладно-ладно, – подняла я руки. – А долго в избе-то сидеть?
Водяной задумался:
– Сначала восстановишь силы полностью, потом и будем решать.
Я с готовностью закивала. Это я могу. Денек и дома посидеть можно.
– Будут новости, сообщу, – махнул мне на прощание Затон и нырнул, даже не дожидаясь, пока я домой уйду. Ну а зачем ему, и правда, ждать?
Я выбралась на берег, стуча зубами. Плащ ведь так и остался в Дубках. Щелкнула пальцами, высушивая рубаху. А сила-то почти полностью восстановилась! На песке валялось проклятое платье, которое я старательно тащила с собой. Приду домой и первым делом займусь выяснением, что за заклятие на него наложено. Чтоб точно без сюрпризов. Не хотелось бы мне через пару недель полысеть, например. Бывают такие отложенные пакости, знаю по себе.
– Эй, – тихо позвали меня со стороны реки.
Я оглянулась и увидела только кончик зеленой косы.
– Чего прячешься? – также тихо спросила я у Арвилы.
– Так увидит Затон, опять ругаться начнет, а ему нельзя – у него давление!
– Какое давление у водяного? С ума тут все посходили? – удивилась я.