Механик

-Один секунд, - Свен не торопясь вытер руки ветошью, взял с полки пружинный блокнот и начал карандашом набрасывать эскиз парового двигателя. – Вот гляди, закрываем здесь, пар подводим сюда, вместо примитивных клапанов ставим золотники вот так…

-А что… - Варри задумался, что-то прикидывая в уме. – Давай делать! И вообще, ты не прав про шток, он нужен, чтобы поршень не перекосило!

-Сделай стакан поршня длиннее, разнеси уплотнительные кольца, ничего и не будет перекашивать! – отрубил Свен, зажимая крышку парового цилиндра в тиски сверлильного станка. Работа закипела.

Всё-таки Свен зря ругал гномью работу: все детали судовой машины были изготовлены крайне тщательно, будто сошли с современного конвейера, а не делались полукустарно практически вручную. Всё строго по размерам, минимальные допуски выдержаны, детали взаимозаменяемы. По большей части, орк сейчас работал подъемным краном, гном же крутил гайки и доводил нужное напильником. Новые задние крышки цилиндров загерметизировали свинцовыми прокладками, сальник штока намотали из конопляного волокна, пропитанного чем-то густым и вонючим, вроде солидола. Ходовые испытания обновленная машина выдержала на «отлично», с легкостью разогнав судно до двадцати двух узлов. Быстрее не рискнули: не для таких скоростей корпус проектировали, зато было ясно, что если прижмет, кораблик сможет сбежать от любого противника. Ну, почти от любого.

Через два дня им привезли сотню тонн угля в нескольких ящиках с пространственными карманами, сгрузили их краном в трюм, и пароход покинул гостеприимную бухту. Первые полсотни миль шли в сопровождении сторожевого патрульного катера, затем сторожевик свернул в устье какой-то безымянной реки, на прощанье мигнув сигнальным фонарем, пароход же продолжил путь. На сей раз за шкипера был выделенный пограничниками «морской волк», неопределенного возраста коренастый мужик, отзывавшийся на имя Дерек, с почти черной от загара кожей и выгоревшими до белизны длинноватыми волосами, утверждавший, что знает эти воды лучше, чем собственную ладонь. Может, и привирал, однако штурвал он вертел уверенно, да и курс прокладывать явно лучше умел, чем все легионеры вместе взятые. Машиной сейчас управлял Джимер, Свен же гонял личный состав на орудийной палубе, постепенно доводя скорострельность расчетов до пяти выстрелов за две минуты. Особенно тяжело приходилось оркам: бегать несколько часов в полусогнутом виде утомительно, людям в этом отношении было проще. Рубен же носился по всему кораблю с непонятными амулетами в руках и шаманил загадочное колдовство. Ни у кого не было сомнений, что скоро предстоит драка, все старались как можно лучше к ней подготовиться.

На второй день Дерек резко повернул корабль чуть не под прямым углом от берега на юго-восток, чтобы через несколько часов снова повернуть на юг. Объяснил он это тем, что надо пересечь встречное теплое течение и войти в попутное холодное. Температура забортной воды, действительно, упала градусов на десять, зато вдруг появилось огромное количество рыбы, которую свободные от вахты и учебы орки ловили на купленные у пограничников удочки.

Так как всех женщин оставили на берегу, дежурства по камбузу взяли на себя темнокожие клыкастые здоровяки, споря чуть не до поножовщины о том, кухня какого племени вкуснее. Судьями выступала человеческая часть команды, упорно отказываясь признать победителя, ибо «мы ещё не всё попробовали». Пришедшие с Дереком пятеро моряков учили «сухопутных крыс» морской науке, объясняя, как поднимать паруса, как брать рифы, и почему правильно говорить «подволок», а не «потолок». Скучать на борту было некогда.

На пятый день напали пираты. На рассвете два небольших быстроходных двухмачтовых корабля возникли со стороны восходящего солнца и вполне могли бы подойти в дымке утреннего тумана незамеченными вплотную, если бы не радар Рубена. Темные, почти черные паруса, выкрашенные черной краской мачты и борта, у них имелись неплохие шансы подойти на расстояние ружейного выстрела, а затем и взять пароход на абордаж. Судя по слаженности маневров, схему много раз успешно применяли. Вот только на этот раз их ждали. Палуба парохода была пуста, окна рубки заранее прикрыли досками, а что за мачтами и у фальшборта притаились прикрывающиеся ростовыми щитами орки с мушкетами, копьями, ассагаями и томагавками, так это со стороны не разглядеть.

Пиратский корабль будто ниоткуда вынырнул из тумана в паре сотен ярдов, круто повернув влево с тем расчетом, чтобы через несколько минут столкнуться с пароходом. На баке черного судна рявкнула пушка, осыпав переднюю часть палубы парохода картечью. Над фальшбортом показалась целая толпа лучников и мушкетеров, беспорядочный дождь стрел и пуль обрушился на палубу.

Пользуясь преимуществом в скорости над идущим на среднем ходу пароходом, второй пиратский корабль по дуге обогнул его сзади в попытке сблизиться сразу позади кожуха гребного колеса, только поток воды из-под лопастей замедлил вражеское судно и закрутил его вправо, отбросив назад.

Бегло обстреляв потенциальную жертву, стрелки с первого корабля отложили луки с ружьями и метнули абордажные крючья. Рубен щелкнул пальцами, и над бортом вскочили иллюзии моряков с копьями и топорами в руках. Пираты предсказуемо разрядили в них мушкеты и арбалеты, и тут им навстречу через борт и разделявшее корабли узкую полоску воды перемахнули два десятка орков. Дружный залп из двух десятков стволов почти в упор уполовинил любителей легкой наживы, орки же, привычно разбившись на тройки, буквально выкашивали не ожидавших ничего подобного пиратов. За несколько минут всё было закончено.

Пароход сбавил скорость, и ловившие ветер паруса сцепившегося с ним пиратского корабля повернули его вправо, бортом навстречу второму вражескому судну. Открылись пушечные порты, и шесть восьмифунтовых ядер с оглушительным грохотом покинули стволы орудий, чтобы практически в упор разнести в щепки бушприт и половину левого борта. Перезарядка, второй залп, еще одна перезарядка и еще один залп. Хотя все ядра попали значительно выше ватерлинии, корабль был уже не жилец. Палуба вздыбилась частоколом ломанных досок, обшивку борта, будто консервным ножом вскрыло аж до миделя, внутри всё перекорежило, грот-мачта сломалась и рухнула в воду. Без капитального ремонта ему не осилить три сотни миль до ближайшей суши!