Страница 40 из 110
Интересно всё же, что она быстро вписалась в гравитацию Луны, да и в невесомости прекрасно себя чувствовала. И в Крылунах. Наследственность? На Луне многих тошнит неделю, и они не находят, где двери. У Кати же уже и ходить получается. Но поединок – это танец.
— Да, радость моя. Ты верно сказала. Начнём?
— Да, папочка.
Её рапира вынута из ножен. Моя тоже. Учебная, не боевая рапира, флёрет с шариком на конце. Я сам адаптируюсь полностью здесь за пару дней. Но боевые навыки восстанавливать надо дольше. Это будут мои проблемы, если я её порежу лезвием. Да и после того, как Марго украсила меня брутальным шрамом на полскулы, папа запретил вновь прибывшим фехтовать боевыми неделю. Он тут царь, а мы тут вновь прибывшие.
— Еn garde?
— Еn garde, папочка.
Конечно, это не было реальным поединком. Что может противопоставить взрослому опытному бойцу шестилетняя девочка? Пусть ей и шесть с половиной. Я её просто учил держать меч. И не падать, парируя удары при такой силе тяжести.
— Touche. Ещё раз, солнышко.
— Да, папочка. Я стараюсь.
— Люблю тебя.
— И я тебя. На Луне забавно фехтовать. Я летаю. И меч такой лёгкий. В маске только неудобно.
Скромница. Маска дочке только мешает. Болтает её ещё с непривычки. Мышцы сильные. В таком хаосе без маски легко оставить противника без глаза. Так что учись и терпи, дочка.
— Учись. Ситуации будут разные. Легкость привычной рапиры не всегда плюс. Мышцы могут реагировать, как на привычную силу тяжести Земли. Еn garde?
— Еn garde, папочка.
Вновь звон мечей.
Конечно, Катя проиграла. Даже пластиковый шарик флёрета у шеи не очень приятная штука для обеих сторон. Нужно очень доверять партнёру. Но, во-первых, я её учил доверять мне. Папа ей не сделает ничего плохого. Убьет всех за неё, это правда, но ей не сделает ничего и никогда. И она спокойна и с лезвием у шеи. Она не дёрнется. Она просто проиграла этот раунд. Нужно уметь проигрывать. Такова жизнь. Иначе не будет победы.
Дома, на Земле, мы фехтуем боевыми. Для меня сверкающее острое лезвие у шеи дочери – это символ всего. Я упаду на колени перед ней, когда надо будет, убью всех и вся за неё, но и учить буду так, как никого больше в этой Вселенной. Она моя старшая дочь и наследница. Пусть у нас с Марго родится наследник престола, но Катя – моя наследница. Лично моя. Во-вторых, что бой, как и жизнь, – это не игрушки. Рапира острая, и неловкое движение может стоить этой самой жизни. В-третьих, что «в-третьих»? Пустое.
— А она молодец.
Катя кивнула:
— Спасибо, дедушка. Я стараюсь.
— Катенька, загоняй своего папу. Ему будет полезно. Жирок отрастил.
— Я не могу, дедушка. Папа большой.
— Ты ошибаешься, солнышко. Папа не большой, а громоздкий. Тяжёлый. Самоуверенный. Он уверен, что победит тебя, потому что ты мелкая и лёгкая. Обрати его уверенность в своё преимущество. Не всегда уверенность – это преимущество. Вот смотри..
Лезвие его рапиры, настоящей, мгновенно сверкнуло у моего горла. Без фокусов и прочих церемоний. Никаких Еn garde. Я даже не успел пошевелиться.
— Вот, видишь. Папу твоего я, конечно, не трону. Но ты должна помнить, что если ты позволяешь с собой такое сделать, то и с тобой такое сделают. Всегда и обязательно. Учись. Это твоя жизнь, солнышко моё. Правила существуют для того, чтобы твой противник был ограничен, а ты была вольна поступать так, как считаешь нужным.
— А можно и так..
Нож Лицея упёрся в район сердца дедушки, который расслабился философиями.
Тот усмехнулся.
— Можно и так. Учись, девочка моя. Я пожалел его, а папа твой воспользовался. Учись.
И наклонившись ко мне, шепнул:
— А Диану Марго пожалела. Зря. Не люблю ходячие проблемы. Забирай детей, вы с Марго их воспитаете лучше..
Задумался на секунду, когда мы втроём присели в плетёные кресла вокруг столика с напитками и фруктами, затем сказал негромко:
— Я внимательно смотрел за вашими тренировочными поединками и слушал, что говорил ты и что отвечала Катя. Знаешь выражение: «Устами младенца глаголет истина»?
— Ну и?
— Может, тебе пару дивизий механоидов подкинуть? Или андроидов роту? Времена неспокойные нынче. Применишь их в Миранде. Или ещё где. Планета большая. А лучше придержи. Они лично твои. Тридцать тысяч механоидов с усилением и без опознавательных знаков – серьезная личная гвардия плюс сотня андроидов. На них даже заводских номеров нет. Лично сыну. Без оплаты за контракт. От меня. Пригодится. Есть у меня ощущение.
Ага, а потом попробуй их убрать с Земли обратно на Луну. Мы это кино знаем. Называется – всунуть ногу в приоткрытую дверь.
— Не надо, справимся. Если что – долбанём с орбиты.
— Твоей Бель сие не понравится.
— Она не моя. Своя собственная.
— Да. Поэтому вы постоянно воркуете и подписываете свои послания: «Твой», «Твоя», «Люблю», «Целую»?
Пожимаю плечами.
— Это обороты речи и дипломатический протокол. Ничего такого.
— Как тебя Марго не задушила до сих пор?
— Я хороший.
— Это да.
* * *
КОРОЛЕВСТВО ЧЕРНОГОРИЯ. ОСТРОВ РОТА В АРЕНДЕ ВЕЛИКОЙ ТЕРРЫ. ЕЁ ИМПЕРАТОРСКОГО ВСЕСВЯТЕЙШЕСТВА И ВЕЛИЧИЯ НА ОСТРОВЕ РОТА КАДРОВАЯ АКАДЕМИЯ ИМЕНИ ИМПЕРАТРИЦЫ-АВГУСТЫ МАРИИ ВТОРОЙ. ПЛАЦ. 2 сентября 2022 года
— Её Императорское Всесвятейшество и Величие Государыня Императрица-Августа Маргарита Первая!
Марго степенно поднялась на трибуну.
Батальоны Академии замерли в нерушимом строю.
Сколько их? Немного. Всего пара тысяч. Первый поток. Со вчерашнего дня добавились ещё пара тысяч из числа второго потока.
Здесь не только про войну. Здесь и про науки. И про государственное управление.
Академия не была альтернативой Звёздному или Дворянской. Или Полярной. Здесь не учили с младых ногтей. Не об этом песня. Здесь учились уже получившие офицерский чин, а не семилетние пацаны и девчонки. Кураторы из Академии искали перспективные кадры в Армии, в морском и космическом Флоте, на Земле, Луне, Марсе и их орбитах.
Главная особенность и требование (помимо интеллекта и сообразительности) – отсутствие связей с богатыми и властными семьями и кланами. Шел жесткий отсев. Вплоть до гипнодопроса и гипнопрограммирования. Регулярно курсанты проходили повторное Испытание. Никаких связей с кланами. Верность только и исключительно императрице.