Страница 33 из 79
— Совсем немного, — он погладил мои пальцы, успокаивая. — Я прослежу, чтобы не было больно. Обещаю. Я знаю, как это делается.
Я кивнула, чувствуя, как доверие к нему перевешивает страх. В конце концов, что такое капля крови по сравнению со всей этой историей? По сравнению с тем, что он сделал для меня?
* * *
Утро следующего дня выдалось солнечным — редкое явление в этих горах, где небо обычно было затянуто серыми тучами, а воздух пах влажностью и туманом. Солнечные лучи пробивались сквозь узкие окна, рисуя золотистые дорожки на каменном полу, и пылинки танцевали в этих лучах, будто праздновали вместе со мной.
Я спустилась в главный зал в своём лучшем платье — том самом, тёмно-зелёном, бархатном, с кружевными манжетами и вырезом, который я считала достаточно скромным для официальной церемонии, но достаточно элегантным, чтобы произвести впечатление. Волосы уложила в высокую причёску, открывая шею, и добавила единственную драгоценность — серебряную брошь в виде цветка, которую нашла в своей комнате в первый день. Подарок от Адриана, как я подозревала.
В зале уже стоял он — в парадном камзоле. Я замерла на пороге, чувствуя, как сердце пропускает удар. Он выглядел… как настоящий принц. Чёрный бархат камзола облегал его плечи, серебряная вышивка на воротнике и манжетах поблёскивала в утреннем свете, волосы были аккуратно зачёсаны назад, открывая лицо с острыми скулами и разноцветными глазами. Под глазами — ни тени усталости, только лёгкое оживление и, кажется, волнение, которое он тщательно скрывал за маской спокойствия.
— Ты на королевскую свадьбу собрался? — спросила я, чтобы скрыть смущение.
— На твоё освобождение, — он подошёл ко мне, взял мою руку и поцеловал в щёку — легко, почти невесомо, но я почувствовала, как его губы задержались на мгновение дольше, чем нужно. — Это важнее любых церемоний, поверь мне.
Дверь открылась. Вошёл гонец — тот самый пожилой мужчина в тёмной мантии, с гербом Рошфора на груди. В руках он держал деревянный ларец, окованный серебром, с искусной резьбой по крышке. Он выглядел торжественно и важно, как человек, который привык быть посредником в серьёзных делах.
— Принц Адриан, — поклонился он, — Я привёз договор, как и обещано. Мой господин надеется, что после этой сделки между вами не останется вражды.
— Пусть надеется, — сухо ответил Адриан, — Показывайте.
Гонец открыл ларец. Внутри, на алой бархатной подушке, лежал свиток пергамента — плотный, цвета слоновой кости, перетянутый чёрной лентой и запечатанный тремя сургучными печатями. Я узнала печать графа Рошфора — чёрный ворон с расправленными крыльями, сидящий на ветке. Печать моего отца — герцогский герб, три серебряные розы на синем поле. И третья, незнакомая мне, с изображением короны и скрещённых мечей.
— Что это? — спросила я, указывая на третью печать, чувствуя, как внутри шевелится беспокойство.
— Печать Совета герцогов, — ответил гонец, и в его голосе послышалась гордость. — Договор был утверждён на высшем уровне. Расторгнуть его без согласия всех трёх сторон невозможно. Только переписать.
Адриан взял свиток, развернул его и пробежал глазами по строкам. Я смотрела на его лицо, пытаясь угадать, всё ли в порядке. Его брови чуть нахмурились, когда он читал, губы шевелились, беззвучно проговаривая слова. Через минуту он кивнул, и я выдохнула.
— Всё верно. Имена, суммы, условия, — он повернулся ко мне, и его взгляд смягчился. — Серена, подойди.
Я подошла, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Адриан взял мою руку и поднёс её к свитку, который держал в другой руке.
— Нужна твоя кровь, — сказал он тихо.
Я зажмурилась, готовясь к боли. Адриан достал откуда-то маленький серебряный стилет — я даже не заметила, откуда он его взял, — и быстро, почти незаметно, полоснул по подушечке моего указательного пальца. Короткий укол — острый, но мгновенный, — и открыла глаза. Из ранки выступила капля крови — ярко-алая, почти нереальная на фоне бледной кожи. Она дрожала на подушечке, переливаясь в утреннем свете.
— Держи над печатью, — велел он, направляя мою руку.
Я опустила палец над первой печатью — графа Рошфора. Капля крови упала на сургуч, и тот вспыхнул голубоватым светом — ярким, холодным, как зимнее небо. Тот начал плавиться, стекая на пергамент чёрными потеками, и от него пошёл лёгкий запах дыма.
— Теперь моя, — Адриан провёл стилетом по собственному пальцу, не дрогнув, и я увидела, как его кровь — темнее, гуще, почти чёрная, с металлическим отливом, — капнула на то же место, где только что была печать Рошфора.
Сургуч зашипел, вспыхнул алым, и на его месте начала формироваться новая печать — герб Винтерфельдов, волк с короной, стоящий на задних лапах. Печать светилась несколько секунд, а потом потускнела и застыла, став частью пергамента.
— Так переписывают договор, — объяснил Адриан, пока я заворожённо смотрела на магию, чувствуя, как по пальцу разливается тепло. — Права и обязательства переходят к новому владельцу. Всё честно, по закону.
Гонец забрал свиток, проверил печати — новую, и две старые, которые остались нетронутыми, — и удовлетворённо кивнул.
— Всё в порядке, — сказал он, пряча свиток обратно в ларец. — Теперь вы, принц Адриан, являетесь законным женихом леди Серены Верлен, согласно договору, утверждённому Советом герцогов. Граф Рошфор претензий не имеет и обязуется не препятствовать вашему браку. Договор будет доставлен в Императорскую сокровищницу сегодня же.
— А мой отец? — спросила я, чувствуя, как внутри закипает горечь. — Он тоже подписывал? Он согласился?
— Герцог Верлен уведомлён, — гонец слегка поклонился с легкой насмешкой, — Он не возражает. Своё согласие он дал в обмен на… эм… компенсацию. Скажем так, финансовую.
— Ещё и отцу заплатил? — я повернулась к Адриану, чувствуя, как внутри закипает смесь гнева и благодарности.
— Сущие копейки, — Адриан пожал плечами с деланным равнодушием, но я видела, как в уголках его губ дрожит улыбка. — Или ты думала, раз я сосланный принц, у меня не водится казны? Что я живу в замке на скале и питаюсь только воздухом и кровью несчастных коз?
Я об этом и не подумала. Совершенно забыла, что он вообще-то, хоть и внебрачный, но наследник. Сын императора. Человек, у которого есть не только замок на скале и наглый кот, но и счета в банках, о которых я не имела ни малейшего понятия.
— Ты богат? — спросила я, чувствуя себя полной дурой.