Страница 16 из 26
Глава 8
Федеральное здание на Фоли-сквер подавляло своей монументальной архитектурой. Бетон, стекло и строгие линии. Для обычного человека это место излучало власть и контроль. Для Габриэля Валериуса, привыкшего к давящей ауре демонических логов, оно казалось просто скучным.
Он прошёл через металлоискатели, равнодушно выложив на ленту ключи от машины и свой скрытый значок консультанта. Серебряные клинки и револьвер он благоразумно оставил в сейфе дома — святая вода и освящённое серебро вызывали слишком много вопросов у службы безопасности.
Агент Сара Хэйс ждала его в стерильно-белой переговорной на пятнадцатом этаже. Никаких окон, один стол, два стула и камера в углу, мигающая красным огоньком. Хэйс сидела за столом, положив перед собой раскрытую папку.
— Присаживайтесь, отец Валериус, — сухо сказала она, не вставая.
Габриэль сел напротив, скрестив руки на груди. Его лицо ничего не выражало. Он сразу зафиксировал мигающий огонёк камеры и микрофон, встроенный в стол. Орден учил своих оперативников главному правилу: под запись ты не знаешь ни о демонах, ни о магии. Для официальных властей ты — просто очень наблюдательный гражданский эксперт с теологическим уклоном.
— Детектив Корбин утверждает, что вы — специалист по нетрадиционным культам и религиозному экстремизму, — Хэйс сцепила руки в замок, сверля его взглядом. — И что ваш напарник, мистер Рейвен, обладает феноменальным аналитическим складом ума. Но я навела о вас справки. Вас нет в базах ни одного университета. Ваш приход — это крошечная, незаметная точка на карте. И всё же вы появляетесь на самых странных, самых кровавых местах преступлений в этом городе.
— Церковь всегда там, где проливается кровь, агент, — ровным, скучным голосом ответил Габриэль. — Мы оказываем духовную поддержку семьям жертв и… консультируем полицию по специфическим вопросам профилирования сектантов.
— Бросьте эту дешёвую мистику, Валериус, — Хэйс подалась вперёд. Её серые глаза сузились. — Я читала неотредактированные отчёты первых прибывших патрульных. Нити, которые рассыпаются в пыль. Тела, пришитые к теням. Это не просто секта подражателей.
Габриэль даже не моргнул.
— Я видел то же, что и криминалисты. Тонкие волокна неизвестного химического происхождения. Возможно, редкий полимер или углеродное волокно. Убийца обладает хорошими навыками театральной постановки и инженерными знаниями, чтобы закрепить тела. Маньяки часто используют сложные механизмы для реализации своих фантазий.
Хэйс раздражённо поджала губы. Она явно ожидала, что священник начнёт рассуждать о бесах и проклятиях, чтобы подловить его.
— Вы держите меня за идиотку? — процедила она.
Но Габриэль, благодаря годам работы в постоянном напряжении, умел читать не только демонов. Он смотрел на Хэйс и видел картину, скрытую за её профессиональным фасадом.
Она слишком давила. Слишком торопилась. Обычно агенты, пытающиеся доказать существование паранормального, забрасывают собеседника десятками старых нераскрытых дел, ища паттерны. Но Хэйс не задала ни единого вопроса о других странных случаях. Её интересовал исключительно «теневой портной».
И самое главное — Габриэль видел её руки. Пальцы, сцепленные в замок, были побелевшими от напряжения. Агент ФБР, привыкшая к хладнокровию, скрывала страх. У Сары Хэйс явно был в этом деле особый, личный интерес.
Внезапно настольный телефон Хэйс резко зазвонил.
Она вздрогнула — едва заметно, но Габриэль уловил это движение. Агент подняла трубку, нажав кнопку, отключающую громкую связь в переговорной.
— Хэйс… Да. Где? Когда? — она слушала, и Габриэль заметил, как на долю секунды её зрачки расширились от чистого, неконтролируемого ужаса. Маска треснула.
Она быстро взяла себя в руки, сбросив вызов, и резко поднялась.
— Наша беседа откладывается, Валериус. Возникло неотложное дело. Вы свободны, но не покидайте город. Я ещё не закончила с вами.
Габриэль молча кивнул и вышел из переговорной.
Оказавшись на улице, вдали от камер, священник достал свой защищённый телефон и набрал Майлза. Гудки шли долго.
— Да, Валериус, — голос Корбина звучал приглушённо.
— Майлз, Хэйс только что сорвалась с допроса после звонка. Лицо у неё было такое, словно она увидела призрака. Третий труп?
— Точно в цель, — тяжело вздохнул детектив. — Мне только что слил инфу патрульный из Квинса. Найден мёртвым детектив Роджер Стэк. Почерк тот же. Федералы уже оцепили квартал, меня даже близко не подпустили. Изъяли все его дела.
Габриэль нахмурился.
— Стэк… Входило ли это имя в список, который ты для нас готовил?
— Да. Я скинул файл тебе на почту пару минут назад. Стэк и убитые Бэлмор с Доусоном пересекались в одном громком деле годичной давности. Дело Карла Хендрикса. Стэк был ведущим следователем, Доусон — адвокатом, а Бэлмор — судьёй.
— В чём суть дела? — быстро спросил экзорцист, направляясь к выходу с площади.
— Стэк обвинил Хендрикса в убийстве на основе очень сомнительных улик. Говорят, он сфабриковал доказательства, чтобы закрыть висяк. Бэлмор быстро вынес обвинительный приговор, а Доусон даже не пытался защищать своего клиента. Хендрикса отправили на пожизненное. А через полгода его забили до смерти сокамерники в тюремной драке. Справедливости он так и не дождался.
Габриэль остановился. Куски головоломки начали складываться.
— Хендрикс был невиновен, Майлз. И теперь кто-то мстит всем, кто был причастен к его осуждению и смерти. Судья, адвокат, следователь…
— Это сужает круг подозреваемых. У Хендрикса должна была остаться семья или кто-то, кто жаждет мести настолько, чтобы прибегнуть к оккультизму. Я попытаюсь вытащить дело Хендрикса из архива, пока Хэйс до него не добралась. Конец связи.
Габриэль убрал телефон в карман. Он посмотрел на ближайшее зелёное дерево, покрытое снегом. На толстой ветке, нахохлившись от холода, сидел крупный чёрный ворон.
Птица нетерпеливо каркнула, глядя на экзорциста пронзительными, слишком разумными глазами.
— Я знаю, Адриан, — тихо сказал Габриэль, подходя к машине. — У нас есть мотив и конкретное дело. Пора выяснить, кто так сильно любил Карла Хендрикса, что решил продать душу демону ради мести.