В черной краске становишься черным. Том 1

Глава 16 Играть для свиньи на цине

Около их столика остановился мужчина. На вид он казался чуть старше Се Юньци и при этом почти в полтора раза шире его в плечах. «Брат У» был настоящим силачом: высоким, накачанным настолько, что его темно-красный охотничий халат расходился на груди, демонстрируя курчавые волосы. У него было загорелое лицо, широкий подбородок со щетиной, узкие черные глаза, а волосы завязаны в косички, собранные в пучок на затылке. Он не носил украшений, только на поясе болталась изящная нефритовая подвеска, казавшаяся совсем чужеродной. Он выглядел диким и необузданным, как какой-нибудь варвар. Особенно дополняли образ два изогнутых меча-нювэйдао, что перекрещивались за его спиной.

— Брат У? – Се Юньци прищурился, а затем резко поднялся из-за стола. – Так это тот самый брат У, – его губы растянулись в ухмылке, и он сложил перед собой руки. – Мы незнакомы, но я уже наслышан. Меня зовут Се Юньци.

Увидев его, брат У тоже на мгновение застыл, но затем с хлопком обхватил ладонью кулак и сказал:

— У Тао к вашим услугам.

У него был громкий голос, и половина постояльцев «Восьми драгоценностей» услышала его имя.

Се Юньци вдруг хмыкнул.

— Какое интересное имя, господин У, – протянул он. – Необычное.

— Совершенно обычное, господин Се, – проговорил в ответ У Тао и тоже хмыкнул, правда, как будто с еще большей насмешкой. – Можете звать меня просто брат У, как и остальные, я не люблю формальностей.

— Ах, конечно, и вы можете звать меня брат Се, все мы собратья на тропе совершенствования, – тут же согласился Се Юньци.

Он медленно сел обратно и повернулся к даосу, больше не обращая внимания на У Тао:

— Оказывается, даочжан принимает вызовы на поединки. – В его голосе скользнул намек на обиду.

Мо Хэ, до этого изумленно наблюдающий за ними двумя, наконец открыл рот:

— Не принимаю.

— Правда? Что ж, брат У, увы-увы, – Се Юньци махнул У Тао рукой, будто сигнализируя ему уйти.

Тот, однако, подтащил табурет от свободного стола и плюхнулся рядом.

— Брат Мо, так не пойдет, – заявил У Тао, пододвигая к себе одно блюдо и махнув прислужнику. – Нельзя так просто отказаться от вызова.

— «Брат Мо»? – высоко поднял брови Се Юньци.

— «Нельзя»? – еще выше поднял брови Мо Хэ.

— Конечно, нельзя. Это дело чести. Если брат Мо отказывается, тогда я вызываю его еще раз, – просто сказал У Тао, хватая из рук прислужника чистые палочки и принимаясь есть прямо из блюда.

Мо Хэ опешил от такой наглости. Се Юньци по этой же причине покраснел так, что у него чуть пар из ушей не пошел от злости, а глаза опасно блеснули огнем.

— Брат У явно чувствует себя как дома, да? – процедил он. – И откуда вы? Сестрица Вэньвэнь сказала, что вы член ордена Гуйби, это как же так вышло? Я думал, что Великий орден принимает только благородных господ, а не оборванцев из цзянху.

У Тао никак не отреагировал на оскорбление, только усмехнулся. Обглодав кость, он выпрямился, презрительно посмотрел на Се Юньци и сказал:

— А брат Се, должно быть, принадлежит к какому-то более благородному ордену, чем Гуйби?

— Я практически ученик даочжана Сюаньи, конечно, это не идет ни в какое сравнение с Гуйби, – презрительно надул губы Се Юньци.

— Практически – не то же самое, что уже быть членом Великого ордена, – отозвался У Тао, потянувшись за большой бараньей ногой.

Се Юньци злобно бросился наперерез, схватив мясо прямо голой рукой, но У Тао тоже был проворным и молниеносно оторвал мясистый кусок палочками. Се Юньци не отставал и тут же ударил по палочкам прямой ладонью, ломая тонкое дерево пополам.

Мо Хэ проглотил слова о том, что Се Юньци никакой ему не ученик и даже не «практически», ошеломленно наблюдая за развернувшейся за столом битвой. Чем-то это напоминало.. петушиные бои. Гу Вэньвэнь вообще не понимала, почему всегда добродушный Се Юньци так реагирует на брата У, словно встретил злейшего врага. Некоторое время она наблюдала за дракой палочками, а затем повернулась к Мо Хэ.

— После обеда отправимся к руднику? – спросила она.

Этот тихий вопрос заставил двух петухов умерить свой пыл. Се Юньци брезгливо посмотрел на жирную ладонь и вытер ее о полотенце. У Тао же как ни в чем не бывало продолжил набивать рот.

— Лучше идти ближе к ночи, – вклинился он. – А то не увидите злых духов.

— Разумно, – кивнул Мо Хэ. – Отправимся, когда зайдет солнце.

— Я тоже пойду, – тут же вызвался Се Юньци.

— И я, конечно, тоже, мы же договорились вместе провести расследование, – немедленно добавил У Тао.

Мо Хэ смерил обоих внимательным взглядом.

— Боюсь, такое количество людей может взбудоражить мертвых, – после долгой паузы сказал он. – Так что я отправлюсь только с Вэньвэнь.

— Но.. – воспротивился Се Юньци, однако затем бросил взгляд на недовольного У Тао и сообразил, что так даже проще. В конце концов, уничтожение лигуев не входило в его планы, да и расследование не представляло никакой ценности. Зато вот некий даос.. Тревога вдруг охватила Се Юньци. – Да, отличная мысль, а мы с братом У пока разузнаем что-нибудь в городе, верно, брат У? – Он так ослепительно улыбнулся У Тао, что тот скривился.

— Я собирался.. – У Тао открыл рот, но Се Юньци с силой пнул его под столом. У Тао поджал губы. – Я хотел с братом Мо..

Он не успел договорить, что именно он хотел, потому что Се Юньци с такой силой пнул его сапогом снова, что стол затрясся и блюдо с бараниной чуть не шлепнулось на колени У Тао. Только быстрая реакция спасла его одежду от жирного пятна, но часть подливы оказалась на столе.

— Ай-я, какой я неуклюжий! – воскликнул Се Юньци и наклонился с полотенцем к У Тао, будто собирался вытереть со стола, но вместо этого стряхнул весь жир на молодого человека. – Ай-я! – запричитал он еще больше, елозя грязным полотенцем по коленям У Тао, пока не втер все в его штаны. Только затем он с удовлетворением щелкнул языком и вздохнул: – Какая жалость, брат У, в таком виде на улицу не выйти. Я одолжу тебе что-нибудь из своего в знак извинений, если ты.. сможешь влезть, ведь ты такой большой мальчик. – Он снисходительно похлопал У Тао по плечу. Тот помрачнел.

Гу Вэньвэнь на другом конце стола хрюкнула от смеха и тут же прикрыла рот рукавом, делая вид, что подавилась. Мо Хэ с трудом сдержал желание закатить глаза. Он повернулся к ученице, не дожидаясь продолжения этого петушиного боя.

— Выходим в час Свиньи, – сказал Мо Хэ, а после поднялся из-за стола и ушел в комнату.