Страница 58 из 98
— То есть, — Люк отчего-то стал соображать медленнее, чем обычно, — ты хочешь сказать, что у меня… то есть у Берни и Риты есть сестра?
— Скорее всего, — проговорил лорд Джон. — Энни была не из тех девиц, что могут крутить одновременно с несколькими мужчинами, но сам понимаешь, нужно проверить.
— И как эту сестру зовут, знаешь? — осведомился Люк, который с некоторых пор стал ощущать, что семейных тайн, пожалуй, в эту единицу времени ему уже с избытком.
— Люджина. Люджина Дробжек.
— Постой, — Люк ухватился за знакомое имя, мысленно повторил его несколько раз — и как крючком выудил знакомым звучанием из недр памяти крупную, налысо бритую, со страшным шрамом на голове северянку в коляске, которую он видел на награждении во дворце Рудлог. Северянке со Стрелковским вручала тогда награды принцесса Полина, сейчас уже королева Полина. А Люк тогда пошел за Мариной…мда… — Он спохватился. — Капитан Дробжек? Сотрудница Зеленого крыла и помощница Стрелковского?
— И живет с ним. И беременна от него, — сухо ответил отец. — С неделю назад, в самом конце июня, улетела к матери на Север.
Люк с минуту переживал то, как тесен мир.
— И что? — осторожно спросил его величество. — Ты хочешь признать ее?
Для Джона Кембритча это было бы несвойственно — подставить свое имя под удар.
— Ты же знаешь, что Кембритчи никогда не оставляли своих бастардов без защиты, — проговорил лорд Джон. — Я всю жизнь стремился не стать таким же безответственным, как мой родитель. Я не идеальный отец, но мои дети всегда должны, в отличие от меня, иметь возможность поступить в любые учебные заведения, жить в достатке и получить достойные должности.
— У нее все это есть, — заметил Люк. — И ты же понимаешь, что если эта история выйдет наружу, то все сложат два и два и поймут, что ты изменил маме через три месяца после свадьбы? Это не очень-то бьется с образом благородного жениха… и на чужих богов уже не спишешь.
Кембритч-старший посмотрел на него взглядом политика, понимающего иронию момента.
— Но я ей задолжал, Люк, а я не люблю долгов, даже если о них никто не знает. Я придумаю, что сказать публично. В конце концов, после известий о тебе новость о том, что я встретил старую возлюбленную и сердце дрогнуло, встретят с пониманием. И понимание это будет зависеть от того, сколько я заплачу журналистам по всему миру.
— Да, — согласился Люк, — долги нужно платить.
С отцом они попрощались почти сердечно. Люк поставил ему блок на место и пообещал, что напишет, как только снимет запрет матери и узнает, как ставить частичные блоки.
Узнавать его величеству предстояло еще очень много.