Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 246 из 464

Крысолюды потащили тело к огненному зеву печи. Одним из троицы был тот самый облезлый скавен, который принес Скидку вести о нападении в тоннеле, и из его ран продолжала сочиться черная кровь, стекая по шкуре и капая на бледную руку пленника.

И тот неожиданно шевельнулся. Быстрее, чем мог заметить человеческий глаз, узник раскидал скавенов, как соломенных кукол. Один из крысолюдов отлетел к клетке, сломав хребет о прочный металл прутьев. Сквозь них тут же высунулись конечности, некогда бывшие человеческими руками, и принялись раздирать чудовище на части. Его жалобный скулеж превратился в отчаянные вопли. Второй скавен перелетел через рабочий стол и врезался в хрупкий стеклянный аппарат, как выпущенный баллистой снаряд. От удара начали взрываться колбы, орошая крысолюда едким содержимым. Смертоносная смесь разъела плоть до самых костей, и скавен с визгом рухнул на пол.

Третьего, раненого, узник отбрасывать не стал — наоборот, притянул поближе. И, когда он запрокинул голову, широко раскрыв рот, Вейхс увидел длинные змеиные клыки. Скавен забился в его захвате, заверещал — и узник вонзил клыки ему в горло. Из раны хлынула кровь. Глядя, как узник, присосавшись к ране, жадно глотает мутную жидкость, Вейхс ощутил прилив тошноты. Он никогда не вопринимал в серьез мифы и легенды о Детях Ночи, существах, зовущихся вампирами. Но теперь он понял, что ошибался.

Грегор жадно пил, пока скавен бился в его руках, тщетно пытаясь расцарапать ему лицо. Мир вокруг окрасился в красный, разум померк под натиском нечестивого голода, наполнявшего все его существо. Грегор слишком долго сдерживался — так долго, что даже отвратительного запаха порченой крови крысолюда оказалось достаточно, чтобы голод взял верх. Он накрыл Грегора волной, неудержимой лавиной. Молодой Клаузнер больше не мог сопротивляться ему — как не мог бы сопротивляться муравей сокрушительной поступи великана. И теперь кровь скавена текла ему в глотку, подпитывала внутреннее чудовище, которое он так старался сдержать. Грегор чувствовал, как его тело наполняет сила, как израненные конечности наливаются мощью. Он взвыл от омерзения и отшвырнул дохлую тушу прочь, понимая, что порча окончательно им овладела.

К нему бросился остальной подземный народец, сердито стрекоча. В их грязных лапах сверкали ножи и мечи. Грегор знал, что это за монстры, слышал, как его собственный отец с криком просыпался по ночам, вновь увидев во сне жутких крысолюдов. Но в том сморщенном, гниющем куске мяса, которым стало его сердце, не было места ужасу. Разве могли тягаться злокозненные грызуны с тем кошмаром, в который обратился он сам? Грегор зарычал на подкрадывающихся крысолюдов и, не дожидаясь, пока они нападут, бросился вперед — так сильна была богомерзкая жажда, бурлящая в его жилах. Грегор обрушился на врагов-нелюдей, как лев на шакалов, и каждый его удар крошил ребра и ломал конечности.

Сквозь крики и вопли скавенов Клаузнер расслышал резкий, пронзительный голос, отдававший приказы. Он обернулся и увидел еще одного грызуна, командующего сородичами. Под жутким взглядом налитых кровью глаз рогатый скавен съежился. А затем поднес к пасти обломок черного камня и принялся его грызть, набираясь нечестивой силы. Заклинатель протянул лапу, и из его ладони с шипением вырвалась черная молния.

— Аппарат! — крикнул пожилой мужчина, укрывавшийся за шкафом. — Осторожнее с аппаратом!

Если бы чудовищная молния угодила в тело обычного человека, она сожгла бы его дотла. Но Грегор больше не был обычным человеком. Заклинание жреца сработало мгновенно, но Грегор все равно оказался быстрее и успел нырнуть в сторону до того, как оно поразило его. Жуткая сила ударила в клетку за его спиной, как демоническая молния, и от прутьев осталась лишь горстка оплавленного шлака.

Но перевести дух Грегору не дали. Он заметил двоих безумцев, вооруженных тяжелыми молотами, а следом разглядел и кровь, сияющую в их телах, — грязную, отвратительного пурпурного цвета. «Мутанты», — понял вампир. Одному из них Грегор сломал руку, а второму разодрал глотку, и нечестивая кровь забрызгала стены пещеры. Ухватив изувеченного, верещащего противника, Грегор подтянул его поближе. Человек или чудовище, кровь или ихор демона — чтобы утолить бурлящий внутри голод, годилось все.

На другом конце лаборатории серый провидец Скилк готовился к очередной разрушительной атаке, накапливая темную энергию от поглощенного искажающего камня. Но затем он увидел, как противник поднял одного из прислужников-людей Вейхса за голову и переломал ему хребет как соломинку, — и передумал привлекать к себе внимание этой твари.

Скилк отступил назад, велев своим телохранителям остановить противника — иначе они умрут смертью куда лее мучительной, чем могли бы умереть от рук немертвого. Помедлив, тяжеловооруженные крысолюды осторожно скользнули вперед. Скилк проводил их взглядом и, развернувшись, юркнул, в ближайший тоннель, растеряв второпях всякую немощность. Ему показалось, что следом за ним устремились и остальные, и серый провидец обернулся, чтобы нарычать на того дезертира, кто сбежал с поля боя, подвергнув опасности жизнь самого Скилка. Но за спиной оказались вовсе не крысолюды.

— Следом-живо, — бросил Скилк на бегу Вейхсу и его уродливому рабу-полурослику.

Те поспешили за убегающим жрецом по узкому проходу, оставляя резню позади.

Убегая, Скилк уже лелеял новые планы. Кто-то очень боялся, что открытие Вейхса подарит серому провидцу огромную силу. Скилк перебрал в уме практически бесконечный список вероятных недоброжелателей, но на такую наглую атаку могли решиться только жрецы из клана Чумы или другой серый провидец. Значит, Вейхса следует поберечь — по крайней мере до тех пор, пока этот человек не сделает то, что от него требуется. А сам Скилк в это время будет искать, кто натравил этих живых-мертвых существ-людей.

У него в распоряжении имелся целый боевой клан. Воины-скавены наводнят тоннели, отыщут этих жутких людей-чудовищ и выяснят, какой из соперников оказался настолько глуп, что осмелился выйти против серого провидца Скидка.

— Это бессмысленно, — заявил Штренг, отбрасывая лопату. Согнувшись пополам, он несколько раз глубоко вдохнул. — Мы уже не первый час копаем, и все без толку — одну лопату земли убрали, так в три раза больше насыпалось.