Страница 43 из 52
Глава 19
Я не спала всю ночь - ворочалась, смотрела в потолок, считала удары собственного сердца. Волнение никак не желало отступать. Я боялась, что мы можем не успеть, старалась вспомнить, случилось ли что-то ещё плохое в прошлом, что мы могли бы предотвратить в настоящем, но ничего не приходило в голову.
Лин помогла мне одеться в дорожный костюм - тёмно-синий, почти чёрный, из плотной шерсти, подбитый мехом. Короткая куртка, удобные штаны, высокие сапоги на плоской подошве. Волосы заплела в тугую косу. Этот костюм был удобен для верховой езды, пусть сейчас я больше походила на мальчишку, чем на будущую супругу императора. Я уже давно перестала выглядеть, как изнеженная леди, привыкшая лишь к шёлку и кружевам. И хорошо. Сейчас я могла гордиться собой.
— Госпожа, - Лин протянула мне небольшой мешочек с травами и мазями. – Я собрала лекарства. Всё как вы велели.
— Хорошо, - я повесила мешочек на пояс. - Ты остаёшься в столице. Присмотри за приютами.
— Но, госпожа..
— Лин, - я посмотрела на неё твёрдо. - Присмотри за приютами. Это приказ.
Служанка опустила голову.
— Слушаюсь.
На рассвете мы выехали.
Шэн ждал у ворот - на вороном жеребце, в простом дорожном плаще без знаков отличия. Рядом - десяток всадников из личной гвардии. Никакой кареты, никаких слуг с флажками. Это был не официальный визит императора, а знак его доброй воли. В пафосе и признании сейчас никто не нуждался.
— Готова? - спросил император, когда я подъехала.
— Готова, - ответила я, проверяя, надёжно ли закреплён меч, подаренный мне отцом на совершеннолетие.
Шэн усмехнулся.
— Ты с оружием?
— Я же генеральская дочь, Твоё Величество, - повторила я свои слова. - Не забыл?
Шэн покачал головой, но в глазах его заплясали золотые искры.
— Не забыл. Как я мог забыть, что мне досталась самая необычная девушка в империи?
Мы тронулись, не тратя время на лишнюю болтовню.
Путь на восток занял четыре дня.
Четыре дня непростой дороги с короткими привалами и дремотой у костра. Мы почти не разговаривали - берегли силы. Только иногда Шэн подъезжал ближе, поправлял мне плащ, молча протягивал флягу с водой.
Слова были не нужны. Мы проявляли заботу друг о друге, как только могли.
Вечером третьего дня мы остановились в небольшой деревне. Хозяин постоялого двора - низенький, полноватый мужичок - засуетился, увидев таких гостей.
— Комнаты, конечно, есть, но простые, не для вельмож..
— Сойдут, - бросил Шэн, отдавая поводья конюху.
Ночью я не спала.
Сидела на подоконнике, смотрела на тёмное небо, на чужую деревню, на огни, мерцающие вдалеке. Пожары. Я чувствовала их запах - даже отсюда, даже за сотни лиг. Горький, удушливый, как напоминание о том, что могло случиться.
— Не спится? - голос Шэна раздался за спиной.
Я не обернулась.
— Думаю.
— О чём?
— О прошлом, - я помолчала. - О том, как глупо я жила. Как много упустила. Как слепо верила.
Он подошёл ближе, встал рядом.
— Прошлого не вернуть. Но можно изменить будущее.
— Ты тоже так думаешь?
— Я знаю это.
Император обнял меня за плечи. Я прижалась к нему, чувствуя тепло его тела сквозь ткань рубашки. Так хорошо просто побыть рядом с ним. Просто чувствовать, что я не одна.
— Шэн, - позвала я тихо.
— М?
— Спасибо.
— За что?
— За то, что ты есть.
Он не ответил. Только поцеловал меня в макушку и прошептал что-то неразборчивое - тихо, словно молитву.
На четвёртый день мы въехали в город, где случился первый пожар.
Пепелище встречало нас запахом гари и тишиной. От большого зернохранилища остались только обугленные стены да чёрные балки, торчащие в небо, словно скелет какого-то древнего чудовища. Вокруг суетились люди - разбирали завалы, искали хоть что-то уцелевшее.
Одни плакали. Другие молчали. Третьи смотрели на нас с надеждой.
— Ваше Величество! - к нам бросился староста - седой, сгорбленный старик. - Ваше Величество, вы приехали! А мы уж думали, забыли про нас..
Шэн спешился.
— Рассказывай, - приказал он. - Всё. С самого начала.
Староста заговорил - сбивчиво, путая слова.
— Ночью разгорелся пожар. Никто не заметил, когда всё началось. Люди бежали с вёдрами, но вода не помогала - зерно горело, как солома. Пятеро погибли. Почти всё зерно сгорело. Мы не переживём зиму, - закончил старик, вытирая слёзы. - Не переживём..
Я смотрела на пепелище и чувствовала, как внутри поднимается пламя ледяной ярости.
Дамиан Кэрроган не думал о несчастных людях.. Ему было наплевать на всех. Он просто шёл к своей цели по их головам.
Тот, кто называл себя справедливым.
Тот, кто в прошлой жизни сел на трон, купленный кровью и слезами.
— Где остальные зернохранилища? - спросила я.
— В двух лигах к востоку, госпожа, - ответил староста, косясь на меня с опаской. - И ещё одно - к югу, на холме. Их пока не тронули.
— Пока, - подчеркнула я. - Шэн, нужно выставить охрану. Круглосуточную. И проверить всех, кто работает в хранилищах.
Шэн кивнул и отдал приказы своим людям. Солдаты разъехались в разные стороны - к холму, к южному хранилищу, к другим точкам.
А мы остались на пепелище.
Я подошла к обгоревшим стенам, положила ладонь на горячий камень. Магия феникса отозвалась внутри - робко, нерешительно. Здесь нечего было спасать. Ничего не осталось. Все запасы уничтожены, но пока целы другие хранилища, народ выживет и не ополчится на императора.
— Я найду его, - сказал Шэн, вставая рядом. - Кто бы это ни был - я найду его.
— Он не прячется, - ответила я. - Он ждёт.
— Ждёт? Чего же?
— Нашего поражения.
Следующие два дня прошли в бесконечных проверках и допросах.
Шэн лично обошёл все уцелевшие зернохранилища, проверил затворы, поговорил со сторожами. Я ходила за ним тенью - не мешала, не вмешивалась, только слушала и запоминала.
Люди смотрели на императора иначе, чем на севере: там - с благоговением. Здесь - с надеждой.
— Ваше Величество, - сказал один старый крестьянин, глядя на Шэна слезящимися глазами. - Вы не оставите нас?
— Не оставлю, - ответил император. - Даю слово.
Крестьянин перекрестился и заплакал.
Я стояла в стороне и думала.
В прошлой жизни Дамиан тоже давал обещания. Он говорил много красивых слов, но.. сдерживал ли он их?
Нет.
Ни одного.
Он лгал о своей любви и преданности. Лгал, чтобы заслужить уважение. Лгал, чтобы заполучить такую желанную власть.
Шэн был другим. Император, что провёл в прошлом немало времени на поле боя, не умел говорить красиво, но он держал свои обещания. Даже если сложно было справиться, он всегда делал это.