Страница 5 из 49
Глава 3
* * *
Сергей
Сергей встал рано, еще до будильника. Открыл глаза, осторожно высвободил руку из-под хорошенькой головки Этны. Волосы девушки сбились в кудряшки, растрепались по плечу и подушке. Красивая! В особенности, когда так забавно морщит носик во сне. И губы чуть приоткрыты.
Мужчина вспомнил прошлый вечер, то, как он ушел спать, был резок, не сказал даже «спасибо». А она сдержалась, не устроила скандал, просто пришла и забралась к нему, уткнулась носом в плечо, так и проспала всю ночь в его объятиях точно лесная зверушка. Стыдно за себя. А если вспомнить то, как он оскорбил любимую ревностью, так стыдно вдвойне. Вынес дверь, услал в кухню. Будто и вправду подумал, что невеста могла привести в дом любовника. Идиот и не меньше! Как теперь жить с таким грузом на сердце? Нет, его нужно поскорее утилизировать. А для этой задачи хорошо подходят цветы и подарки. Всем нормальным женщинам подходят, но у него-то особенная. Этой не знаешь, чем угодить. Что ни предложи — застесняется и откажется. Может, украшение какое купить? Сказать, что недорогое, иначе не примет, а потом, как привыкнет, сознаться, что за вещичка.
Сергей вздохнул, отвел колечко волос со лба любимой, не удержался, коснулся губами виска, чуть уколол щетиной нежную щеку. Чудо как хороша и кожа фарфоровая, почти прозрачная. Сейчас Этна почему-то напомнила Сергею птенца — встрепанного, почти беззащитного. И ведь заботится о нем его пичуга, пироги печет, квартиру привела в божеский вид. Хоть матери показать будет не стыдно. Непонятно, зачем шторы стирать, ими же никто руки не вытирает, висят себе чистые и висят, но мама оценит. Сергей натянул одеяло на фарфоровое плечико своей красотки. А как готовит! Это волшебство какое-то, а не кулинария.
Подумаешь, бобр. Ну не любовник же! Ну, поплескался он в ванне, она же не стала от этого хуже? Как бы только уговорить Этну вывезти это чудо обратно в лес? Или где она там его подобрала? Неделю точно выждать придётся, пока у этого саблезубого гада лапа не заживет. Главное, до приезда мамы успеть убрать животинку из дома. Иначе объяснять слишком долго придётся, что делает живой бобр в доме. Мама практичная, деревенское детство так просто из крови не вытрясешь. Н-да.
Сергей встал, потянулся и вышел в коридор. Святая женщина! Про дверь ни словечка не сказала, а ведь могла испугаться такого приступа ярости и сбежать. Вот что страшно. Раньше, до встречи с Этной, Сергей плохо понимал, что такое ревность. Теперь же он отчетливо осознал, что в этом чувстве можно сгореть дотла самому и ещё других прихватить. Хорошо, что невесту свою вчера не обидел, а мог ведь. Тьфу! Самому противно. И стыдно. Милосердие — главная женская добродетель. Мама так говорила. Лучше бы, конечно, невеста котенка приютила, а не бобра. Но ведь это от того, что милосердия у нее слишком много, вот и не разменивается на котят. Берет масштабом.
Сергей почесал затылок и шагнул в дверной проем. Бобра нигде не было. Зато в ванной возвышалась добротная хатка. Буквально фахверк и евроремонт. Белесые щепочки, немного туалетной бумаги, её Сергей опознал по затейливому рисунку. Такую хатку и на обложке журнала для обобревших разместить не стыдно. В смысле, на обложке журнала для владельцев бобров, если такие идиоты еще существуют в этом мире. Может, лапа-то у строителя уже не болит? Убедить бы ещё в этом Этну.
— Бобр, ты где?
Сергей с осторожностью заглянул в хатку. Рука сама тянулась постучать по краю ванны, чтобы не нарушать личных границ соседа по коммуналке. Если ты живёшь в одном доме с бобром, то квартиру точно можно считать коммунальной, потому как та же ванна тебе одному уже не принадлежит.
В хатке сверкнули глаза, бобр издал странный звук, напоминающий скулеж собаки. В одной лапе у зверя оказалась зажата зубная щётка Сергея. Дорогая, с деревянной ручкой. На второй лапке красовался розовый бант.
— Ты, стройотрядовец, совесть имей! — громко начал Сергей и тут же перешёл на шепот, — Решил хату элитную построить? В лесу что, ценных пород дерева не было? Евроремонт устроил? Думаешь, у тебя здесь оллинклюзив? Выселю вместе с хатой! Вот увидишь, выселю. На благодетельницу свою даже не рассчитывай. Лапа заживет, и сразу же в лес! Грузовик закажу, хату в коробку, тебя в клетку. На вольные хлеба! В Сибирь отправлю валить лес. В экологически чистую естественную среду. Никаких денег за такое не жалко!
— Сергей не заметил, как опять повысил голос.
Зверь оскалился, но Сергею почудилась ехидная улыбка на щетинистой морде. Бобр не сомневался, ангелы не могут оказаться жестокими. А из рая не выселяют.
В постели сладко улыбнулась Этна. Она услышала только последние слова Сергея. Как же ей повезло с женихом. Он даже о бобре готов заботится. Никаких денег не пожалеет, чтобы отправить бедолагу в хорошее место. Святой человек, такой добрый.
Под ногой Сергея что-то хрустнуло, он опустил глаза. Из-под ванной выкатился стратегический запас рыжей морковки вперемешку с остатками строительных материалов. Лучше не знать и не смотреть. А то бобра из дома выселить захочется еще острее. Или придушить, что тоже возможно.
Сергей поторопился собраться и выйти из дома. Бобр ни в чем не виноват. Просто его избранница очень добрая девушка. Так бывает. Н-да. Он очень счастлив, просто пока не готов осознать всех масштабов того счастья, которым его завалило. Мужчина выхватил пакет из холодильника, за последние несколько месяцев это стало почти ритуалом. Любимая старалась порадовать, собирала что-нибудь вкусненькое на работу. А там ему все завидовали. Еще бы! Все в столовую ходят, а он ест у себя в кабинете. И запахи такие оттуда разносятся, что слюни сами собой наполняют рот. Только в этот раз пакет оказался уж слишком тяжелым. Странно.
Сергей добрался до работы, прошёл сквозь проходную и завернул в тренажерный зал. То, что бобр занял ванную, еще не повод отказаться хотя бы от душа. Благо, здесь, при тренажерке и он есть. Горячая вода освежила, прибавила сил. После душа Сергей оделся и мельком взглянул на себя в зеркало. Пресс предательски выгнуло от последствий вчерашнего ужина. Да и рубашка как будто села. Может, Этна не разобралась, на каком режиме стирать хлопок? Лучше бы сам закинул в машинку. Да, наверняка рубашка просто села. Сергей изо всех сил гнал от себя правду. На всякий случай он все же встал на весы. Стрелка обогнула полный круг и приблизилась к цифре сто пять. Мужчина нервно икнул, протер глаза. Нет, с его ростом и мышечной массой вес в девяносто килограммов считается нормальным. Но сто пять⁈ Прибавить пять килограммов за неделю, а всего пятнадцать? А дальше что?