Страница 33 из 49
Глава 14
* * *
Этна
— Кто там? — весьма деликатно поинтересовалась я у гостя за дверью. Такое ощущение, что он скоро выжмет все имеющееся электричество из кнопки звонка. Ответ мне пробасили во весь голос, так что я даже порадовалась за соседей. Точней, за то, что их у меня нет. Кроме привидения, но ему придётся смириться. О, вот и люстра опять дрожит.
— Вудвольф, сын Дерина и внук славного Кореха Лопоухого! Да пребудет сила в обители крылатой девы! Да будет здрава новая хозяйка дивного дома, Этна! Да хранят ее силы горы! Именем Дворста, откройте!
Я приоткрыла рот. Просто для того, чтобы снизить давление на барабанные перепонки, идущее от этого громкого баса. Наверное, стоит открыть дверь. Или не стоит? Может, сказать, что в доме никого нет и не будет? С другой стороны, следует примиряться с особенностями своей новой жизни. Осторожно повернула ключик в замке, но цепочку снимать не стала. Вряд ли она удержит того громилу, что стоит за дверью, но все же надо надеяться на лучшее.
— Дары! — в узкую щёлочку протиснулась рука, затянутая в футляр из дорогой тонкой замши.
Прихотливо заблестело длинное ожерелье, зажатое в чужих пальцах. Латунь или настоящее золото? Сотня самородков, точно зёрнышки, блестят и покачиваются на тонких цепочках, в некоторые из них вставлены камни. Авторская вещь, баснословно роскошная и просто красивая. Что там говорил тот мужчина, которого я сегодня провела через дом? Дары для хозяйки? Так это ожерелье мне, что ли? Вот такое — дорогущее? Или это приманка? Я осторожно взглянула в узкую щель. По ту сторону стоит тщедушный старик, одетый в кокон из дорогих вещей, статусных, элегантных. Лицо старика украшает аккуратная бородка. И этот облик никак не вяжется ни с громким басом, ни с удивительным именем.
— А где?
— Кто? Вы ждете дракона? — подозрительно сощурился правый глаз гостя, весь он подался ко мне.
— Нет дракона я точно ммм не жду.
— Тем лучше! Примите сей скромный подарок, произведённый в моей мастерской.
— Скромный? Это что, не золото? — я искренне изумилась. Ожерелье смотрится настолько роскошно, что просто не имеет права быть не золотым.
— Как можно? — схватился за сердце старик, — Клянусь, я принес самые настоящие самородки.
Подобраны один к одному по весу. И камни тут настоящие. Чистейшие, как слёзы женского счастья и такие же разные. Сапфир, бриллиант, рубин. Всё самое лучшее.
— Ничего себе.
— Так вы возьмете? Клянусь, это лучшее, что было создано в моей мастерской за долгое время.
Вголосе старика было столько отчаяния и надежды, что я была вынуждена прислушаться к своей внутренней жабе. Ну нельзя же обидеть человека? Я протянула руку. Золотые слитки тяжелые, чуточку теплые, камни играют всеми цветами, каждый по-своему. Безумно дорогое украшение, только его никуда не наденешь, вот в чем проблема.
— Красивое.
— Я искренне рад, что вы довольны, хозяйка. Дозволено ли мне, Вудвольфу, сыну Дерина и внуку славного Кореха лопоухого пройти.
— Да, конечно, — я потянулась к цепочке, но в последний момент отдернула руку. Сначала нужно посмотреть в зеркало, мало ли кто стоит за дверью. Я медленно обернулась и так и застыла с поднятой вверх рукой. В зеркальной глади отразился просто громила, да ещё и наряженный в средневековый доспех. Белоснежная борода свисает до пола, широченные плечи, злой взгляд, к поясу мешочек приторочен, скорей всего, кошелек с монетами. На том же поясе висят нож и топор. Только рост с ростом старика, которого я вижу в реальности, а не в отражении и совпадает.
— Так мне можно войти? Мы, гномы — мирный народ. Но, когда речь идет об успехе и золоте, настоящему гному следует держать поближе к себе боевой топор. Вы не находите?
— Нахожу.
Я скинула цепочку с двери, сутулый старик мигом превратился в своё нелепое отражение.
— Вот моя плата, все честно, амарант самый что ни на есть золотой, — гном взял меня за руку, ссыпал на ладонь несколько зёрнышек, — Ешьте на здоровье. Такова моя плата. Так я могу пройти? Только вы уж меня проводите до двери, будьте любезны, чтоб я в картину не угодил, как прошлый раз. Госпожа Аглая удивилась, когда заметила, что я ее вышивку нагло испортил собой, точнее, лицом своим.
— Да, разумеется, провожу.
Гном кивнул и пошел в направлении выхода. Легко перешагнул через порог, звякнул на поясе нож о боевой топор. Я же опять замешкалась на пороге. Все чудится, что я сейчас шагну в пустоту, упаду на газон и всё… Нет, лестница та же самая, внизу все тот же холл. Я провела гнома к парадному выходу.
— Когда вас ждать обратно?
— Довольно скоро, я думаю.
— Так, может, мне тогда дверь не закрывать, подождать вас.
— Зачем же вы будете стоять здесь целый месяц, а то и два?
— Я поняла, «скоро» бывают разными.
— Дела и исполнение планов.
Гном любезно кивнул и пошел куда-то вперёд по узкой дорожке. Сад тонет в плодах, цветах и траве. Здесь даже душно от обилия запахов фруктов. Я прошла чуть вперёд. Внезапно на ветке мелькнула серая тень. А затем где-то над головой раздалось душераздирающее «Мяу», жалостливое такое, обреченное. Я и поднять голову не успела, как рядом со мной, с ветки свалился огромный кот. Серая шёрстка, поверх нее на лапы надеты коротенькие, беленькие перчатки.
— Ты цел? Ударился, наверное? Кушать хочешь? — Кот хлопнул глазами. Он так и лежит там, где упал. — Молочко будешь?
* * *
Кот
Впервые моя жертва спрашивает меня о том, не хочу ли я есть. Еще и молока предложила зачем-то. Ненормальная! Я стольких извёл! И люди в их числе есть, да и не мало.
Я нервно дернулся. Лапы от стресса совсем не хотят меня слушаться. Девица тотчас меня подхватила на руки и поволокла в дом. Зачем? Может, решила покормить как следует перед тем, как убить?