Страница 47 из 64
Глава 19
У ментора Алистера
Наверное, Зои случайно заметила, как я бегу куда-то и пошла за мной. А, может, она все это время следила за Владом. Но какая теперь разница… она видела наш поцелуй! Вот что по-настоящему паршиво.
Ни я, ни Влад не успели ничего сказать или сделать. Зои резко развернулась и бросилась прочь. Словно боялась, что мы ее догоним и заставим навеки замолчать. Но мы просто застыли на месте от шока.
— Я поговорю с ней, — заявил Влад, придя в себя.
Но я лишь покачала головой. Боюсь, это ничего не изменит. У Зои всего одно желание — вернуть жениха. Очевидно, что именно это она потребует за молчание, а меня такой вариант не устраивает.
Вечером, когда Гарет с Денилом заглянули к нам, мы рассказали о случившемся. Все же мы — одна команда. Может, парни придумают что-то дельное.
— Зои необходимо остановить! Она нам все испортит, — я разве что руки не заламывала, расхаживая по нашей с Владом гостиной.
— Натрави на нее Бардака, — посоветовал Денил.
— Да кто ей поверит? — в свою очередь фыркнул Гарет. — Ее слово против вашего. Все знают, что Зои не в себе после того, как Влад расторг помолвку, и способна на любую глупость. Ее заявление сочтут банальной и не очень умной местью.
— А мы этому поспособствуем, — кивнул Денил. — Сегодня же пущу слух, что девчонка окончательно слетела с катушек.
Я прикусила нижнюю губу. Не нравится мне это. С другой стороны, Зои не оставила нам выбора. Вот чего она лезет не в свое дело? И без нее проблем выше крыши.
— Возможно, завтра Зои станет уже неактуальна, — добавил Гарет. — Если мы найдем доказательство вины Алистера.
Я кивнула. Хорошо бы. А пока парни ушли, чтобы как следует отдохнуть перед предстоящим делом. С утра еще надо придумать, как избежать занятий.
Мы с Владом остались одни в гостиной. Пора было разойтись по спальням, но я не хотела спать одна. Хватит с меня одиночества. Я устала быть сильной и независимой.
Влад тоже не торопился уходить, но и к себе меня не приглашал. Несмотря на наше примирение, в нем было еще слишком много сомнений. Я ощущала их, они походили на тучи, периодически затягивающие его сознание.
— Рискнем? — выдохнула я и шагнула к нему.
Влад понял, о чем я. Объяснения были излишни. Протянув руку, он погладил большим пальцем мои губы и тихо спросил:
— Что, если я снова сорвусь?
— А мы не станем торопиться. Будем продвигаться прикосновение за прикосновением и постоянно контролировать Хаоса.
Он судорожно кивнул, взял меня за руку и повел в спальню. Там мы замерли лицом друг к другу. Влад жадно смотрел на меня, но не решался прикоснуться. Тогда я начала первой — прижала ладонь к его груди, ощутив, как быстро и сильно бьется сердце.
Влад дышал с трудом, но все еще не двигался, пока я расстегивала его рубашку. В процессе я, не отрываясь, смотрела ему в глаза. Так было сложнее, я дольше возилась с каждой пуговицей, зато следила за Хаосом. Появись хоть малейший намек, что он берет верх, я тут же остановлюсь.
Но пока глаза Влада были чисты, я продолжала. Справившись с пуговицами, стянула рубашку с его плеч и отступила на шаг, чтобы избавиться от собственной одежды. По-прежнему глаза в глаза, я сняла рубашку и сбросила юбку на пол, оставшись в одном нижнем белье.
Взгляд Влада изменился, потемнел, но Хаос был ни причем. Это все желание. Во взгляде Влада читалось нечто большее, чем просто страсть — восхищение, смешанное с неверием. Как будто он не понимал, чем заслужил этот момент, мою близость и доверие.
В нем боролись сдержанность и страсть. Я видела, как напряжены его челюсти, как дрожат пальцы. Я тихо выдохнула. Он еще не прикоснулся, а я уже вся трепещу.
— Все в порядке, — произнесла я. — Хаоса нет.
Влад вздохнул. Судорожно, с хрипотцой, а потом все-таки сделал шаг. Осторожно, боясь спугнуть. Его ладони коснулись моей талии так нежно, будто я — хрупкий фарфор.
Я обвила шею Влада руками, приподнялась на носочки и прикусила его нижнюю губу. Пока только дразнилась, но он все равно дернулся. Я проверила — глаза в порядке, значит, можно быть смелее. Зарылась пальцами в его волосы, потянула на себя и, наконец, поцеловала по-настоящему.
Влад тут же откликнулся, углубил поцелуй с тихим стоном. На какое-то время наши языки сплелись, и я потерялась в сладкой истоме, разлившейся патокой по всему телу.
Влад очнулся первым, отстранился и хрипло выдохнул:
— Контроль.
Я захлопала ресницами, не сразу сообразив, о чем он. Не знаю, завладеет ли Хаос Владом, но мое сознание точно заволокло желанием.
Проверка показала, что все в порядке, и мы продолжили. Переместили на кровать, где избавились от остатков одежды. Влад все еще соблюдал осторожность, выверял каждое прикосновение, замирал, прислушивался к себе.
А я уже не могла! Я жаждала большего — огня, страсти, разрядки, в конце концов. Толкнув Влада на спину, я оседлала его сверху. Наклонилась к его лицу, впилась в губы жадным поцелуем. Мне нравилось проявлять инициативу, а Влад не пытался меня остановить, так что я дала себе волю.
Впрочем, он тоже вскоре потерял рассудительность. Впившись пальцами в мои бедра, Влад задал ритм. Жесткий и быстрый. Мы оба долго сдерживались и вот, наконец, позволили себе то, чего так отчаянно желали.
Запрокинув голову, я прогнулась в пояснице, полностью сосредоточившись на движениях бедрами. В какой-то момент опомнилась, посмотрела на Влада. Взгляд шальной, но чистой. Я улыбнулась и окончательно отпустила себя.
Я вскрикнула первой, от острого наслаждения, прошившего тело насквозь. Пальцы на ногах поджались, низ живота свело судорогой, и я рухнула на Влада сверху. Еще пара движений, и он застонал мне в шею.
Мы долго так лежали. Влад лениво гладил мою спину. Потом намотал на палец мои волосы, пробормотав:
— Мне нравится эта черная прядь.
— И только она? — я приподняла голову, чтобы заглянуть ему в лицо.
— Дай подумать…
Влад посмотрел на потолок, делая вид, что размышляет, и я, не выдержав, стукнула его по плечу. Думает он. Да я идеальна! Что во мне может быть не так?
— Ты ужасно упрямая, — произнес он. — Споришь по каждой мелочам. Всегда знаешь, как будет лучше. Хотя ошибаешься не реже других. Идешь напролом к своим целям, не считаясь с остальными.
— Хватит, — я отстранилась. — Я тебя услышала — у меня сложный, вздорный характер.