Страница 27 из 64
Положение для переговоров было не самое удобное. Влад по-прежнему висел вниз головой, удерживаемый хвостом за щиколотку. Но бывали у него ситуации и похуже.
— Она же тебе дорога, верно? — обратился он к темной твари. — Тогда подумай вот о чем — регулярно забирая у нее силы, ты ее постепенно убиваешь. Ей необходим отдых.
На первый взгляд Бардак не отреагировал. Разве что Влада слегка качнуло. А значит, хвост дернулся. Монстр его слушает и понимает.
А потому Влад продолжил:
— Я готов периодами кормить тебя вместо нее. Возможно, магия разрушения не такая вкусная, как созидание. Но не все же время есть деликатесы. Иногда приходится питаться обычной пищей.
Он умолк, но ничего не изменилось. Бардак не торопился его отпускать, а висеть кверху задом не самое приятное занятие. Кровь прилила к голове, и та разболелась. Казалось, еще немного — и череп взорвется, как перезрелый фрукт.
Влад исчерпал свои аргументы и решил, что проиграл. Как вдруг Бардак осторожно опустил его на пол. После чего мрачно потребовал:
— Корми.
Влад хмыкнул. Он не ошибся. Риджина действительно дорога темной твари.
Быстро закатав рукав, он протянул руку. Кажется, именно так она питает Бардака. По крайней мере, синяки он видел у нее на предплечье.
Из тела темной твари появилось щупальце и присосалось к его коже. Не самое приятное ощущение. Бардак тоже был не в восторге. Гребни на его спине приподнялись, и он тихонько шипел все то время, что ел.
Кажется, Влад ему не по вкусу. Если Риджина была изысканным блюдом из дорогого ресторана, но Влад в лучшем случае тянул на бутерброд из забегаловки за углом, а то и вовсе был чем-то вроде заплесневелого куска хлеба с помойки.
Насытившись, Бардак мигом спрятал щупальце, после чего уполз в дальний угол гостиной и затаился. Тем лучше. Пусть сидит там и не отсвечивает.
Но каждый раз, когда Влад проходил мимо, из угла доносилось рычание. Не выдержав, он произнес:
— Чего уж теперь фыркать, приятель. После всего, что между нами было…
Рычание затихло. Похоже, Бардак со стадии гнева перешел в депрессию. Что ж, оттуда недалеко до смирения.