Страница 28 из 150
Её муж впервые за последние полчаса проявил активные признаки жизни и удивлённо посмотрел на супругу.
— Люда? — он действительно не понимал, что происходит.
— Молчи, просто молчи! — зашипела она.
Тут в дверь без стука вошла дородная женщина в белом халате. Индифферентно осмотрела присутствующих, подошла к Артёму, пощупала челюсть. Сын поморщился, и я уже двинулась к нему, но она заговорила:
— Простой ушиб, надо было бы лёд приложить, но уже поздно.
Спокойно подошла к столу директора, взяла из принтера лист. Ручку вытащила из стакана для канцелярии. Уверенно разорвала бумагу на несколько частей и стала что-то писать на одном из клочков. Передала Тёме. — Мазать этим по инструкции. Широко рот старайся не открывать хоть пару дней. Если не пройдёт, то к хирургу по прописке. Но ничего серьёзного.
— Спасибо большое. Посмотрите, пожалуйста, руку девочки, — мягко попросила я. И она глянула так, словно впервые меня увидела. Варвара вопросительно глянула на отца, а тот кивнул ей в ответ, и девочка закатала рукав пиджака.
— Ну тут синяк без особых повреждений, просто кожа девичья — нежная. Тоже мазать, и по желанию можно врачу в поликлинике показать. Особого отёка нет. Просто капилляры повреждены, — на втором листе, так же не торопясь, написала название лекарства и протянула Кардиналовой.
Та вежливо поблагодарила её и взяла бумагу.
— Что, что с моим мальчиком? — заголосила та, кто только что уверяла всех, что на нём заживает, как на собаке.
— Да, Лидия Максимовна, вы ведь за этим пришли? — вступил директор.
— Ничего серьёзного с ним нет, непонятно зачем вообще скорую вызывали. Несколько ушибов, дыхание у него уже восстановилось после удара по диафрагме, фельдшер дала ему мышечный релаксант. С вашего позволения.
— Да, как скажите. С ним всё нормально?
— Вы можете его уже забирать домой. Скорую я отпустить — ллюдям работать надо. Если есть желание, могу выписать ему рекомендацию на постельный режим на день, но не вижу в этом особого смысла. Сидит, симулирует возле моего кабинета, чуть ли не помирает.
— Вы его в коридор выгнали? — завизжала мать.
— В смысле «выгнала»? Мне по регламенту никого нельзя оставлять в медкабинете без присмотра. Там медикаменты и инструменты.
— Людка, пошли. Хватит уже, — заговорил её муж. Чему я сильно удивилась. Вся ситуация сильно стала напоминать какой-то ситком.
— Гена, ты что?! Ты слышал, что она...
— Пошли, я сказал, — муж взял её за руку, потащил к двери. — Хватит позориться.
Баба сопротивлялась, но он был сильнее, упёрся и потащил её силой. На выходе бросил, что они не будут предъявлять претензий, если будет от нас ответная любезность. Мы с Кардиналом только кивнули в ответ. Они вышли из кабинета, дверь закрылась и за медсестрой. В кабинете стало тихо.
Я выдохнула, почувствовала, как напряжение начинает отпускать, ноги подкашиваются, но я не дала себе слабости.
Посмотрела на Артёма:
— Ты как?
— Норм, мам.
— Покажи руки.
Он протянул руки — на костяшках ссадины, красные, но не глубокие.
— Больно?
— Нет.
— Врёшь.
Он усмехнулся:
— Терпимо, — покосился на девочку.
Я мельком взглянула на Варвару тоже и не могла не оценить красоту девочки.
Вздохнула, обняла его, прижала к себе так крепко, как только могла, почувствовала, как он обнимает меня в ответ, и на секунду позволила себе просто подержать своего сына, убедиться, что он живой, целый, что с ним всё в порядке.
— Ты молодец, Тёмушка, — сказала я тихо, гладя его по голове. — Защитил девочку. Поступил правильно. Я горжусь тобой.
Артём обнял меня крепче:
— Прости, мам. Я не хотел тебя пугать...
— Ты всё сделал правильно, — повторила я, отстранилась, посмотрела ему в глаза. — Всё правильно. Не сомневайся.
Отпустила его, повернулась к Варваре, которая стояла молча, смотрела в окно:
— Ты в порядке, Варя?
Девочка повернулась, кивнула:
— Да. Спасибо вам.
— Не за что, — я улыбнулась ей. — Артём поступил как настоящий мужчина.
Варвара посмотрела на Артёма, и что-то промелькнуло в её глазах — благодарность? Или что-то ещё?
Я повернулась к директору, который сидел за столом и смотрел на нас с облегчением:
— Андрей Афанасьевич, если к моему сыну будут какие-то претензии, какие-то санкции, какие-то разговоры о наказании — вы звоните мне лично. Сразу. Не через классного руководителя, не через завуча. Понятно?
— Да, Маргарита Арсеньевна. Абсолютно понятно.
— Отлично. Артём, забирай вещи. Идём домой.
Я взяла сына за руку, повела к двери.
Кардинал с дочерью остались в кабинете. Видимо, на профилактический разговор или всё же смотреть записи. С одной стороны, я бы хотела видеть, как мой сын проявляет свой мужской характер, но с другой... Нет, не сейчас. Не с такими расшатанными нервами. Надо в аптеку зайти и купить что-то седативное.
Мы вышли из кабинета, спустились по лестнице молча. На первом этаже я остановилась, прислонилась к стене, закрыла глаза на секунду.
«Господи. Я еле держусь.»
Тут Варвара подбежала к Артёму, посмотрела на него серьёзно:
— Власов, спасибо, — сказала она тихо. — За то, что заступился. Ты первый, кто... в общем, спасибо.
Артём пожал плечами, покраснел слегка:
— Да нормально. Не мог же я просто стоять и смотреть.
— Мог, — Варвара улыбнулась чуть-чуть, и эта улыбка изменила всё её лицо, сделала его мягче, теплее. — Но не стал. Это многого стоит. Там многие просто стояли и смотрели, снимали на телефон, развлекались.
— Вот… — не выдержала я.
— Не волнуйтесь по этому поводу, — мягко ответила она мне. — Уже к сегодняшнему вечеру этих записей не будет, я уверена. Папа уже в курсе.
Эта девочка понимала, что мы знаем, кто её отец, а мы понимали, что он действительно не даст этим видео прожить и суток.
Они посмотрели друг на друга, и я увидела это — что-то промелькнуло между ними, какая-то связь, понимание, что-то такое, что я не могла назвать, но видела отчётливо.
«Они симпатизируют друг другу. Боже, только этого не хватало.»
Кардинал подошёл, посмотрел на меня, кивнул в сторону выхода:
— Вас подвезти?
Я хотела ответить, но вдруг зазвонил телефон.
Достала из сумки, посмотрела на экран — неизвестный номер.
«Кто ещё? Что ещё случилось?»
— Извините, — сказала я Кардиналу, — мне нужно взять. Тёма, забирай свои вещи и одевайся.
Оба кивнули.