Страница 120 из 150
Глава 29: Колебания
Глава 29: Колебания
От лица Риты
Тишина в салоне — только двигатель работает тихо, ровно, и дыхание. Моё — ещё неровное, с паузами. Его — уже почти спокойное, но не совсем. Не совсем — и это почему-то важно.
Я сидела на нём, лбом упёрлась в плечо, не двигалась. Не хотела. Снаружи лес, снег, темнота и далёкие огни сопровождения — а здесь тепло, тесно, и его руки на моей спине — тяжёлые, неторопливые, просто лежат. Не держат — просто есть. Как будто им тоже никуда не надо.
Никуда не торопится.
Я тоже.
Первый раз за очень долго — никуда не торопилась. Не думала, что будет дальше, не просчитывала, не строила планов отступления. Просто сидела и дышала и чувствовала его тепло сквозь смятое платье, и запах — его запах, который в закрытом салоне никуда не делся и не денется ещё долго — и думала о том, что вот так, оказывается, бывает. Когда перестаёшь бежать.
Когда просто есть сейчас и всё.
Его пальцы медленно, почти бессознательно двигались по моей спине — вверх-вниз, через ткань. Не ласка — что-то другое. Как будто убеждался, что я здесь. Настоящая. Никуда не делась.
Я тоже никуда не делась.
«Марго», — сказал он раньше. Вот так, тихо, как будто просто произнёс вслух то, что давно знал. И что-то во мне на это слово откликнулось так, что я до сих пор это чувствовала — где-то в районе грудной клетки, тихо и неотвязно.
Рита убежала бы и спряталась. Сделала вид, что ничего не было — ошибка, порыв, слабость…
Марго — осталась.
— Нам надо ехать, — сказала я в его плечо. Тихо, без особого энтузиазма.
— Надо, — согласился он.
Никто не двинулся.
Огни сопровождения за стеклом не мигали — ждали. Терпеливые люди. Привыкли, видимо.
“Кошмар! Машина же наверняка ходуном ходила! Стыд-то какой!”
Поневоле спрятала лицо в его сгибе шеи.
— Никто и ничего не скажет и даже взглядом не покажет, — голос Игоря рокотал в его груди, и я его слышала словно усиленно, из-за того, что прижималась ухом к его телу.
— Ты умеешь читать мысли?
— Только транслируемые на твоем лице.
Ещё минута. Или две. Или пять — я не считала и не собиралась.
Потом его рука поднялась — медленно — и убрала волосы с моего лица. Прядь за прядью, как будто запоминал. Я подняла голову. Посмотрела на него — близко, в темноте салона, зелёные глаза.
— Колготки тебе нужны новые, — сказал он, оттянув пальцами второй руки рваный капрон, и тот затрещал еще больше.
— Сейчас в дырках ходить модно.
— Я консерватор.
— Я тоже.
— Поэтому колготки нужны.
Я засмеялась — неожиданно, коротко, почти беззвучно. Уткнулась обратно.
— Это ты виноват.
— Знаю, — сказал он. Без тени раскаяния.
Я начала выбираться — неловко, платье мешало, колено снова нашло консоль — он придержал меня за бёдра, пока я перебиралась на своё место. Молча. Без комментариев. Как само собой разумеющееся. Почувствовала, как по бедру стекает его семя — на платье наверняка останется пятно. Почему-то без какого-либо стыда поправила ластовицу трусиков. Но при этом старалась вообще не смотреть в сторону мужчины, который тоже стал приводить себя в порядок.
— Салфетки в бардачке есть, — негромко сказал Игорь.
— Я лучше душ приму дома, — смущенно ответила. Ещё я промежность не вытирала перед ним.
Села удобнее. Одёрнула платье — бессмысленный жест, оно было безнадёжно испорчено. Провела пальцами по волосам — тоже бессмысленно, катастрофа необратима.
Покосилась на него.
“В конце концов, меня украли!”
Игорь спокоен. Пальто застёгнуто, волосы почти в порядке. Как будто ничего особенного не произошло.
— Как ты это делаешь? — спросила я.
— Что?
— Выглядишь… так!?
Он чуть повернул голову. Посмотрел на меня — и что-то в зелёных глазах мелькнуло. Не усмешка — что-то тише.
— Как?
— Так, словно тебя ничто не может поколебать?
— Ты меня колеблешь. И нехило так, — усмехнулся он, снимая машину с ручника.
“Это признание?”
— Я не выгляжу нормально на самом деле, — сказал он. — Просто умею не показывать. В моем случае это вопрос выживания.
Я помолчала.
«Интересно, сколько всего он умеет не показывать».
Он кивнул водителю сопровождения, машина которого догнала нас очень быстро.
Лес пошёл мимо — тёмный, плотный, сосны в свете фар. Я смотрела на них и думала о том, что «Марго» в его устах звучит совсем не так, как звучало в устах отца. Отец говорил это как имя наследницы, с гордостью. Игорь сказал это как что-то своё. Как будто давно знал, просто ждал, пока я догоню. Даже мягко как-то.
Догнала.
— Игорь, — сказала я.
— Да.
— Мне нужно к детям, — я действительно на секунду пожалела о том, что не могу войти сейчас с ним в отрыв до самого утра и ни о чём не беспокоиться. Да, это чудесное чувство беспечности было, но мимолётным.
Пауза. Совсем короткая.
— Дети у меня, — сказал он. — Дома. С Таней. Алиска, по последним данным, подружилась с питбулями и съела половину пирожков.
— «С Таней»? — уточнила я. У него там дома баба какая-то с моими детьми, а он тут со мной в машине…
“Это оно, да? Личный круг. Периметр замкнут? Мне туда доступа нет. Машина, гостиница, кабинет в ресторане — мои пределы?”
Всё внутри тут же скуксилось и сжалось.
— Длинная история, потом как-нибудь. Сейчас тебе достаточно знать, что я ей доверяю безоговорочно.
«…Доверяю безоговорочно…»
Отвернулась к окну.
— Что ты там себе уже придумала, Марго? — грубо спросил он, глядя на дорогу и крутя баранку.
Я повернулась к заднему сидению, куда бросила свою шубку во время наших игрищ, набросила ее на себя, застегнула ремень безопасности и достала из кармана «Макаров», который сама туда же и засунула.
Демонстративно проверила магазин на наличие патронов.
— Маргарита? — надавил Игорь. — Мне пора волноваться? — его голос был ровным, но я уловила едва заметное волнение.
— Почему мои дети у тебя дома? — не глядя на него, рассматривала подарок отца.
— Я посчитал, что так будет безопаснее.
Сняла с предохранителя.
— Когда ты позвонила мне, требуя деньги, я сразу же дал распоряжение обезопасить детей. Как правило, по ним идет первый удар, как по ахиллесовой пяте.
— Ясно, — бросила я как бы между прочим. — И Ольга их просто так отдала?
— Ольгу ребята лично отвезли домой.
— Значит, и Ольга.
— Что Ольга? — сделал вид, что не понимает? Правда?