Страница 17 из 77
Потом мы отправились отметить сделку в небольшой ресторанчик, и Виктор, заметив мою нервозность, озабоченно уточнил:
— Ты точно не жалеешь, что затеяла все это?
Мне показалось, он имел в виду не только квартиру, но и предстоящую свадьбу. Поэтому я быстро помотала головой, чтобы не обидеть его.
— Как только клиника станет приносить доход, мы сможем чаще путешествовать. Когда переедем в дом, я продам свою квартиру, потом накопим денег и купим квартиру здесь. Хотя бы маленькую. Чтобы мы могли иногда приезжать и гулять по городу, а в остальное время недвижимость можно сдавать.
Этот вариант показался мне оптимальным, потому что я как будто бы не рвала связь с родным городом навсегда. Я уезжала, чтобы строить семью и счастливое будущее, но ничто не мешало мне в будущем возвращаться хотя бы иногда, чтобы повидаться с друзьями или сходить в театр.
Кстати, о друзьях. К тому времени у меня их почти не осталось. Большинство коллег-приятелей с прошлой работы отвалились быстро, едва я уволилась, чтобы ухаживать за матерью. Несколько подружек периодически мне звонили, с самой близкой, Юлей, мы даже встретились на следующий день после моего приезда в Москву. Я познакомила ее с Виктором, он немного посидел с нами в кофейне и сказал, что хочет зайти в один психологический центр, про который ему рассказывал коллега. Посмотреть, как у них все устроено внутри. Думаю, он понял, что я хотела посекретничать с подружкой. Юлька сразу сказала, что мой будущий муж похож на молодого Алена Делона, но выразила опасения, не заскучаю ли я вдали от столицы.
— Это временно, пока Зое не станет лучше и мы не решим вопросы с домом и работой, – как можно небрежнее бросила я, в глубине души понимая, что между мной и Юлькой уже пролегла пропасть. Она не могла понять меня, потому что не пережила и доли тех мучений, что выпадают на душу человека, вынужденного ухаживать за больным родственником. А у меня их было двое.
Несмотря на то что я немного обижалась на подружку, на свадьбу ее пригласила. Ее и еще одну коллегу по работе, Женю, мы с ней пару лет делили большой стол на двоих и часто зависали в ночных клубах, жалуясь на личную жизнь. Я знала, что Женя продолжает работать, иногда она подкидывала мне небольшую редакторскую подработку, поэтому я старалась поддерживать с ней приятельские отношения.
Вернувшись в Алатырь, я познакомилась с мамой Виктора, Ниной Матвеевной. Конечно, я ужасно нервничала, но он убедил меня, что мама будет от меня в восторге. Так и получилось. Мама Виктора оказалась красивой женщиной, чем-то похожей на Мэри Поппинс: прямая осанка, шляпа, чемодан. Мы встречали поезд на вокзале, и первыми ее словами, обращенными ко мне, было:
— Ой, какая ты хорошенькая! Какая маленькая!
— Мама, Ева не такая уж маленькая, всего на пять лет младше меня, – улыбнулся Виктор, забирая у мамы чемодан.
— Не обижайся, Ева, это же комплимент. У тебя такое юное личико, будто тебе восемнадцать. А за такой цвет лица я бы многое отдала! Признавайся, как тебе в этой глуши? Мой сын ужасный упрямец. Сколько раз я предлагала ему вернуться в Казань! Лично я в свое время была счастлива переехать, там все-таки больше возможностей. Ой, что я все о себе.. Так как тебе тут?
— Мне все очень нравится, – поспешила заверить я.
Виктор был очень похож на маму внешне, и можно было предположить, что у них особая связь. Но он предупреждал меня, что у них с мамой не самые близкие отношения. Насколько я поняла, мама очень опекала его в юности, особенно после смерти отца. И Виктору стоило больших трудов сепарироваться от нее, но теперь, к счастью, мама нашла себя в работе (она была юристом) и вроде бы даже встречалась с кем-то из коллег.
Нина Матвеевна взяла на себя часть хлопот со свадьбой, ездила в кафе Эллы, пока я искала фотографа и выбирала прическу, а еще она помогала Виктору отсматривать помещения для клиники. Ее приезд не раздосадовал, а, напротив, наполнил квартиру уютом и запахом выпечки, мне казалось, что я снова чувствую домашнее тепло, заботу. То, чего мне так давно не хватало. Я наконец могла расслабиться, переложить свои заботы на плечи тех, кто меня любит, тех, кому эта ноша была по силам.
Ночь накануне свадьбы я жутко переживала и не смогла уснуть. Во-первых, вечером Виктор привез Зою от матушки Марии – и мы ужинали вчетвером. Я волновалась, как бы сестра чего не учудила, и сидела как на иголках. К счастью, Зоя вела себя приемлемо, хотя и не очень приветливо, но мать Виктора понимающе обратилась ко мне, пока мы убирали со стола, а Зоя пошла в душ.
— Когда умер мой муж, я тоже долгое время не могла прийти в себя. Жила затворницей, не хотела принимать новую реальность. А вы еще совсем юные девочки, такое горе не сразу притупляется. Дайте ей время.
Утром пришла парикмахер, нам с Зоей делали прически, я показала сестре красивое бежевое платье, которое выбрала для нее. Мама Виктора помогла ей сделать легкий макияж, пока я красилась у зеркала сама.
Улучив момент, будущая свекровь протянула мне черную бархатную коробочку. Открыв ее, я увидела невероятной красоты шпильку для волос с жемчужиной.
— Это старинная вещь, принадлежала еще моей бабушке, – тихо сказала она.
— Какая красота! – искренне восхитилась я.
— Хотела подарить ее сразу, но со всеми этими хлопотами как-то забыла. А ты уже сделала прическу. Может, не захочешь..
— Ну что вы! Она просто великолепна.
Я взяла шпильку, осторожно вставила ее в пучок, собранный парикмахершей, и подошла к зеркалу.
— Просто куколка, – удовлетворенно заметила свекровь.
— Ты очень красивая, – отозвалась сестра, а я помогла ей надеть приготовленные для нее украшения – браслет и жемчужный чокер.
— И ты. Мы ведь почти одинаковые, да? Значит, глядя на меня, ты понимаешь, насколько прекрасна сама.
— Я совсем другая, – покачала головой Зоя. Хотелось обнять ее, успокоить, сказать какие-то важные слова, но в это время за нами уже приехала машина. Свекровь заметила ее из окна и сказала, что нам нужно поторопиться.
У загса нас уже ждали немногочисленные гости. Мои подруги не приехали: Женю отправили в командировку, а Юльку якобы свалил грипп. Я не хотела никого судить, но почему-то подумала, что они просто не захотели тащиться в такую даль. Чувствуя свою вину, каждая прислала по букету цветов и поздравительные открытки с заверениями, что при первой же возможности они навестят меня в Алатыре.