Страница 58 из 120
Глава 28
В поисках смысла
Проснулся я в медпункте. Вопреки устоявшейся традиции, у моей кровати никого не было. Ни красивой девушки, ни моих лакеев. И, как вскоре оказалось, это было не просто исключение из правил, а новая тенденция.
Расследование закончилось. Все улики указывали на то, что виновником происшествия был Гимон Киселёв. Все «существенные» улики. С точки зрения широкой общественности виноват был именно я. Я подставил своего лакея, чтобы выйти сухим из воды, и не более того.
Некоторые сомнения вызывал только последующий несчастный случай во время тренировки, в результате которого мы с Седриком получили серьёзные ранения и в итоге почти две недели провели в лазарете. К тому моменту, когда меня наконец выписали, по коридорам Академии ходило больше дюжины теорий о том, что на самом деле тогда произошло. Некоторые были уверены, что Седрик таким образом отомстил за свою госпожу: избил меня, нанёс себе раны, чтобы обставить происшествие как несчастный случай, и пригрозил, чтобы я помалкивал, иначе он закончит начатое.
Эта версия была одной из самых популярных. Особенно она пришлась по душе студентам Факультета Синей Розы. Они презрительно посмеивались у меня за спиной, явно наслаждаясь тем обстоятельством, что я немного похрамываю после лазарета, и на лице у меня временами мелькает болезненная гримаса.
Благо именно поэтому они сочли излишним пытаться отомстить мне самостоятельно. Насколько мне известно, когда Адель только отравили, многие из них собирались вызвать меня на дуэль. Это стало бы страшной морокой, ведь мне, как ни крути, пришлось бы каждого из них жестоко и показательно избить — исключительно ради поддержания моей злодейской репутации.
Как это ни странно, единственным человеком, который не верил ни в эту теорию, ни вообще в мою вину, была сама Адель. Девушка твёрдо придерживалась официальной версии, согласно которой Седрик просто проходил по коридору, заметил колебания маны, ворвался в тренировочный зал и спас меня, когда я потерял контроль над кристаллом 2-го ранга.
Адель даже не думала подозревать своего дворецкого… который на самом деле теперь работал на меня.
«Я могу спасти Хильду», — именно эту фразу я прошептал тогда Седрику и получил над ним абсолютный контроль.
Хильда была его подругой детства из Отряда 78. Вместе они провели множество дней, недель и лет в «белой комнате», из которой их время от времени забирали для проведения болезненных экспериментов. Однажды Хильду забрали — и больше не вернули. Седрик был уверен, что она погибла. Об этом свидетельствовали отчеты, которые он раскопал после расформирования отряда.
Он ошибался. Девушка действительно была жива, однако это раскроется лишь во второй части игры, где эта сюжетная линия приобретёт важное значение. Впрочем, как и сам Седрик, и его отношения с Адель.
Несложно знать секреты окружающих, когда эти самые окружающие — герои игры, в которой, по законам жанра, у каждого именного персонажа должен быть свой скелет в шкафу. Тайны основных персонажей я помнил, как свои пять пальцев. Второстепенных — в меньшей степени, но тоже неплохо. Компромата у меня было хоть отбавляй. Обычно я старался его не использовать, поскольку это могло негативно сказаться на развитии сюжетной линии, но в данном случае у меня просто не было другого выбора.
Мне нужен был способ контролировать Седрика, чтобы я мог сделать вид, будто пощадил его не потому, что был добрым человеком, а потому, что собирался использовать для некой загадочной цели.
Для какой?
Без понятия. Однако, судя по тому, что в итоге система не стала выписывать мне штраф в десять баллов, и сам Седрик, и Саша, которая подслушала наш диалог, были уверены, что цели мои были по меньшей мере нейтральными. Хотя в будущем мне обязательно нужно будет использовать Седрика для какого-то злодейского плана, иначе я получу и этот, и даже более серьёзный минус.
Впрочем, сейчас размышлять об этом у меня не было ни малейшего желания. Как и вообще «думать». События детективной арки изрядно потрепали мои нервы — в основном потому, что её не было в изначальной сюжетной линии, отчего на всём протяжении расследования ощущение было такое, что я вслепую пробираюсь по лабиринту.
И всему виной были мои собственные действия. Если бы я тогда не потребовал у Адели желание, а затем не попытался её «отравить», всего этого можно было избежать. Теперь же у меня появился новый образ, который мне придётся отыгрывать. В глазах Мании, Седрика — и Саши, что самое неприятное, — я был не просто высокомерным идиотом, а загадочным манипулятором, у которого были собственные цели и амбиции.
В некотором смысле это действительно так, если, конечно, считать за амбиции домик на берегу, небольшой садик, удочку и трёх котов: чёрного, белого и лысого.
К сожалению, подвязать картину мирной и размеренной жизни, о которой я мечтал, под злодейский план было
несколько
затруднительно, а потому все они должны были думать, что у меня имеются намного более глобальные амбиции. Как Мания, которая считала, что я поддерживаю её организацию только потому, что хочу использовать войну, которую они собираются развязать, для достижения собственных авторитарных целей.
Может, разыграю потом сцену перед Седриком и Сашей и «случайно» проговорюсь о своих мотивах. А может, наоборот, продолжу хранить таинственность и время от времени подбрасывать туманные намёки на то, что замышляю нечто по-настоящему ужасное.
Ещё было немного неприятно, что мне пришлось потратить баллы, которые я собирался использовать для постепенного развития, чтобы немедленно освоить кристалл 2-го ранга. Впрочем, иначе победить Седрика было невозможно.
В игре с ним тоже нужно было сразиться, но только в середине 2-й части «Сказания о Храбрых Душах», где он выступал довольно сильным промежуточным боссом. Тогда у него, правда, были несколько более высокий Резонанс и характеристики, однако главную опасность представляли кристалл Седрика и его навыки.
Поэтому сам факт моей победы говорил о том, что я сильно обгоняю график развития самого Алекса.
С другой стороны, победу мне обеспечил Зилион, использовать который в обычных обстоятельствах я был не в состоянии — иначе я снова потеряю контроль и окажусь в лазарете. Сперва мне нужно было хотя бы немного освоить «Продвинутую манипуляцию электрической маной». А для этого требовалось зубрить.