Страница 37 из 87
17 То, что нельзя простить
Анна выглядела растерянной. Словно в самом деле не ожидала от меня ничего подобного. Но обеспечить ей будущее, даже если она не выберет меня, было моей потребностью.
Пусть она не чувствовала истинности, я всё чувствовал. С тех пор как обнаружил связь, она день за днём крепла и теперь въелась в кожу, будто стала важной частью меня.
Как буду без неё — пока не представлял. Но и держать рядом с собой силой не планировал. Как только понял, что отдачи не будет, в голове сам собой сложился план. В поезде его корректировал
Домой вернулся, а здесь она — красивая, уверенная. Потребность в ней вспорола грудь, и вся эта нужда побежала по венам, обжигая изнутри.
Острее всё почувствовал сегодня утром. Когда после ночи потонул в её смущении. Не мог не только говорить — думать. Дракон издевался надо мной, позволяя оставаться зрителем: ловить её смущение, каждый взгляд, каждый чувственный вдох.
Утром я проснулся с воспоминаниями, будто они были моими. Кожа горела, а на губах ещё был её вкус. Она краснела, пока я весь горел от желания схватить и присвоить.
Когда вернулась в комнату — была на эмоциях, выпалила всё, что было на уме, и я почувствовал. Из всей речи разобрал слов десять, остальное домыслил. Каждая её реакция, каждый выдох теперь били точно в цель, разбивая трещины в броне моей защиты.
Я не хотел ей признаваться, что нуждаюсь в ней так же, как мой дракон. Но и смолчать не смог.
Тряхнул головой, когда остался один, чтобы прогнать воспоминания. Отдёрнул рукав и застыл. Глазам не поверил: испещрённое шрамами предплечье вдруг оказалось чистым.
Спешно расстегнул рубашку, задрал рукав и несколько раз провёл дрожащими пальцами по гладкой коже. То, что шрамов не осталось, означало: связь с драконом восстанавливается, регенерация уже началась.
Я закрыл глаза, обхватил голову руками и улыбнулся. Сердце разогналось и, казалось, планировало пробить грудную клетку. Не знаю, как долго так простоял, наслаждаясь волной облегчения.
Берта коснулась моего плеча, но её появление я почувствовал раньше: воздух изменился, шаги прошли вибрацией по полу, всё это я теперь считывал.
— Ризван приехал, — произнесла она, выделяя чётко каждую букву. Так старалась, что выглядела при этом почти комично. — Внизу тебя ждёт в переговорном. Я не знала, позволено ли мне проводить его на второй этаж. Ты ведь ещё не сообщил, что у дома появилась хозяйка? — произнесла, повторяя каждое предложение по два раза.
— Всё в порядке, — отозвался я и уложил руку ей на плечо, чтобы прекратила волноваться. От её эмоций воздух вокруг завибрировал. Она накрыла мою руку своей, заморгала часто, чтобы прогнать слёзы, и отступила.
Я был удивлён. Никто из моей семьи не прибывал ко мне без оповещения. Мне оставалось надеяться, что ничего не произошло.
Ризван — сын моего старшего брата. Мой единственный племянник. Гордость нашей семьи и академии, которую он заканчивает. И если с братьями я почти не общался, то с племянником оставался в хороших отношениях. Ещё до поступления в военную академию я тренировал его. Во время его обучения часто помогал с практикой, подтягивал тактику, гордился успехами, смелостью и находчивостью.
Шумно выдохнул, сбросил свои волнения и направился на первый этаж. Пока преодолевал расстояние, пытался решить для себя: хочу ли посвящать Ризвана в свои личные дела и знакомить с Анной. Но когда оказался в комнате, эти мысли отошли на второй план.
Едва я вошёл, воздух в комнате дрогнул, как натянутая струна, и я сразу понял: что-то не так. Провёл рукой по стене, уже привычно считывая пространство.
Не запах, не звук — а именно вибрация, которая шла от Ризвана: неровная, дёрганая, как у раненого зверя.
Первым на появление племянника отреагировал дракон. И я, оглушённый внезапно прорвавшейся связью, не сразу осознал, что взволновало зверя.
— Здра-асти, — протянул Ризван и широко улыбнулся, стоило мне войти. Он тяжело поднялся со стула, на мгновение его повело в сторону, и он ухватился за спинку. Опустил взгляд на побелевшие костяшки пальцев, которыми он сжал дерево, и шагнул вперёд.
— Что с тобой? — спросил, и мой голос будто прошёлся по его нервам: он напрягся, каждое движение казалось деревянным.
— Выг-ля-дишь хо-ро-шо, — протянул он и замолчал. Указал пальцем на себя, а затем продолжил: — Порядок.
В воздухе повисли его эмоции — не страх, не стыд, а что-то более острое, похожее на отчаяние. И от этого мне стало не по себе.
Мы виделись впервые после моего ранения, и его растерянность я ощущал кожей. Но было и что-то ещё. Я, может, и был глухим к словам, но не слепым. Опрятный вид, выглаженная рубашка и привычная натянутая улыбка не сбивали меня с толку. Только не сейчас, когда я не слышу, а подмечаю каждую мелочь.
— Что-то случилось? — спросил с нажимом и шагнул вперёд. — Говори.
Он периодически сжимал и разжимал кулак, и это не ускользнуло от меня. Меня это насторожило, но я терпеливо ждал объяснения.
— Мне нужна твоя помощь, — проговорил он, выделяя каждую букву. — Я хочу занять должность Военачальника. Хочу опередить Банкоула.
Сын Аластора Банкоула был наполнен магией, и при взаимодействии с ним казалось, что на севере нет ни одного молодого дракона, способного с ним сравниться. К тому же старый император его обожал, и решение отдать должность военачальника Хайдену Банкоулу было принято давным-давно.
Я шумно втянул воздух, почесал лоб, пытаясь подобрать слова. Ризван был магически одарён, но Банкоулу он по силам уступал.
Я гордился племянником и желал ему только лучшего, но в вопросах защиты севера всегда проявлял профессионализм. Он не выдержит — я это знал. А теперь меня беспокоило его странное состояние. Воспоминание о нашем с ним последнем взаимодействии отозвалось в теле. Плечо вспыхнуло острой болью, потому что Ризван коснулся мечом во время тренировки. Оцарапал меня. Был доволен собой. А я горд.
— В чём заключается моя помощь? — обошёл его и упёрся рукой в столешницу. Ощущения от близости моего дракона накрывали: в глазах плясали тёмные пятна, удушающий жар поднялся по телу. Непонятно по какой причине я был охвачен яростью.
— Я хочу, чтобы ты написал рекомендацию. Чтобы лично поручился за меня. Это важно. Сделай это для меня. Ты знаешь, я не подведу. В семье Банкоул сейчас происходит драма, и я мог бы воспользоваться этим, — он пожал плечами, видимо, хохотнул, губы его дёрнулись.
Ризван сделал шаг ко мне, и я осознал: мой племянник стал гораздо сильнее. Магия теперь бурлила в его венах, но было и кое-что ещё.