Страница 2 из 87
Его терпкий насыщенный запах перебивал аромат яблочного эля и густо оседал в зале. Хриплый грудной смех заполнял небольшое помещение. Мой взгляд украдкой скользил по вошедшим драконам.
Тётка не пускала меня в зал. Стыдилась, а за малейший проступок наказывала.
Драконы хорошо платили, много ели, смеялись, иногда оставались на ночь, занимая всегда одни и те же комнаты.
Она не хотела терять таких гостей. Она была в отчаяние. Муж оставил её и постоялый двор в больших долгах. Тётке приходилось много работать, чтобы не потерять дело своей жизни.
Наш небольшой городок располагался у самой границы с северными землями, где драконы из военной академии проходили практику на протяжении нескольких лет. Правитель юга не жаловал, когда драконы заходили на нашу территорию без спроса, но тётка рассказывала, что с тех пор как у него перемирие с севером, в этой части драконы не только тренируются, но и охраняют наш покой.
Тётка никогда не подпускала меня близко к гостям, доверяла лишь мелкую работу, но в тот день Рагнар пришёл днём.
Один.
Когда я протянула ему ключ от его комнаты, наши пальцы случайно соприкоснулись — и моя магия отозвалась мгновенно. По коже пробежал разряд, а по руке скользнул тонкий узор, будто кто-то провёл по коже раскалённой иглой. Горячая волна прокатилась от запястья к сердцу, и я отдёрнула руку, испугавшись не столько боли, сколько того, как она отозвалась ему и быстро подчинилась.
Он сказал, что это судьба, но я в страхе отмахнулась.
Я не верила в судьбу и в благословение богов, потому что они забрали моих родителей тринадцать лет назад, тогда мне было шесть.
Но Рагнар не унимался. Что-то твердил об истинности и о главном сокровище для него. Тогда я впервые не только увидела, но и почувствовала настоящего дракона так близко.
Тёмные волосы Рагнара были собраны в тугой хвост, несколько прядей падали на широкий лоб и янтарного цвета глаза, зрачок медленно вытянулся в тонкую иглу, а по его рукам пробежала тёмная чешуя.
Это было удивительно.
В зверином взгляде на мгновение скользнул голод, а затем сменился интересом, и с тех пор Рагнар настойчиво добивался моего внимания. Он был слишком настойчив. Часто расспрашивал о магии, а его взгляд в этот момент становился цепким. Словно ничего больше не существовало.
На мои отказы он искал всё новые возможности сблизиться. Ведь несмотря на давление тётки, я не допускала его к себе и своему сердцу.
После смерти родителей моя жизнь превратилась в кошмар, и внимание Рагнара поначалу меня пугало. А он смог всё изменить и затем он стал моим покоем. Твердил о том, что не позволит мне оставаться здесь. Привозил угощения из северной столицы, навещал, посвящал в свои дела и позволил увидеть своего зверя в обороте.
Со временем он стал особенным, тем единственным, кто понимает без слов. Я и сама не заметила, как уверовала в нашу истинность.
Доверилась ему, полюбила, рассказала о своей тайне, и вчера мы приехали на север, чтобы познакомиться с его семьёй.
Я хотела увидеть эти земли, вот только север меня не принял. Встретил промозглым ветром и холодом, а затем разбил моё сердце. Рагнар его разбил.
В ту секунду, когда его пальцы впились в моё запястье, та Анна, которая верила в истинность, рассыпалась в пепел.
И все эти воспоминания пронеслись в голове за мгновение до того, как мир снова обрушился на меня холодом и шумом волн, что бьются о скалы.
Я снова попыталась вздохнуть, а затем мысленно обратилась к дракону-создателю. Повторяла про себя, шептала вслух свою просьбу. Хотела лишь одного: чтобы он даровали мне возможность выжить, а уж после я непременно найду способ вернуться, заставить север мне покориться.
И, кажется, он меня услышал.
Рейнар
Я сидел неподвижно, будто высеченный из камня, и взгляд мой не отпускал девицу напротив. Южанка. Без магии. Без дракона. На северных землях. Это не сулило ничего хорошего — и я знал это лучше других.
У неё были потрясающие зелёные глаза, огромные, в которых ещё тлел шок пережитого, ресницы дрожали, от непролитых слёз. Молча вбирал в себя мягкие черты лица, выжженные на солнце светлые волосы и загорелую гладкую кожу.
Девица была красивой, на вид не больше двадцати лет, но занимала меня сейчас отнюдь не её красота.
В моём кабинете она казалась диковинкой.
Сейчас привычная мне обстановка казалось чужой. Резкий запах трав, старой бумаги и лекарств. Торопливые движения лекаря принесли в мою тихую обстановку хаос. Он готовил для меня письменный отчёт, сновал возле неё, осматривая. Спрашивал о чём-то, касался её рук, а её колотило так, что даже воздух вокруг неё дрожал мелкой рябью. Она отвечала, и пусть я её не слышал, но замечал, как слова её застревали в горле.
Моя спина горела от боли после внезапного оборота, мышцы будто окаменели, и каждое движение отзывалось глухим ударом. Дракон, который месяцами не отзывался мне, сегодня ночью прорвался против воли — и рванулся на зов этой девушки.
Крик, который я не мог услышать, пронзил грудь, как лезвие. Вибрация этого зова до сих пор дрожала под кожей, оседая в костях. Я не слышал звуков, но чувствовал зов всем телом — и это пугало сильнее любого крика.
Лекарь остановился и вскинул на меня внимательный взгляд. Задержался на правом плече, скользнул вниз по руке, точно ощущал эту боль. Будто чувствовал, как тело обратилось в камень, а нутро выкручивало наизнанку.
Я выдохнул, опустил взгляд, провёл ладонью по лицу, возвращая себе контроль. В этот момент ощутимый толчок в плечо заставил меня вернуться в комнату. Лекарь сунул мне в руку заключение о её осмотре. Я поднялся, взглянул на отчёт, задержал взгляд на его подписи и сложив листок пополам, убрал в карман.
Я предполагал, что могло с ней произойти.
Пусть я уже какое-то время не имею отношение ни к императору, ни к тому, что творится на севере, но произошедшее с ней настоящее преступление, а так как нашёл я её на северных землях, нет сомнений, что совершил эту жестокость дракон.
Сейчас все драконы охвачены паникой.
Лишения, что послали нам боги, сделали некоторых безумными. Магия пропадает всё чаще.
Если другие драконы прознают о том, что случилось — миру и сотрудничеству между югом и севером придёт конец.
Шагнул вперёд, сокращая расстояние и девица подобралась, вся сжалась будто ждала удара.