Страница 42 из 65
Глава 37
Глава 37
Агния
«Что я получу взамен?»
Слова Саида крутятся в голове на повторе, как если бы плёнку отматывали назад, затем проигрывали и снова отматывали.
Я сижу на пуфике в своей комнате, опустив голову между ног и пытаюсь не сойти с ума, размышляя над тем, что я могу ему предложить?
Наверное, всё, что он хотел бы, я не готова даже мысленно отдать.
Хотя в каком-то смысле я вру… Физическое влечение к этому мужчине более, чем реальное. Оно неразумное, дикое, больное, но вполне настоящее.
Предложить ему свою постель за право общаться с семьёй?
Господи, да это же просто аморально.
Резко выпрямляюсь на пуфике и тут же жалею об этом, так как голова начинает кружиться, а к горлу подступает тошнота. Я хватаюсь рукой за туалетный столик и шумно дышу.
Месячных так и нет. И если не будет в ближайшие два дня, то и смысла делать тест я не вижу. И без того ясно, что будет ребёнок.
Вопрос в другом — как мне позаботиться о своём состоянии, не рассказав про беременность Саиду?
Ответ: никак.
Если токсикоз будет усиливаться, то мне придётся сказать.
Иначе это может быть опасно и для меня, и для ребёнка.
Отдышавшись, я медленно поворачиваюсь на пуфике к зеркалу. Сейчас мои чёрные подстриженные под каре волосы собраны в небрежный хвостик на макушке. Лицо слегка бледное. Губы покусаны.
Как обычно себя ведут люди, попавшие в плен? Они сопротивляются? Насколько долго? А дальше что?
Если я не стану сопротивляться, станет ли это предательством по отношению к самой же себе? К моей семье? К жизни, которая у меня была?
Сжав виски, я шумно выталкиваю воздух из лёгких.
Мне придётся как-то подступиться к этому страшному человеку.
Я решаю не уделять особого внимания своему внешнему виду. Просто аккуратно закалываю волосы и надеваю платье с цветочным принтом. Не хочется, чтобы Саид думал, что для него я стараюсь хорошо выглядеть.
Да и создаётся впечатление, что как бы я ни выглядела, он всё равно не перестанет маниакально меня хотеть.
Хотя, возможно, стоит попробовать перестать мыться и причесываться. Может, сработает?
— Готова? — резко оборачиваюсь на голос Абушаева.
Он стоит в дверях моей спальни. На нём белая обтягивающая футболка и джинсы. Волосы зачёсаны назад.
Раздражает мысль, что хочется провести пальцами по волосам и слегка их растрепать.
— Вот, думала, сработает ли, если я перестану мыться, чистить зубы и расчесывать волосы?
Саид выгибает бровь.
— Даже не представляю. Но можешь попробовать.
— Вызов принят.
— Ты придумала, что предложишь мне взамен на разговор с сестрой?
— Пока нет. Но придумаю. Можешь не сомневаться.
Губ Абушаева касается лёгкая усмешка. Он прекрасно понимает, что я хочу избежать необходимости ложиться с ним в одну постель.
— У тебя будет целая дорога, чтобы подумать. Идём.
Понятия не имею, где именно Саид решил устроить ужин. Шок начинается с того, что до места назначения мы летим на вертолёте.
Это позволяет с воздуха оценить, насколько далеко дом, ставший моим пленом, находится от цивилизации.
Да уж. Сбежать точно не получится.
— Уже нарисовала мысленную карту побега? — спрашивает Абушаев через наушники. — Брось, Агни, тебе гораздо проще смириться с тем, что ты моя. Мы бы получили море удовольствия от общества друг друга.
— Лёгкие пути — не мой конёк.
Саид хмыкает.
— Будет любопытно посмотреть, на что ты способна.
Вертолёт приземляется на плавучей площадке посреди моря. Сумерки уже опустились, и в это время суток морская гладь выглядит завораживающе, сливаясь с небом.
С вертолетной площадки мы спускаемся к скоростной лодке, которая отвозит нас на плавучий ресторан.
Признаюсь, что этот мужчина умеет ухаживать. К сожалению, это с самого начала было так.
Ресторан арендован только для нас двоих. Полуоткрытое помещение усыпано огнями и цветами. Играет красивая музыка.
— Прошу, — Саид подаёт мне руку, чтобы я могла усесться на подушку возле низкого столика, но я игнорирую этот жест и сажусь сама.
— Я придумала, что могу предложить взамен на звонок сестре.
— Правда? И что же? — Абушаев садится напротив и подаёт сигнал официантам.
— Я смогу устроить хирургический мастер-класс для Луи. Ну, вроде, практического урока. Достаточно иметь манекен и необходимое оборудование.
Брови Абушаева ползут вверх.
— А как же поцелуй? Секс? Объятия? Впишешь ночь в карточку своих ночей?
— Я не буду платить сексом за звонок родным.
— Игра в хирурга с Луи — недостаточная плата.
— На мой взгляд, вполне достаточная.
— Тогда, — Саид проводит пальцами по подбородку, — условия этого мастер-класса должны быть более реалистичными.
— Что ты имеешь ввиду? Не думаю, что это возможно…
— Почему же? Ты — первоклассный хирург. У меня всегда имеется достаточно пациентов, нуждающихся в хирургической помощи.
Я вздрагиваю.
Не сомневаюсь, что у него достаточно «пациентов»…
— Это же не развлечение, Саид. Это человеческая жизнь. Хочешь, чтобы Луи принимал участие в реальной операции?
— Жизнь жизни рознь, Агни.
Мурашки бегут по коже от тона, которым Саид произносит последнюю фразу.
— Ты хочешь включить меня в свой преступный бизнес, чтобы… я потом не смогла свидетельствовать против тебя?
Абушаев берёт бокал шампанского, которое ставит на стол официант, и немного отпивает.
— Агния, милая, если мой преступный бизнес, как ты говоришь, накроется, то меня сразу убьют. Поэтому будет безразлично, станешь ли ты против меня свидетельствовать или нет.
Неожиданно перед глазами мелькает картинка, как Саид лежит в гробу, крышку закрывают, гроб опускают в землю. Я смотрю на надгробие. Кидаю последнюю горсть земли.
От этого образа мне становится дурно.
Хорошо, что официант принёс не только шампанское, но и несколько графинов с лимонадом. Один мятный, другой апельсиновый.
Я наливаю мятный и жадно пью, стремясь заглушить тошноту.
— Ну так? Ты готова провести операцию за звонок сестре?
Если я соглашусь, то, возможно, увижу часть того, чем занимается Саид. Это поможет мне возненавидеть его сильнее и сохранить здравый рассудок.
— Хорошо, — коротко киваю, опустив взгляд. — Когда я смогу позвонить?
— Утром. Сойдёт?
— Договорились.
Абушаев довольно улыбается.