Страница 8 из 57
Я взяла телефон.
Нового сообщения не было.
Зато в семь двадцать пять раздался звонок.
— Да?
— Я внизу.
Голос Дмитрия.
Я посмотрела на часы.
— Вы опоздали на пять минут.
— Я знаю.
— И?
— Поэтому вы будете меня ругать в машине.
— Не буду.
— Почему?
— Я берегу силы.
Он тихо усмехнулся.
— Спускайтесь.
Я положила телефон.
Кристина поправила мне серьгу.
— Готово.
Я посмотрела в зеркало.
В отражении стояла незнакомка.
Уверенная.
Спокойная.
Соблазнительная.
И очень дорогая.
— Ну, — пробормотала я, — если это провалится, хотя бы фотографий стыдиться будет не так обидно.
Дмитрий ждал меня у машины.
И, конечно же, выглядел так, будто родился в костюме.
Он стоял, прислонившись к двери, и разговаривал по телефону.
Я подошла ближе.
Он закончил разговор, поднял глаза...
И замолчал.
Всего на пару секунд.
Но я заметила.
Он действительно замолчал.
Его взгляд скользнул по мне, задержался на лице, потом снова вернулся к глазам.
— Что? — спросила я.
— Ничего.
— Вы сейчас очень выразительно смотрите на «ничего».
— Вам идет платье.
Я моргнула.
— Спасибо.
— Поехали.
Я уже собиралась сесть в машину, когда остановилась.
— Подождите.
Он посмотрел на меня.
— Что?
— Я должна знать правила.
— Какие?
— Сегодня.
— Все те же.
— Нет. Сегодня мы играем в супружескую пару.
— Да.
— Насколько близко?
Он несколько секунд молчал.
— Настолько, насколько потребуется.
— Очень конкретно.
— На людях мы женаты.
— Это я поняла.
— Значит, вы можете держать меня за руку.
— Могу.
— Можете поправить мне галстук.
— У вас нет галстука.
Он посмотрел на себя.
— Действительно.
— Можете обнять.
— А вы?
— Что я?
— Вы можете обнять меня.
— Это уже звучит опасно.
В его глазах мелькнула усмешка.
— Боишься?
— Нет.
— Тогда не бойтесь.
Я фыркнула.
— И еще?
— Иногда нужно изображать близость.
— Например?
— Если кто-то фотографирует.
— Понятно.
Он открыл передо мной дверь.
— И главное.
— Что?
— Ты должна смотреть на меня так, будто я тебе нравлюсь.
Я поставила руку на дверь.
— А если не получится?
Он чуть склонил голову.
— Получится.
— Почему вы так уверены?
— Потому что сегодня я тоже постараюсь.
Я села в машину.
И только когда дверь закрылась, поняла, что он сказал это совершенно серьезно.
Прием проходил в старинном особняке, который после реставрации превратился в одно из самых дорогих мест для деловых мероприятий.
Я узнала это здание сразу.
Даже слишком хорошо.
— Я работала над проектом реставрации западного крыла, — сказала я, когда мы вошли.
Дмитрий посмотрел на меня.
— Серьезно?
— Да.
— И как тебе результат?
Я осмотрелась.
— Неплохо.
— Только неплохо?
— У вас спрашивают мнение архитектора, а потом обижаются на ответ?
— Я привык.
Я улыбнулась.
— Тогда хорошо.
Он положил руку мне на талию.
Я напряглась.
Не от страха.
От неожиданности.
Его ладонь была теплой даже через тонкую ткань платья.
— Расслабься, — тихо сказал он.
— Не командуйте.
— Я не командую.
— Вы только что сказали мне расслабиться.
— Это была просьба.
— У вас странные просьбы.
— Я заметил.
Мы вошли в зал.
И сразу оказались в центре внимания.
Я поняла это по тому, как менялись взгляды людей.
Кто-то узнавал Дмитрия.
Кто-то уже узнавал меня.
Несколько фотографов повернули объективы в нашу сторону.
— Улыбайся, — прошептал Дмитрий.
— Я улыбаюсь.
— Это не улыбка.
— Это моя улыбка.
— Ты выглядишь так, будто собираешься убить кого-то вилкой.
— Я архитектор.
— И?
— У нас профессиональная деформация.
Он едва заметно усмехнулся.
— Попробуй еще раз.
Я улыбнулась.
Шире.
— Так?
— Лучше.
— Вы ужасный режиссер.
— Зато хороший муж.
Я посмотрела на него.
— Не привыкайте.
— Поздно.
Фотографы подошли ближе.
— Дмитрий Андреевич! Александра! Можно пару кадров?
Дмитрий даже не изменился в лице.
— Конечно.
Он повернулся ко мне.
— Аля.
Я подняла глаза.
— Что?
— Посмотри на меня.
Я посмотрела.
— Вот так.
Его рука чуть крепче легла мне на талию.
Я улыбнулась.
Вспышка.
Еще одна.
Еще.
— Отлично! Чуть ближе!
Я мысленно выругалась.
Дмитрий наклонился ко мне.
— Не паникуй.
— Я не паникую.
— У тебя рука ледяная.
— Потому что я злюсь.
— На кого?
— На вас.
— Это даже хорошо.
— Почему?
— Значит, эмоция настоящая.
Я едва не рассмеялась.
— Ненавижу вас.
— Очень убедительно.
Фотографы засмеялись, решив, что это часть игры.
И именно в этот момент я увидела мужчину, который стоял неподалеку и наблюдал за нами.
Он улыбался.
Но взгляд был совсем не веселым.
Дмитрий тоже его заметил.
Его лицо мгновенно изменилось.
Исчезла легкая улыбка.
Появилась привычная холодность.
— Кто это? — спросила я тихо.
— Никто.
— По вашему лицу так не кажется.
— Потом.
Он снова улыбнулся для камеры.
Я впервые заметила, как легко он умеет менять выражение лица.
Секунду назад передо мной стоял человек, которому явно не нравился незнакомец.
А теперь рядом со мной снова был счастливый супруг.
— Вы профессионал, — прошептала я.
— В чем?
— В притворстве.
Он посмотрел на меня.
— Ты еще не видела всего.
У меня внутри что-то неприятно дрогнуло.
Я решила, что это просто усталость.
Конечно.
Именно усталость.
Через двадцать минут я поняла, что светская жизнь — это отдельный вид спорта.
Нужно улыбаться.
Кивать.
Помнить имена.
Не перепутать директора банка с владельцем сети ресторанов.
Не сказать человеку, что его шутка не смешная.