Страница 36 из 97
Глава 14
Встреча с родственниками
Особняк графов Андрольевых был велик — до дворца не дотягивал, но восхищал своей суровой монументальностью. Сложенный из тёмно-серого камня, украшенный добротной, без излишеств лепниной, он производил впечатление нерушимой крепости. Высокие парадные двери распахнулись сами, едва экипаж, встречавший Влада с семьёй, остановился у крыльца.
Их встретил немолодой, вышколенный слуга, который без лишних слов провёл гостей в комнаты, закреплённые за Владом, — просторные, но строгие, с мебелью из тёмного дерева и высокими окнами, выходящими в парк.
Общего ужина не было. Еду принесли на подносах, в тяжёлой серебряной посуде, но без той показной пышности, которой славились столичные обеды. Алина заметила, что Влад ест рассеянно, почти не глядя в тарелку, и догадалась: его мысли далеко.
После ужина слуга передал, что граф Николай Сергеевич желает видеть сына.
Влад вышел в коридор. Мысленно он уже готовился к тяжёлому разговору, но не успел сделать и нескольких шагов, как из ниши у лестницы его окликнул тихий, но властный голос:
— Влад! Стой.
Он обернулся. Навстречу шла Пелагея Сергеевна — его тётушка, старшая сестра отца, пожилая женщина, с острым взглядом и вечно поджатыми губами. Она никогда не отличалась мягкостью, но и не была злой. Просто предпочитала знать всё и делать выводы сама.
— Тётя Пелагея? Вы здесь?
— Здесь, — она взяла его под локоть и отвела в сторону, в маленькую гостиную, где никто не мог их подслушать. — У меня для тебя новости. Садись и слушай.
Влад повиновался.
— Твой отец в бешенстве. Женитьба без родительского благословения — это для него удар ниже пояса. Но самое скверное не это, — Пелагея Сергеевна понизила голос. — Князь Гронский, узнав, что сватовство расстроилось, приехал разбираться. И потребовал заменить жениха.
— Заменить? — Влад нахмурился. — На кого? Неженатых сыновей у отца не осталось. А на мужчин их младшей ветви, он не согласится бы.
— Один остался. Внук. Старший, Анатолий, сын Сергея. Ему шестнадцать. Невеста, сама понимаешь, старше. На шесть лет. Гронский был не против, но потребовал, чтобы свадьба состоялась в ближайший год.
— А Сергей?
— А Сергей — молодец, — в голосе тётушки прозвучало одобрение. — Он, конечно, предполагал, что Анатолию рано или поздно придётся заключить выгодный для рода брак. Но не в шестнадцать же лет, в самом деле. Он начал собирать информацию о княжне. И выяснил, что она тесно общается с представителями секты кронексов.
— Секты?
— Не запрещённой, но… сомнительной. Кронексы поклоняются богу Славию, богу плодородия, и в своих обрядах, говорят, допускают то, что жрецы Арконея Ясноликого называют не иначе как свальным грехом. Входит ли княжна в эту секту? За короткий срок не установили, но её связи достаточны, чтобы задать вопрос: насколько хорошо наш род изучил девушку, предлагаемую в жёны наследникам?
Влад молча переваривал услышанное.
— А как на это отреагировал князь? Кинулся защищать свою кровиночку?
— Князь, узнав, что Сергей копает, пошёл на попятную. Согласился: обстоятельства сильнее планов. Планы, которые были так полезны обеим семьям, оказались… невыполнимыми. Тут же вспомнил о разнице в возрасте жениха и невесты. О том, что в империи не приветствуются ранние браки и прочее…
— То есть брак с княжной окончательно расстроен?
— Окончательно, — тётушка кивнула. — Твой отец зол на тебя, но теперь не может обвинить тебя в беспрецедентном пренебрежении интересами рода. Потому что род сам хорош, не проверил кандидатку, не настоял на своевременном знакомстве, в конце концов.
— А что Сергей?
— Сергей геройствует в тени, как обычно, — усмехнулась Пелагея Сергеевна. — Но он на твоей стороне. И это важно. Теперь иди к отцу. Ты знаешь достаточно.
— Спасибо, тётя, — Влад поцеловал её руку и вышел из гостиной.
* * *
Разговор с отцом был долгим и тяжёлым.
Николай Сергеевич метал громы и молнии, обвинял Влада в эгоизме, в том, что он поставил семью в неловкое положение. Влад слушал молча, не перебивая, и ждал, когда поток негодования иссякнет.
— Ты хоть понимаешь, что наделал? — отец тяжело дышал, опираясь на стол. — Князь Гронский — человек влиятельный! Он может нам жизнь испортить!
— Насколько далека княжна от кронексов? — тихо спросил Влад. — Судя потому, как повел себя князь, княжне есть что скрывать, и он не хочет, чтобы мы докопались до чего-то определенного.
Николай Сергеевич замолчал.
— Ты об этом знаешь? — спросил он после паузы.
— Только что узнал, — честно ответил Влад. — Но теперь знаю. И понимаю, что вы все тоже знаете. Вопрос в том, какие выводы вы сделаете.
— Какие выводы? — отец поморщился.
— А такие, что прежде чем предложить невесту наследнику, её стоит изучить. Не только титул и приданое, но и круг общения. И обряды, которые она чтит.
Николай Сергеевич сел в кресло, устало потёр лицо.
— Ты прав, — сказал он неожиданно. — В этом, ты прав. Но это не значит, что ты поступил правильно. Ты мог всё уладить иначе. Мог предупредить, объяснить.
— Я предупредил. Письмом.
— Письмом, после обряда? — передразнил отец.
— А как надо было? — Влад шагнул ближе. — Ты бы принял моё решение, если бы я приехал и познакомил вас с невестой. Как бы вы поступили?
Николай Сергеевич промолчал.
— Я знаю, что я виноват, но вы не оставили мне выбора, — Влад вздохнул. — По-другому жениться на женщине, которую люблю мне бы не удалось. Наконец, если бы я женился на почитательнице бога Славия, то это было бы скандалом. Да и хранителю рода это бы не понравилось.
— Убирайся, — неожиданно сказал Николай Сергеевич. — Иди к своей жене. Завтра поговорим.
Влад поклонился и вышел.
Прощения не было. Но и изгнания — тоже. И это уже было победой.
* * *
В комнату он вернулся мрачным и раздражённым. Алина, увидев его лицо, подошла, обняла молча.
— Всё так плохо? — спросила она тихо.
— Нет, — он прижал её к себе. — Наоборот — хорошо. Но противно.
Он рассказал ей не всё, о Гронском и секте решил не упоминать, чтобы не волновать лишний раз. Сказал только, что отец бушевал, но кардинальных мер не принял.
— Ты не прощён? — уточнила Алина.
— Не прощён. Но и не изгнан. Будем работать над отношениями.
Она вздохнула.
— Тяжело с твоими родственниками.
— Привыкнешь, — он поцеловал её в макушку. — Все будет хорошо.
Алина улыбнулась.