Страница 76 из 88
– Легко вам говорить. Кто я такой? Беглый преступник. К тому же у меня осталась семья, я все еще надеюсь выкупить сестер и найти им пусть небогатых, но мужей, чтобы они больше не знали горя и унижений.
Хаято пошевелил золу палкой, и в поднявшихся языках огня увидел Ишинори из прошлого.
– Поверь, я ничем от тебя сейчас не отличаюсь, тоже наворотил дел, оказался втянут не пойми во что. Друга вот потерял. Никакое оммёдо мне тут не поможет.
Ютака, кажется, не поверил, но Хаято в целом было все равно. Он принял от него флягу и жадно глотнул бодрящую холодную воду. Чем сильнее они удалялись от Канашиямы, тем тоскливее становилось на душе. Может, и не стоило оставлять учителя наедине с Рюноске. Учитель, он добрый, его обмануть – раз плюнуть, только надави на жалость.
– Как же достало! – вполголоса прорычал он и отшвырнул палку. Повинуясь движению руки, пламя поднялось выше, плюнуло в небо снопом искр и с шипением погасло. – Этого еще не хватало…
Ютака сидел ни жив ни мертв. Он не почувствовал всплеска ки, которую Хаято не сумел вовремя обуздать, ему, наверное, случившееся показалось дурным знаком или играми злых духов.
– Ладно, посидели и хватит. – Хаято поднялся и размял плечи. Холод приближающейся зимы всерьез взялся за дело, землю приморозило, и долго на одном месте лучше не оставаться. Ютака и сам уже, скорее всего, пожалел, что вызвался помочь, но, к его чести, не жаловался, только выглядел подавленным. Может, устал.
До рассвета еще оставалось время, если поторопятся, с первыми лучами солнца их понесут дальше резвые лошадиные ноги.
– Снег пошел, – тихо сказал Ютака. Хаято с удивлением посмотрел наверх, и на нос ему приземлилась маленькая снежинка. Пока Ютака затаптывал следы костра, снежинок стало больше, они роились вокруг, напоминая тот день, когда Ишинори нашел его на лесной тропинке. Хаято подставил ладонь, но ветер сносил снежинки в сторону, никак не давая ощутить их быстрые ледяные уколы.
– Надо идти, – наконец опустил он руку. – Такими темпами нас тут заметет, и мы никогда не догоним Ишинори.
Он сделал шаг и покачнулся. Рой белых мух завертелся вокруг, размывая очертания деревьев вдалеке и Ютаки, угрюмо стоящего над кострищем.
– Неужели вы ничего не поняли? – спросил он, и Хаято, отмахнувшись, едва не упал. Снег мешал видеть, но ноги ослабли явно не от внезапной метели. – Я же намекал вам. Я правда намекал.
О чем он? Хаято пытался рассмотреть его лицо, но все было белым, мельтешащим, нечетким. Даже черное небо пропало за непрерывно сыплющимися крупными, как перья, снежинками.
– Ютака! – прорычал он. – Где ты? Покажись!
Голос юноши раздавался сразу отовсюду и все сильнее искажался.
– Мне уже не вернуться к прежней жизни, не увидеть мать и сестер, – говорил он из-за искрящейся пелены. – Но я все еще могу не дать причинить им вред. Вы же понимаете меня?
Хаято не мог сосредоточиться. Стало казаться, что и метель – не настоящая, как и все, что его окружало. Он чувствовал себя непроходимым идиотом. Настолько тупым, что это было даже почти смешно.
– Лучше не подходи, – предупредил Хаято, слепо щурясь. – Я…
Толчок в грудь лишил его равновесия. Ки не отзывалась, и вот тут-то стало по-настоящему страшно. Ютака не собирался искупать свои грехи и вести его к Ишинори. Только дурак поверил бы в такое. Предавший раз, предаст снова, какова бы ни была причина.
Еще один удар в грудь, и Хаято совсем теряется в пространстве. Вода! Не стоило пить чужую воду, но и тут Хаято оплошал. Ишинори бы схватился за голову и обозвал его последними словами. Но Ишинори здесь нет и, похоже, никогда не было.
– Простите, – попросил Ютака.
– Да пошел ты…
Удар ножом Хаято ни с чем бы не спутал. Такой смертью он уже умирал. Боль была похожа на огонь, распространяющийся от места удара. Его хватило как раз на то, чтобы окончательно пошатнуть Хаято, и тогда из-под ног вдруг ушла опора. Проклятый снег скрывал собой все, Хаято не понимал, что и как произошло, но тем не менее он летел вниз, а над головой рассыпалось белыми искрами темное безразличное небо.