Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 95 из 328

— Может, тан Риалон это знает, а я пока не понимаю. Скажите, пусть карточные долги священны.. наверняка находится куча.. атеистов?

— Куда ж без них! То одно, то другое.. не хотят долг отдавать – и хоть ты что с ними делай.

— Для этих целей у сеньора Кинтеро свои люди есть. Охрана клуба, – проинформировал Амадо.

— Но мы же понимаем, что в данном случае.. ну никто таких денег тану Анхелю не отдаст. Правильно?

— Нет, – с полуслова понял сеньор Кинтеро. – Ко мне никто не обращался.

— Договорились полюбовно?

— Вполне возможно, – согласился сеньор Кинтеро. – Оливарес.. он слабый. Он как картон, податливый такой.. сложить можно, погнуть, порвать. Запугать его несложно, если кто захочет этим заняться.

— Тогда могли что-то видеть его соседи, – кивнул Амадо. – Скажите, а что вы можете рассказать про тана Толедо? Раз уж он попал в поле зрения полиции?

Сеньор Кинтеро и тут колебаться не стал.

— Одним словом? Дрянь человечишка! Гнилое, гнусное, подловатенькое такое существо. Даром, что симпатичный, с лица воду не пить. Да и глотнешь такой водички – не отплюешься. Любого продаст, предаст, с мертвеца кольца снимет.. да что там! В могилу за выгодой полезет! Такому доверять – себя не уважать.

Феола кивнула.

Это она и так, в принципе, знала. А нельзя ли конкретнее?

— Что именно конкретнее? – не понял сеньор Кинтеро.

— К примеру, с кем он играл у вас в клубе за последнее время, выигрывал или проигрывал, с кем играл в других клубах, с каким результатом, может быть, что-то о его друзьях?

— Хммм.. ладно! У себя в клубе я просто книги погляжу, и секретарь вам выписку сделает. А вот по другим клубам сложнее. А есть еще подпольные..

— Сеньор Кинтеро, – Амадо сложил руки в молитвенном жесте и похлопал глазами. – Очень надо!

— Очень?

— Действительно, – перестал изображать шута Амадо. – Вопрос жизни и смерти. И еще.. может, вам что-то покажется сомнительным?

— Простите?

— Появится в списке кто-то, с кем Анхель играть не должен. Вот, как с этим Оливаресом, я же правильно понимаю, обычно Толедо выбирал другую добычу?

— Да, пожалуй.

— Даже если вы мне дадите списки, я не успею их отработать за оставшееся время. А опасность может быть очень серьезная. И для его величества в том числе.

— Насколько серьезная?

— Смертельно.

— Вы хотите сказать..

— Нет. И я этого не говорил. И не думал. Но зачем вам такое, в столице? Вам наоборот, тут бы королевский двор, придворных побольше, деньги будут..

— Плохо ты в нашем ремесле разбираешься, Риалон, – отбросил напускную вежливость мужчина. – Но я понял. Вечером заедешь.

— Этим вечером?

— Да. Мне нужно время.. я сейчас и сам займусь, и секретарю скажу. Но это не быстро.

Амадо почтительно поклонился.

— Сеньор Кинтеро, буду должен.

— Будешь. А сейчас – до свидания. Тан, ритана..

Феола поднялась без единого слова. Разве что попрощалась. И уже в мобиле посмотрела на Амадо.

— Тан, я смогу получить записи об играх тана Толедо?

— Сможешь. Но вряд ли тебе это поможет.

Феола кивнула.

Да, она тоже об этом подумала. Играет – и играет.. нет, это Лоуренсио в расчет не примет. Это обычное времяпрепровождение, даже и у них, на плантации. Феола и сама неплохо играла. Покер, преферанс, не говоря уж о простых играх.

Разве что Толедо окажется по уши замешан в этой грязи.. и то может вывернуться.

Ладно, будем надеяться, тан Ортис не подведет. А пока..

— Я тебя подвезу к лавке мастера Агирре. И поеду.

— Хорошо, тан Амадо. Завтра утром?

— Обещаю, я тебе сегодня вечером телефонирую, – улыбнулся Амадо. А что, ночевать он все равно будет в управлении. Там и тихо, и спокойно, и камера, опять же, сегодня свободна. Хоть выспится.

— Правда? – Феола выглядела, как ребенок, которому пообещали большую конфету.

Огромную.

— Слово даю.

Феола довольно улыбалась.

Интересно же, таны! Интересно!

Впрочем, в магазине мастера Агирре ей стало еще интереснее.

* * *

— ОПЯТЬ?!

Амадо искренне удивлялся.

Да что ж за идиоты такие пошли? Не похитители, а демон знает что! Тут впору не им платить, а с них за моральный ущерб взыскивать.

Третий раз – и все мимо?

— Все логично, – отмахнулась Феола, в которую Мерседес вцепилась, как клещ. Кстати, одной-то рукой в Феолу, а другой в тана Мальдонадо. – Я не выгляжу опасной, дома.. ну там, хорошо, там один раз случай сыграл. А тан Мальдонадо тоже оказался в нужном месте и в нужное время.

Тан, который сейчас выглядел, словно петух после драки: гордым и растрепанным, усмехнулся.

— С позволения сказать, я тоже не выгляжу опасным. Равно, как и ритана. Как и сеньорита Мерседес.

— Вот.

Амадо подумал пару минут.

— Все равно. Как-то это глупо..

— Значит, в ближайшее время будет еще одна попытка. Намного более серьезная, – прищурилась Феола на следователя.

Мерседес задрожала, словно осиновый лист.

— Я.. я не..

— Спокойно, – цыкнула на нее Феола. – Мерче, тебя нельзя подвергать опасности, это и так понятно. Нам срочно кто-то нужен.

— И где я возьму этого кого-то? Да еще так быстро? – ахнул Амадо.

Феола развела руками.

— Не знаю.. Алисия отпадает, даже если на нее парик напялить, вряд ли сестра согласится. А еще кто.. Треси? Они с Мерче совершенно не похожи. Треси в полтора раза мельче..

Амадо серьезно задумался.

Потом просиял и посмотрел на мастера Агирре.

— Сеньор, я могу телефонировать от вас в одно место?

— Да, конечно.

Амадо довольно кивнул.

Знает он, у кого можно попросить помощи. Действительно, Мерседес сейчас нельзя подвергать опасности. Да и.. она – не боец. Упасть в обморок, завизжать, но и только. Она не защитит себя, ей требуется защита. А если он правильно понимает, защита понадобится и остальным Веласкесам.

Вот что бы сделал он сам?

Да взбесился бы! До белых глаз, до ушей в трубочку.. взбесился и потребовал во что бы то ни стало доставить девчонку.. куда? К кому?

Узнаем. Феола права, будет еще одна попытка. И кажется, он знает, кто может в ней поучаствовать.

Амадо отправился в кабинет сеньора Агирре. А Феола принялась расспрашивать Мерседес.

Выходило так, что герой дня – тан Мальдонадо. Феола искренне поблагодарила его за спасение подруги, но тан только отмахнулся.

— Я не позволю лишить себя такой шикарной натурщицы! Пусть пеняют на себя мерзавцы, вставшие на пути искусства!

Феола хмыкнула.