Страница 315 из 328
Ответ он знал и сам. Да ни за что, приятель. Власти хочется, а не дается. Вот и все.
А еще – ложное понимание власти.
Это ведь не развлечения, не игрушки, не балы и охоты. Это работа и работа. Каторжная.
Трудная и тяжелая. Бернардо только начал разгребать бумаги, и понял, что просто не поднимает этот воз. Хорошо еще и тан Кампос обещал уволиться и пойти помощником к его величеству, пока тот чуточку не освоится, и еще нескольких человек рекомендовал, и епископ кое-кого обещал, и Карраско подтянутся.. рядом с некромантами врать сложно.
Была б у Бернардо возможность – он бы все скинул хоть на кого и рванул в закат. А нельзя.
Плакать хотелось. Но и это нельзя.
Рассказ о преступлении, подготовленный таном Вальдесом. Доказательства.
Свидетельства тех же мединцев.
Всего и побольше, побольше..
Мануэль сломался почти сразу. Мигель – другой характер – пытался огрызаться, отбиваться, орал, что все подстроено, но ему никто не верил. Даже он сам. Куда уж тут убедительно сыграть?
Хавьер, которого пригласили в качестве судебного мага, равнодушно подтверждал правду и указывал на вранье. Пару раз Бернардо поймал его взгляд.
Теплый, настоящий..
Держись, друг. Понимаю, тяжело, это просто надо выдержать.
Становилось чуточку легче, но ненадолго.
Наконец, все выслушано, оправдания и отрицания, обвинения и признания. И суд выносит вердикт.
Виновны.
Приговор?
Смертная казнь через обезглавливание.
Бернардо поднялся с места.
Это – лица королевской крови. Он – король. Он обязан утвердить приговор, нравится ему это или нет. Более того, он может его отменить.
И Мигель смотрит со злостью.
А Мануэль – с надеждой на прощение. Он всегда так смотрел, с детства. Когда шалили они вместе, попадались вместе, но Бернардо обычно доставалось. А вот Мануэля частенько прощали. Выглядел он так – хотелось погладить по головке и дать конфетку.
Сейчас Бернардо своей волей должен отправить их на плаху.
Только открыть рот его величество не успел. Даже придумать, что надо сказать – не успел.
Медленно сгущался воздух перед приговоренными. Словно тонкая струна запела в тишине зала.. Бернардо дернулся и понял, что даже шевельнуться не может.
Словно странное оцепенение сковало всех присутствующих.
А перед виновными распахнулся черный провал.
И из него лезли щупальца.
Много.
Зеленые, склизкие на вид, жутковатые, с когтями и присосками.. Кажется, мужчинам хотелось кричать. Бежать. Да хоть что-то сделать!
Бернардо и сам не отказался бы упасть в обморок, да не получилось. Характер не тот. Щупальца ползли к остолбеневшим Мигелю и Мануэлю. Добрались, медленно обвились вокруг..
— Эти двое принадлежат мне, они обрекли смерти родную кровь, – пропел нежный голос, который мог равно принадлежать как мужчине, так и женщине.
И вспыхнул черный огонь.
На секунду все зажмурились, а когда очнулись – ничего уже не было.
И никого.
Только два мертвых тела на полу лежат. Спокойно так..
Лежат спокойно. А на лицах выражение ужаса. И запах такой.. у мертвецов и так сфинктеры расслабляются, но эти двое еще ДО смерти обгадились. От страха.
— Оказывается, не врут святоши, – пробормотал кто-то из присяжных.
Бернардо промолчал.
Врут, не врут.. какое это сейчас имеет значение?
— Прикажите доставить их в дворцовый морг. И похоронить без лишних почестей. Хавьер?
— Оба. Мертвы. Души призвать не удастся.
— Понятно. Простите, таны, я должен вас оставить.
Бернардо умудрился выйти из кабинета на своих ногах. Ровно и прямо. Чем очень даже гордился. Хавьер его догнал уже на пороге и сопроводил по всем правилам.
— Ваше величество, одному не положено.
Оставшиеся в зале люди услышали слово «отвянь». Но это им наверняка послышалось, не может ведь его величество выражаться, как какой-то рыбак? Никак не может!
Минут пять присутствующие сидели, смотрели на два мертвых тела.
Потом очнулся судебный исполнитель, начал что-то делать, отдавать команды.. тела подняли и потащили.
В морг?
Ну и пусть их, в морг! Может, так оно и правильно. Все же подписать приговор члену королевской семьи – чревато. Не могли эти двое при мятеже погибнуть или как-нибудь самоубиться..
Интересно, кто это их?
Наверное, тот самый демон, которому они служили.
Фу, гадость какая! Редкостная!
* * *
Территорию суда Хавьер знал отлично. А потом втолкнул короля в небольшой коридор, потом направил в комнату – и Бернардо, наверное, впервые в жизни очутился в каморке уборщицы.
Уселся прямо на перевернутое ведро, опустил голову на руки, выдохнул.
— Спасибо.
— Не за что. Дыши давай.
— Дышу. Что это было?
— Не знаю. На демона похоже..
— А ты не мог.. как-то..
Хавьер развел руками.
— Честно говоря – не захотел.
— Что?!
— Я в первую очередь за тобой следил, – невинно пояснил некромант, который как-то незаметно из категории «подчиненный» перешел в друзья, и понимал, что некоторые вещи говорить вслух не стоит. Они и так их понимают, оба. А воздух сотрясать – зачем? Пусть поживет спокойно, без потрясений. – Если бы демон напал на тебя, я бы вмешался. А пока она забирала свое – пусть. Я мог бы вмешаться, но с непредсказуемым результатом.
— Кто кого поборет?
— Примерно. Некроманты, которые смогли справиться с демоном – это Лассара. И то, подозреваю, там не все так просто. Я бы не потянул. Если бы она напала на тебя, я бы дрался. А если нет..
— Если бы она напала на судей?
— Не знаю. Наверное, попробовал бы удалить тебя из зала и тоже дрался, – не стал врать Хавьер.
Бернардо с силой растер лицо руками.
— Эта дрянь где-то здесь?! Как оно вообще сюда пролезло?
— Будем искать. Мне кажется, это сами подсудимые сделали.
— То есть?
— Отдавая свою душу демону.. мы же не знаем, какие обряды они проводили. Или – что делали с ними?
— То есть?
— Они оба – не маги. А мединцы были магами, тот же Мартин, тот же Бустос, и это не полный список. Что маг может сделать с обычным человеком – рассказать?
— Обойдусь. Ты полагаешь, в какой-то момент моих кузенов просто отдали демону?
— Почему нет? Они могли сами ни о чем не догадываться, а мединцы просто сделали. И промолчали. Как страховка.
— Они же планировали – Мерседес..
— Может, и ее хотели похитить для этого ритуала. Может, подстраховались. Тот же Мигель не знал, что Мерседес существует. Я помню, я читал протоколы.
— Могли перестраховаться, – согласился Бернардо.