Страница 309 из 328
Хавьер украдкой коснулся губами щеки Треси.
Его подруга.
Его любимая, самая лучшая, самая замечательная и талантливая. И послезавтра станет его женой.
Что еще надо для счастья?
Хавьер даже готов был потерпеть на свадьбе родных Треси, но тут уж воспротивилась сама девушка.
— Не хочу. Они мне и Пабло не простили, так нечестно!
— Нечестно, – согласился Хавьер.
Феолу сдал Анхель. А вот кто приволок туда Треси?
С чьей подачи его невеста чуть не уплыла в Форсманскую империю?
Надо бы сходить, поговорить с капитаном корабля. И некромант улыбнулся невесте самой нежной улыбкой.
* * *
Допросы заняли еще сутки. Но по результатам компания собралась в том же составе.
Первым докладывал Амадо.
— Я не стану пересказывать то, что сказал ранее. Я начну с роли Оскара Рикардо в случившемся. Должен сказать, что она достаточно посредственна. Если бы не было графа Фальконе, нашелся бы другой. Подозреваю, договорились бы с герцогом Мануэлем. Мединцам нужен был подконтрольный и управляемый король. И желательно женатый на одной из них.
— Виктория Мегана? – словно в пространство обронил Бернардо.
— Их бы это не остановило. Подстроили бы несчастный случай, а сам по себе герцог достаточно управляем. И податлив на манипуляции. Красивая девушка, страдающий принц, утешения.. все прекрасно прошло бы.
— Не думаю, что Мерседес согласилась бы, – нахмурилась Феола. – Да она и не умеет.
— А на что готова была твоя подруга ради братьев? – коварно уточнил Амадо. И увидел, как бледнеет подруга.
— На всё.
— Вот. Малыши Хавьер и Николас никому не были нужны живыми, разве что мединцам – для подстраховки. Мединцы просто выкрали бы их и держали у себя. И Мерседес выполняла бы все приказанное. Родных она любит.
— Очень. Как умеет, конечно, но любит. Я даже удивлен, что мединцы так могут, – кивнул Хавьер.
Феола сверкнула на него глазами.
— Могут. Те, кого эта тварь изменяла сильнее, те, конечно, нет. Но жившие с людьми, среди людей, те, в чьи души и тела она практически не лезла – могут. И потом.. за это надо сказать спасибо Веласкесам-старшим. Вирджиния хоть и любила детей, но отстраненно, показать этого не умела. Ее муж тоже. А вот дедушка и бабушка детей обожали. Мерседес видела, что такое любовь, и знает о ней. Да и Вирджиния.. своего первого мужчину она любила. Может, и сейчас любит.
Серхио Вальдес чуть-чуть покраснел ушами. И перевел тему.
— Ваше величество, надеюсь, вы подпишете ордер на казнь графа Фальконе?
— И не только его. Всех троих злоумышленников. Фальконе казнить за убийство Бриссы Паулины Фальконе, этого достаточно. Не будем говорить о заговоре.
— А его высочество и герцога?
Бернардо ледяными глазами посмотрел на Хавьера.
— За покушение на меня и Игнасио. Они искренне думали, что они стоят во главе заговора, вот и пусть за это расплачиваются. Я их щадить не стану.
— Будет ли это разумно? – вздохнул тан Кампос. – Все же королевская кровь, а в государстве и так может начаться брожение.
— Брожение, ферментация.. лишь бы не гниение! – огрызнулся Бернардо. – Я не могу оставить их в живых. Либо найдется кто-то, кто решит снова устроить заговор, с этими двумя во главе, либо меня посчитают слишком слабым, чтобы сидеть на престоле. И кто-то попробует меня на прочность. Обойдусь.
Феола кивнула.
И подумала, что есть выход, который не озвучили вслух ни Бернардо, ни кто-то другой. Потому что лучше такого не предлагать.
Можно попросить Хавьера.
Можно попросить Феолу.
Они оба смогут сделать так, чтобы обвиняемые просто уснули и не проснулись. Могут многое сделать. Но.. Бернардо не хочет рисковать и спускать волка с цепи. И правильно. Впрочем, у нее выход есть. Но она о нем промолчит.
Даже Амадо не расскажет – зачем? Лишние знания – лишние горести, а ее любимый мужчина и так достаточно настрадался с такой супругой.
Амадо излагал подробности заговора.
Из-за того, что заговорщики тянули одеяло на себя, и получались досадные накладки. Наверное, единственный, кто действовал по плану – это его высочество Рамон Рикардо. Отравил дядю, да и помер вместе со всеми. А остальные изощрялись кто во что горазд.
Вирджиния хотела свободы, ее супруг – денег, мединцы – демонессу и власть, принцы трон и власть.. вот и получались накладки. Всех дыр сейчас не закроешь, понятно, допросить кое-кого уже не получится. Но с той же Эвой Марией Вильялобос Амадо поговорил, пока та еще не умерла. Оказалось, одно из похищений Мерседес подстроили как раз мединцы. Хотели украсть девушку и разъяснить ей все в подробностях. И кто, и что, и как ей дальше себя вести.
Почему нельзя было просто пригласить ее к бабушке и все показать?
Потому что этим – не напугаешь. А мединцам надо было начинать запугивать свою марионетку. Чтобы она была податливой и управляемой.
Феола попытку похищения пресекла.
Повезло.
Мерседес и тана Мальдонадо на совете не было. Им хотелось побыть вдвоем, да и что они могли бы сказать по существу дела? Они же не знали всей картины, вот и не надо их тревожить.
Просвистела мимо смерть – и хорошо, что мимо.
Понятно, все, кто помогал раскрыть заговор, без награды не останутся. В зависимости от желаний.
У Амадо – повышение и поместье в подарок. А то жить на жалованье семейному человеку несолидно. Феоле – дом в столице. Чтобы было, где жить. Вряд ли она захочет делить дом с Альбой, а той.. пусть ей хоть их дом остается, все же туда и ее родители вложились. Пусть живет, когда из монастыря выйдет, и Карлос к ней вернуться сможет, после путешествия. Может, и жену туда приведет, кто знает?
Феола вежливо поблагодарила.
Для шамана деньги не главное, она и так может их получить в любом количестве. Но – приятно. Амадо тоже был доволен. Особенно когда Бернардо пообещал лично вести невесту к алтарю. В качестве любезности. И отца ее рядом нет.. хорошая замена получится.
Хавьер тоже получал отдельное поместье. И тоже дом в столице для Треси.
Досталась земля и Серхио Вальдесу. А Мерседес и тану Мальдонадо Бернардо пообещал свою протекцию. Для художников это важно.
Тан Кампос мог оставаться на своем посту, сколько ему захочется. Денежную награду, причем нескромную, и орден, он получит. А поместья у него и самого есть. Если захочет – попросит.
Дополнительное финансирование получал и Храм. Бернардо мог себе это позволить. Сколько мединцев раскрыли – и они не бедствовали, о, нет!
— А что будет с остальными мединцами? – поинтересовалась Феола. – Сколько их сейчас на попечении закона?