Страница 68 из 81
С этими словами я подмигнул и поднялся со стула. Женщина нервно сглотнула, прожигая на мне дырку глазами. Плащ остался в коридоре на каком-то суке, остальное же было на мне. И я стал медленно раздеваться, стараясь сделать подобие мужского стриптиза.
Выходило, конечно, коряво, но на безрыбье и Сергеич круче любого «Тарзана». В общем, я поиграл с жилеткой, показав «горячего Вассермана», отчего Феодора открыла рот.
Потом бросил одежду в сторону и медленно снял ремень. Дальше я покачал бедрами (как умел) и аккуратно стянул кофту, затем рубашку.
В конце нагнулся до пола, снимая штаны. От этого зрелища отшельница чуть не свалилась. Когда я остался в одних трусах, она резко поднялась с места.
— Мне тоже постирать вещи надо… Вспотела немного, от всего, ну ты понял, — томно сказала она.
Женщина расстегнула жилет, под которым ничего не было. Наружу вырвались большие сочные груди, которые слегка отвисали, но все равно были очень нежны, будто наполнены свежим соком.
Тут уже я не сдержался. Не чувствуя под собой пола, проплыл через комнату и впился в аппетитный «арбуз» губами, сжав другой при этом ладонью.
Мне хотелось ласкать эту гору мышц, жаждущую мужского внимания. Заменить ей все «огородные причиндалы», показав, что такое секс с мужиком. Хотелось, чтоб все длилось долго, но вышло немного иначе.
В какой-то момент, Феодора громко ахнула и меня отстранила. Казалось, что-то не так, я даже немного опешил. Взгляд женщины стал отрешенным. Она крепко поцеловала меня, потом взяла за задницу, подняла и аккуратно положила прям на пол.
Я не успел даже пикнуть, горячее тело свалилось на меня сверху, а влажная плоть крепко прижалась к члену.
— Прости, не могу, — виновато протянула дамочка.
И начались сумасшедшие скачки. Причем, это не красивое слово, не преувеличение и даже не перегиб. Бабища прыгала на мне так… как никто еще в этом мире.
Она не стонала, не охала, а рычала, как чертов медведь. Несчастная избушка ходила ходуном, казалось, пол просто провалится, и нас как одеялом накроет крышей из веток.
Такого не было никогда в моей жизни. Пришлось останавливать бабу при сексе! Это выходило с трудом. Лишь жесткие покусывания за сосок возвращали Феодоре человеческий облик, и то совсем ненадолго.
— Дааа! — грозно кричала она, раздавливая меня как колорадского жука.
— Нееет! — вопил я, но было уже бесполезно.
В конечном итоге, женщина издала страшный визг и вскоре все резко кончилось.
Какое-то время я был практически мертв. Меня будто парализовало или что похуже. Не мог убрать даже пряжку ремня, которая попала под копчик.
Не известно, сколько мы провалялись, но на улице вечерело, все вокруг обрело красный цвет, из окна повеяло холодом.
— Прости меня, я чудовище, — в какой-то момент сказала дамочка, которая лежала возле меня, похабно раздвинув ноги.
До сих пор не мог привыкнуть к тому, что местные женщины думают, будто они нас насилуют. Чуть было не ляпнул «да ладно», но в голове созрел хитрый план. Земные бабы отлично нами манипулируют. Почему б не перенять этот опыт?
— Да, — хныкнул я. — Ты чуть мне все не сломала. Нельзя так с мужчинами. Сама как медведица.
После этих слов я невольно посмотрел на мокрые кусты, причем взгляд был направлен совсем не в окно…
— Ой, не знаю, как это вышло. Я из знатного рода… была. Просто сейчас давно без мужчины.
— И что? Это не повод! Надо контролировать свои инстинкты, — изобразив обиду, произнес я.
— Надо. Я извращенка, прости.
Федя заморочилась не на шутку. Игра начинала выходить из-под контроля. Потому я провел рукой по женскому телу до самого низа и сказал:
— Не парься. Ты можешь загладить вину.
— Ого, это как? — тут же оживилась дамочка.
— Показать насколько ты ласкова. Чтоб я понял, что был с настоящей аристократкой, а не с какой-то маньячкой.
— А в этом плане… Стоп, что? Ты снова, что ль хочешь?
— Не то что бы я. Просто надо дать второй шанс одной грубой бабе.
— О, хорошо. Иди ко мне, сладкий!
Феодора хотела залезть сверху. Но я остановил ее жестом, потом привлек к себе и надавил на голову, делая явный намек.
— Ты хочешь, чтоб я тебя ртом? — ошарашенно спросила она.
— Конечно, ты ж должна исправляться.
— А может… не надо?
— Надо, Федя, надо!
Я надавил чуть сильнее. Хозяйка посопротивлялась для вида, но все же не смогла устоять. Похоже, она раньше так делала. Во всяком случае, получалось вполне неплохо.
Я вскоре стонал от удовольствия, глядя на большой оттопыренный зад. Спустя какое-то время, мы снова занялись сексом, на этот раз в позе «раком». Я завалил отшельницу на стол и раздвинул ее накачанные ягодицы.
Сбылась мечта любого любителя спорта. Я имел настоящую тяжелоатлету или боксершу, и это было улетно. Мы протрахались весь вечер, забыв о стирке одежды. Благо, все было не очень уж грязным, да и долго скитаться в лесу не планировал. Так что постирать еще точно успеется!
Все закончилось на кровати, где мы валялись голышом при свете луны, наслаждаясь ночной прохладой. Я смотрел в лицо женщины, которое стало серьезным и гордым. В полумраке она и правда напоминала помещицу, знатную владелицу имения, которая даст фору каждому мужику.
И почему такая роскошная краля шатается в лохмотьях посреди леса? Сейчас самое время спросить. Голые люди склонны говорить правду, особенно после того, как их поимели.
— Федь, а как ты сюда попала? То есть, почему решила уйти, раз была так богата? — в глухой тишине спросил я.
— Как ты меня назвал? — вздрогнула дамочка. — Не знаю, я же сказала, так вышло.
— Само просто так не выходит. Даже штаны сами редко спадают, — усмехнулся, погладив женщину по бедру.
Отшельница немного растаяла. Она поняла, что мне нет смысла над ней насмехаться и все такое. Федя положила подушку из травы так, чтобы лечь поудобнее и с трудом начала говорить, глядя на диск луны, маячивший за окном.
— Богатство не всегда несёт счастье. Наша семья вечно подвергалась нападкам. Потому мы дружили с другими, образуя собственный клан огненной магии. Но в какой-то момент все распалось. Главу клана убили, пара семей переехали. А сестра моей матери умерла, и это ее подкосило. Дела шли ужасно, земли у нас забирали… Денег становилось все меньше.
— Финансовый кризис что ли? — вставил я, чтоб хоть как-то разрядить обстановку. — У нас этих кризисов куча, но не в лес же теперь уходить.