Укротитель амазонок 2

Глава 23

Оказывается, здешние кролики совсем не проглоты. Они оборотни, пожирающие все живое, а проглоты — в другом лесу. При любом раздражении эти гады превращаются в сухопутных пираний.

Мне повезло, что вообще вышло скрыться. Сомнений точно не оставалось, меня офигенно подставили. Хотя, чего я хотел? Теперь выходить из леса опасно. Поймут, что я выжил и кокнут.

Но и прятаться в глуши — тоже не вариант. Конечно, задница Феодоры вполне себе неплохая. Но для такого «семейного быта» я пока не готов.

— Так вот я и живу. Сейчас трава на приправу нужна, вот пошла к дальним соснам. Если б не это, Барку бы тебя съел, — сказала женщина, когда мы выбрались на поляну, где стояла избушка Бабы Яги, только без курьих ножек.

Домик из толстых палок был покрыт пучками травы. Вокруг тянулся плетень, цвели цветы и росли разные овощи. Прям дачный участок посреди леса. В Подмосковье такое бы стоило миллионы.

— Ого, — выдохнул я, увидев владения женщины.

— Да, как-то так. А одежда моя — это олень один умер. Сама никого тут не бью. Даже, вон, медведя почти приручила, — произнесла Феодора.

— Вот как? Я думал местные бабы все кровожадные.

— Да не… Талион. Была б я кровожадной, начала б сразу мстить. А не ушла бы сюда.

Точных причин ухода из общества Феодора мне не сказала. Неизвестно, кому, за что мстить. Настаивать было глупо, и я решил поговорить о чем-то простом, чтоб не накалять обстановку.

— У тебя неплохой огород, — сказал, когда подошли чуть поближе. — Что на нем хоть растет?

— Да, даже в глухом лесу я все время при деле, — усмехнулась женщина. — На грядках нет ничего особенного. Все что нужно для одинокой бабы. Огурцы вот, морковка, баклажаны и несколько кабачков… если на крайний случай.

— Это да, — сказал я. — Одиночество сволочь.

Феодора покраснела и уставилась мне ниже пояса. Я сделал вид, что не вижу, но понял, что она тот еще «вахтовик». Надо бы утолить ее «голод», только сначала реально поем. Ведь все эти приключения разожгли аппетит, а припасов у меня не осталось.

Женщина повела сразу к дому, вскоре мы вошли внутрь, где было две маленьких комнаты. По сути, лишь кухня и спальня, но для дремучего леса сойдет. Причем, все сделано из палок и прутьев, настоящая эко гостиница.

Я даже зауважал эту дамочку. Ведь она мастерила все своими руками, от стола и стульев из лозы до пола и стен.

Мы вошли и сели за стол, глядя в окно без стекол на зеленые грядки. Казалось, что женщина даст поесть. Но она несла всякую чушь о том, как хорошо жилось раньше. И что она была настоящей воительницей, с детства училась военному делу и прочее.

— Ну, так-то вот я жила. Кто же знал, что все поломается, — подытожила барышня, смотря на закат, который медленно разгорался за лесом.

— Эээ, это круто. А у тебя есть что поесть? Извини, обычно я не прошу. Просто сейчас, сама понимаешь, — не выдержав сказал я.

И дама подпрыгнула на стуле, как те адские кролики.

— А, ой прости! Точно, ты ж это. Я просто не знаю, что едят парни. Давно мужика не было. То есть, в гостях, в смысле не входили в мою бедную… избу. Ну, ты понял, — покраснев, пояснила мне Феодора.

Я зажал рот, чтоб не ржать. Со стороны такое поведение реально смотрелось тупо. Пришлось приложить массу усилий, чтоб стать серьезным и спокойно сказать:

— Парни едят все, что видят. Тащи то, что есть и не парься.

— А… прямо так… ну да ладно, — замявшись, сказала женщина.

Она ушла в крошечный коридор, где, наверное, были припасы. Я остался один, и принялся рассматривать интерьер, которого тут почти не было.

С голоду не мог думать ни о чем кроме пищи. Вдруг заметил, что шторка, служившая дверью в другую комнату, приоткрыта. И на кровати лежит не что-нибудь, а редиска.

Я пошлёпал себя по щекам, казалось, это лишь глюк. Но на постели реально были красные клубни, нанизанные на верёвку, как бусы.

«Черт, я б погрыз», — пронеслось в голове.

Забыв о мерах приличия, я будто зомби направился в спальню. Уже почти схватил вожделенный корнеплод, как вдруг послышался голос хозяйки.

— Талион, ты сбежал? Ну вот… То есть, стой!

Последние слова женщина выкрикнула так, будто я поливал ее хату бензином. Я пулей выскочил из комнаты, и увидел красное лицо мощной дамочки.

— Что случилось? — спросил, вытаращив глаза.

— Ничего. А что ты там делал?

— Редиску нашел, — честно ответил я, ведь это не самое страшное преступление. — Просто есть хочется. Без обид.

— Что, что? Это не для еды! — громко крикнула женщина.

— А для чего, — нахмурившись, процедил я…

— Для меня. То есть, мое. В смысле магия! — выпалила дамочка, чуть не провалившись под пол.

Я вспомнил некоторые ролики в интернете, которые случайно (или не совсем) иногда смотрел. Связка редисок напоминала одну интересную вещь. Женские бусы, которые служат не совсем как украшение.

«Вот же я остолоп! Вогнал кралю в краску! А разве догадаешься тут, когда раза три чуть не сдох?», — со стыдом подумал и попытался успокоить красотку.

— А, прости я тупой… Вообще, хорошо, что ты «магией» занимаешься, пусть сама с собой, одна в смысле. Лучше так, чем быть как ведро с песком. Короче, давай поедим!

На последних словах я улыбнулся, и это отлично сработало. Женщина хитро ухмыльнулась, пожирая меня взглядом. Из ее рта вырвалось «Ага», и мы направились к столу, где ждал сытный ужин.

Конечно, не столовка в гареме, где почти «ол инклюзив», но все равно, очень даже неплохо. Вяленая рыба, грибы, картошка, напиток какой-то на травах. Все это позволило мне набрать форму, забыв о былых передрягах.

Но чем больше я насыщал желудок, тем больший голод разгорался внизу. Да и квас, походу, был с градусом, что-то вроде слабого пива.

Вскоре я разомлел, ощутив себя Бэтменом, который готов к любым подвигам.

Сегодняшняя краля была довольно сурова. Надо было разработать план по ее покорению, чтоб не вышло все слишком тупо. Нужно прогуляться куда-то или вынудить ее, меня лапать… Только как, все не просто.

Думая об этом, я случайно задел ногу женщины под столом. И тут… все случилось стремительно. Дамочка ахнула так, будто испробовала кабачок со своей грядки.

Она взяла кружку с напитком и сделала несколько больших глотков, после чего, сказала:

— Ну, все, давай, раздевайся!

— Эээ, — протянул я, сильно от такого опешив.

— В смысле, тебе постирать это надо. Одежду свою. Мальчики не ходят грязными, так ведь?

— Многие нет… но мне нравится. Иногда быть грязным даже в чем-то приятно.