Страница 41 из 61
Санни услышал голос матери, перевитый густым карканьем, напомнившим ему и родной город, и тот факт, что каждое мгновение жизни ворон полно агрессии: их крики велят держаться подальше, их крылья остры, как мечи, они грабят и убивают день напролет.
– Не хочу мешать твоей работе, – начала Бабита, – работа превыше всего. – Она пыталась изобразить безразличие, но у нее свербело в подмышках. – Ты помнишь то семейство в Аллахабаде?
– Нет, и меня это меньше всего волнует, – сказал Санни. – Лучше не вмешивайся, ма. Ты думаешь, это безвредно, а это вредно.
У Бабиты сердце подпрыгнуло.
– Кто это вмешивается? – воскликнула она и поторопилась добавить, чтобы подчеркнуть, что суть вовсе не в том, что она не хочет, чтобы Санни кого-то себе подыскал, а просто не этого человека и не сейчас: – Ты сам подыщешь себе кого-нибудь, когда будешь готов!
– Ну, я-таки уже подыскал! – вырвалось у него, подстегнутое обидой Уллы.
– Что ты имеешь в виду?
– У меня есть девушка! – закричал он так, будто эта девушка его уже допекла.
– Кто она?
– Неважно кто! И в любом случае, это ненадолго.
– Правда?
– Да! Особенно при всей той ерунде, которую вы тащите в мою жизнь!
Бабита немедля позвонила полковнику, перекрикивая ворон по оба конца линии.
– Санни не заинтересован, – сообщила она. – Ему нужен кто-то посовременней.
– Отлично! – обрадовался полковник, потому что это означало конец вражде с женой, которая считала, что их коварно принудили выменять Санни на кебаб.
Но теперь, когда Бабита разобралась с Соней, до нее достучалась ошеломляющая новость о том, что у Санни в Америке есть подруга.
В полвосьмого утра вошла Винита с чайным подносом и газетой. Бабита первым делом открыла страницу о путешествиях и нашла отчет про круиз по Аляске. Для индийских детей, добившихся чего-то в Америке, стало этаким пунктиком дарить родителям круиз по Аляске, позволяющий тем в течение недели испытать то, что они всю жизнь желали потомству, – блаженную возможность притвориться, что они не индийцы и что никакой Индии нет. Там, на Аляске, они могли вдосталь наглядеться на белых людей, на пустынные белые пространства и уговорить себя, что оно так и есть. Но страннее всего то, рассудила Бабита, что в стремлении смыться из Индии считывают патриотизм: дескать, если был достойным индийцем, так и быть, станешь американцем.