Страница 2 из 86
Глава 1. О пользе хорошего блефа и вреде серебряных ректоров
Выйти из кабинета ректора с гордо поднятой головой, не выдав паники ни единым вздохом — выполнено.
Тяжелая дубовая дверь захлопнулась за моей спиной с глухим, роковым стуком, отсекая меня от ледяного присутствия магистра. Едва сделав семь размеренных, подчеркнуто спокойных шагов по коридору, я завернула за ближайший угол, скрываясь из зоны видимости. Силы мгновенно покинули тело. Я практически рухнула спиной на прохладную, шершавую каменную стену и судорожно, со свистом выдохнула, пытаясь унять крупную дрожь в коленях. План-максимум по спасению собственной шкуры был перевыполнен с занесением в личное дело.
— Твою же мышь через колено.. — беззвучно прошептала я, накрывая ладонью грудную клетку.
Сердце колотилось где-то в районе горла, словно пойманная птица, ломающая крылья о ребра.
— Рокси, девочка моя, ты только что станцевала танго на минном поле. И, кажется, пара снарядов уже взведена.
Магистр Элиас Вернер. Главный ночной кошмар всей Академии Огня, самый молодой ректор в истории королевства и мужчина, чьи широкие, обтянутые дорогим сукном плечи могли, кажется, выдержать падение небосвода. Ну или, как минимум, весь колоссальный вес моего криминального таланта. Вблизи, на расстоянии вытянутой руки, он выглядел в сотни раз опаснее, чем на общих потоковых лекциях. Его серебряные волосы пахли настоящим ледяным ветром, горной хвоей и резким, колючим озоном. А этот взгляд.. Знаете, бывают люди, которые смотрят на тебя и оценивают фасон платья. Этот гад смотрел и видел плотность моей костной ткани, микроскопические дефекты на фальшивой печати моих документов и, кажется, то самое черничное пирожное, которое я нагло стащила из столовой три часа назад.
Внутренний зверь внутри меня — пушистая, упрямая и крайне азартная рысь — сыто потянулся в глубинах подсознания и выпустил полупрозрачные фантомные когти.
«А ректор-то хорош, — отозвалось в голове ленивое, вибрирующее мурчание. — Какой альфа.. Мускулы — литой камень! Сила — чистая магия! Давай его укусим? Чисто из спортивного интереса».
«Замолчи, блохастая катастрофа! — мысленно рявкнула я на свою вторую сущность, загоняя ее в ментальную клетку. — Он нас не укусит, он нас на воротник пустит! И на коврик перед камином в своем охотничьем домике».
С трудом заставив ватные ноги двигаться, я быстрым, почти шпионским шагом направилась в сторону жилого крыла. Нужно было срочно смыть с кожи этот липкий, пахнущий чужой силой страх и, что еще важнее, посоветоваться со своим единственным и неповторимым сообщником.
Дверь в нашу комнату в общежитии я не просто открыла, а практически выбила плечом, вваливаясь внутрь.
— Твоя подруга официально труп, объявляй минуту молчания и доставай траурные ленты! — с порога заявила я и плашмя рухнула на свою кровать, зарываясь лицом в прохладную подушку.
С противоположного конца комнаты донеслось испуганное шипение, а затем пространство мгновенно заполнил отчетливый, едкий запах паленых перьев.
— Рокси, мантикора тебя раздери! — Марго, моя лучшая и единственная подруга, подпрыгнула на стуле, судорожно туша подушечками пальцев загоревшийся угол лекционного блокнота. — Я из-за твоих эффектов чуть комнату не спалила! Что случилось? Тебя вышвыривают? Приказ об отчислении уже на столе?
Марго была настоящим огненным магом — потомственным, абсолютно легальным и чрезвычайно взрывоопасным. Копна безумных рыжих кудряшек, россыпь ярких веснушек на переносице и характер, полностью соответствующий ее яростной стихии. Мы дружили с самого детства, еще с тех пор, как меня, подкинутого младенца, усыновила семья обычных, обделенных магией людей. Мои человеческие родители до сих пор не подозревали, что их милая блондинка-дочь по ночам превращается в дикую лесную кошку, а в девятнадцать лет решится на безумие — подделает документы погибшей дальней родственницы-мага, чтобы поступить в элитную Академию Огня.
Только Марго знала всю правду. И только Марго согласилась прикрывать мою пушистую задницу в этом оплоте боевой магии и жестких законов.
— Хуже, Марго. Намного хуже, — я тяжело перевернулась на спину и уставилась в потрескавшийся белый потолок. — Вернер меня расколол. Ну, точнее, почти расколол. Прямо в лицо сказал, что в моих бумагах зияют несостыковки, резерв скачет, и что он обязательно выяснит, кто я такая.
Марго побледнела так стремительно, что ее веснушки стали похожи на брызги золотой краски на блеклой стене.
— Сам Ректор Серебряный Волк? — прошептала она (в академии Вернера за глаза называли волком за его повадки идеального хищника и редкий цвет волос). — О великое пламя.. Рокси, если он узнает, что ты перевертыш без государственной лицензии, тебя закроют в казематах инквизиции до конца дней! Перевертыши обязаны регистрироваться и носить сдерживающие браслеты, а незаконное обучение боевой магии — это пожизненная каторга на рудниках!
— Знаю, — я резко села, и в моих глазах, вопреки леденящему страху, загорелся привычный, шальной азарт. Тот самый, из-за которого я с самого детства ввязывалась во все сомнительные авантюры. — Но знаешь что? Он ведь еще ничего не знает наверняка. Он только подозревает. Он блефует, Марго! Пытается взять меня на слабо, заставить дергаться, паниковать и совершить глупую ошибку.
— И что ты собираешься делать? — Марго с явной опаской посмотрела на мою ухмылку. Подруга прекрасно знала: когда на моем лице появляется это выражение, где-то в мире начинает тихо плакать один министр магии.
— Повышать ставки, — я поднялась с кровати, подошла к треснувшему зеркалу и легким движением поправила растрепавшиеся светлые волосы. — Он думает, что я испугаюсь, сломаюсь и сама прибегу к нему с повинной? Плохо он знает блондинок. Я заставлю его сомневаться в собственной правоте.
Я отчетливо вспомнила, как близко он стоял. Вспомнила тяжелый, гипнотизирующий взгляд его стальных глаз и то, как его горячее дыхание обожгло мою кожу. Психология мужчин — штука предсказуемая, даже если этот мужчина — сильнейший боевой маг королевства. Если я не могу победить его грубой силой, я побежу его интригой. И легким, чисто женским хаосом.
— Рокси, у тебя сейчас лицо маньяка, — заметила Марго, нервно натягивая рукава шерстяного свитера на пальцы. — Пожалуйста, скажи мне, что твой гениальный план не включает в себя соблазнение ректора.