Его дочь

4

Осень в том году наступила рано, сменив летнюю жару. Дни стояли прохладные и солнечные, а в парках было полно устраивающих пикники людей.

Мы с Арно старались проводить как можно больше времени вместе: спали у меня или у него, а по утрам, когда было время, брали велосипеды и ехали по Бруклину куда‑нибудь завтракать. Мне казалось, что наконец‑то я обрела дом. Однажды вечером, когда мы лежали в темноте, я сказала Арно: «Мне так хорошо с тобой».

В тот день мы бродили по Атлантик-авеню, заходили в антикварные магазинчики и в одном из них увидели рисунок художника, о котором я никогда не слышала.

– Он сошел с ума и умер в борделе, – поведала нам хозяйка магазина. – Я была с ним знакома.

Я заметила, что рисунок прекрасный: силуэты двух влюбленных, смотрящих в окно. Арно без колебаний купил его мне, мы подобрали для него рамку и повесили в спальне.

Арно хотел подарить мне еще брюки, на которые я обратила внимание. Он настаивал, чтобы я их померила.

– Давай купим! – говорил он, но я отказалась, рисунка было достаточно.

– Не надо меня баловать, – пошутила я, – а то привыкну.

Он даже немного расстроился, и я тоже.

И сейчас, в темной комнате, он переспросил меня:

– Тебе правда со мной хорошо?

В его голосе слышится удивление, и тогда я отвечаю вопросом на вопрос: