Тёмная советница

Вернон Лютер, одетый с иголочки, свежевыбритый и, судя по его виду, совершенно не выспавшийся, подлетел к ним и небрежно уселся на ближайший ящик.

Таиссе очень хотелось его обнять, но под напряжённым взглядом Лео она сдержалась.

— Вас здесь больше, чем я думал. – Вернон кивнул Лео. – Мне жаль насчёт твоего отца.

— Что с ним?

Лицо Вернона застыло, не выдавая никаких чувств.

— Пока нет конкретных новостей, – ровным голосом сказал он. – Как только узнаю больше, сообщу.

Таисса закусила губу. Они с Хлоей улетали, спасая себя. Если бы они забрали с собой хотя бы ещё кого-нибудь..

..то почти наверняка убили бы его, врезавшись в стену, или летели бы в три раза медленнее и не успели уйти. Но Таиссе трудно было думать об этом, зная, что она находится в безопасности, а те, кто был с ней в одном зале, возможно, уже мертвы.

Лицо Лео оставалось сдержанным, но он наверняка думал о том же самом. Если бы он не улетел в сверхскорости, оставив своего отца в другом конце зала, тот был бы здесь с ними. А так.. увидит ли Лео его вновь?

— Пирс, – негромко позвал Вернон. Таисса вздрогнула, очнувшись от размышлений.

— Да?

— Мне очень жаль. Твоя мать не успела уйти.

До Таиссы дошло не сразу.

— Уйти откуда? Где она?

Она поймала жалость во взгляде Хлои, прежде чем та отвернулась.

— Мелисса дошла до входных дверей, но на здание музея опустилось силовое поле неизвестного происхождения, – неохотно произнёс Вернон. – Скоро увидишь.

Таисса смотрела на Вернона расширенными глазами.

— Моя мать.. внутри?

— Как и мой отец, – резко сказал Лео. – Прими это и пойдём дальше. Лютер, как ты нас нашёл?

Его слова отзывались у Таиссы в голове бесполезным эхом. Её мать осталась в заложницах. Таисса могла бы её вытащить, могла остаться с ней, но она не знала, не знала..

— У нас есть некая союзница, которая помогла отследить Пирс по линку, – услышала Таисса голос Вернона словно издалека. – Я сразу отправился к вам. Рад, что наш всевидящий гость сюда ещё не добрался.

Таисса отрешённо вспомнила о пронзительном взгляде существа. В ту минуту на неё смотрела отнюдь не Лара, и изумилась тоже не она. Что это существо увидело в ней? Что его так удивило, когда оно глядело на Таиссу? Что?

И что увидела сама Таисса?

— Мне показалось, я видела настоящую Лару, – севшим голосом сказала Таисса. – Что она ещё существует. Что до неё можно достучаться. Мне показалось, да?

Вернон встал и наклонился к ней. Его рука легла поверх её.

— Я не знаю. Но всё куда хуже, чем ты думаешь, Пирс. Соберись.

«Пирс». Не «Таисса-рассудительность» и даже не «Таисса-отчаяние». Всё было настолько плохо.

— Что Лара сейчас вообще делает? – спросила Таисса.

— Откуда Лютеру знать? – мрачно спросила Хлоя. – У него же нет глаз по всей планете, а это существо всюду. Как спрут.

Таисса вспомнила о Ваади и его щупальцах и поёжилась. Вернон сжал её руку и выпрямился.

— Лара успела с вами что-то сделать? – спросил он. – Влезть в голову?

Таисса покачала головой.

— Внушений не было. Иначе Лара вмиг узнала бы у Хлои, где находится украденное тело.

— Возможно, разделённое сознание мешает, – задумчиво сказал Лео. – Другое дело, что и мы ему в сознание не влезем. Я бы точно не полез.

— Оно было одним разумным существом, прежде чем с ним сделали вот это, – негромко сказала Таисса. – Мы и сделали.

— Говори за себя, – резко возразил Лео. – Я в этом не участвовал!

— Мерзкая тварь, – бросила Хлоя. – Если бы я знала..

— Никто не знал, – тихо сказала Таисса. – Мы тоже тебя не остановили.

Таисса повернулась к Вернону.

— Выведи нас отсюда, – попросила она. – Ты сказал, над музеем висит силовое поле? Я хочу его увидеть.

— Сейчас увидишь. Просто я бы на твоём месте не стал приближать этот момент. – Вернон вздохнул. – Ладно, нет смысла. Идёмте.

Таисса шла, стараясь не шататься. Ночная сверхскорость её здорово измотала. Судя по Хлое, вышагивающей с высокомерным видом и очень прямой спиной, той досталось не меньше.

Лео шёл с непроницаемым видом, поглядывая на Вернона.

— Сколько тебе осталось? – вдруг спросил он.

— Месяца два плюс агония последней недели, когда стимуляторы перестанут работать, – отозвался Вернон беспечно. – Нужны детали?

Лео не повёл их бровью.

— Что с неврологическими симптомами?

— Пара обмороков. Если ты спрашиваешь, не надеваю ли я трусы на голову, – Вернон обернулся и смерил его нейтральным взглядом, – рано спрашиваешь.

Лео кивнул.

— Я продолжу спрашивать.

— Я знаю.

Вернон задержался перед выходом. Его рука сжала плечо Таиссы.

— Не твоя вина, Пирс, – еле слышно сказал он.

Таисса похолодела, застыв на пороге. Впереди светило солнце, но она видела лишь бледное лицо Вернона перед собой. Легкомысленная маска спала. В серых глазах было отражение чужих криков. Чужих смертей.

— Сколько людей погибло? – шёпотом спросила Таисса.

И услышала крик Хлои.

Стройная фигурка висела в тридцати метрах над землёй, уже не боясь ни работающих камер, ни свидетелей. И рыдала.

— Быстро сними её оттуда, – сдержанно произнёс Лео, кивнув Вернону. – Я не хочу устраивать драку в воздухе.

Вернон в сверхскорости ринулся вверх. Три секунды спустя он уже стоял с Хлоей на земле, плотно прижимая её к плечу.

Таисса молча смотрела на лицо Лео, с которого отхлынула вся кровь.

— Не смотри в ту сторону, – безэмоционально сказал Лео. – Если и ты начнёшь кричать, Лютер не справится с вами обеими.

— Я не буду кричать, – вполголоса ответила Таисса. – Что там?

Лео указал на крыши складов, над которыми только что висела Хлоя.

— Я ничего не видел, когда мы летели сюда, – его голос был мёртвым, потухшим. – Только слышал далёкий грохот и вибрацию. Мне было безразлично, что происходит, лишь бы наконец выбраться на свежий воздух. А там уже всё было кончено.

Таисса оттолкнулась от земли, поднимаясь над складами. Вся эта ночь была дурным сном, и ей очень хотелось проснуться. Или заснуть и оказаться где-то ещё. На галечном берегу возле Вернона, рядом с маленьким Тьеном в Кобэ, у костра с Диром в пустыне. Вместо этого..

Таисса застыла в воздухе.

— Не может быть, – прошептала Таисса. – Это декорации. Это..

В центре города за рекой виднелся огромный пустырь, полный каменного мусора. Над левой его частью рассеивалась пыль.

Если вглядеться пристальнее, можно, наверное, увидеть остатки клумб и мёртвые полевые цветы, заваленные выпавшими стёклами. Семейными альбомами. Обломками рояля.