Решать тебе

Мы оказались рядом со своим посёлком. Шли, минуя разрушенные дома окраины городка. Что-то изменилось, но пока ещё не ясно что. По пути не встретилось ни одного ходячего мертвеца. Удача или, возможно, их истребили на подступах к колонии. Вспоминал, как взял на себя ответственность и как хотел спасти людей.

– Папа, – позвал меня Нюта. Я, не оборачиваясь, отозвался, но она настойчиво просила меня обернуться. – Посмотри на меня!

Мы остановились разом все и, не понимая, что случилось с девушкой, разглядывали её. Все кроме Хаббала, который улыбаясь, проговорил, что теперь знает какого цвета у Нюты глаза.

– Как? Папа? – Она расплакалась, прижимая ладони к лицу. – Правда меня покинул тот дар, да и ладно. Хочется снова стать обычной.

– Нют, с глазами уже не привычно, – рассмеялся Ваня. – Но я рад. – Он обнял сестру.

Мы улыбались, шли быстрым шагом и верили, что нас точно ждут в посёлке. Я снова вспоминал слова Веры и ощущал, как внутренняя сила горит в груди огнём. А ещё подумал о Никите, погибшем парне дочери, Анне Семёновне, Рогаче и даже Одноглазом – все они сгинули из-за зелёного тумана, обратились в жутких тварей. Сердце сжалось, ведь тех, кого ты любил и ненавидел уже не вернуть.

На сторожевой башне стоял незнакомый парень. Он окрикнул нас и спросил, кто мы такие и для чего наравляемся в город. Я назвался, Харли и Ваня тоже сказали свои имена. Сторожевой открыл ворота, и мы очутились в знакомом и так изменившемся посёлке. Странно, что на нас не ставили стволы местные, не смотрели подозрительными взглядами, как это бы сделали раньше.

Парень сбежал по ступенькам и, подбежав, снова спросил, как меня зовут.

– Денис, – ответил ему, – обычно меня здесь звали Дэн. Интересно остались те, кто меня знал?

Парень кивнул. Махнул рукой одному из мужчин, и крикнул ему, чтобы тот отвёл нас к Оружейнику. Мы с Харли переглянулись. Перед глазами пронеслось превращение Макара в мальчика-ящерицу и его гибель.

– Ты тоже о Макаре подумал? – Ваня коснулся моего плеча.

– Да, сын, – кивнул я. – Думал, что Оружейник погиб. Это хорошо, что в посёлке есть тот, кто помнит нас.

Мы ускорили шаг, двигаясь к бару, там раньше я организовал штаб, и порадовало, что всё осталось по-прежнему. Незнакомый мужчина, шедший впереди, остановил нас жестом и первым вошёл внутрь. Я глянул на Хаббала, с интересом рассматривающим дома и людей.

– Не ожидал, что здесь так всё устроено, – ответил он, поймав мой взгляд.

– Я тоже, – ответил ему. – Сейчас встретимся со старым знакомым…

– За мной, – послышался голос, приглашающий внутрь штаба. Я двинулся первым и, войдя, увидел сидевшего за столом посередине большого зала Оружейника. Время не пощадило его. Или нам помог куб? – размышлял про себя. Полностью седой мужчина смотрел на меня и улыбался. «Обязательно расскажу ему про Макара», – пообещал себе, а пока протянул руку и почувствовал твёрдую и сильную ладонь старого товарища.

– Невероятно, – проговорил он низким голосом. Поднялся из-за стола и, подойдя ближе, обнял меня, потрепал Ваньку по макушке и протянул руку Харли. – Ленка, ты прям цветёшь, как девчонка, а Нютка-хулиганка повзрослела.

– Скажи, сколько нас не было здесь? – спросил я, не ожидая получить ответ, что минуло одиннадцать лет.

– Я вернулся сюда застав нескольких колонистов. Они и рассказали о зелёном тумане и об этом Дэвиде. Не думал, что свидимся.

– А уж мы-то как надеялись, – ответил ему Харли.

Поймав подозрительный взгляд главы колонии на Хаббале, я рассказал Оружейнику, кто такой наш друг.

– Он словно твой старший брат, – усмехнулся мужчина, и протянул руку моему товарищу.

– Макар ушёл с нами, – сказал ему, зная, что не смогу утаивать гибель сына от отца. Тот опустился в кресло и велел подручному сдвинуть стулья и приготовить кофе.

– Кофе? – удивлённо переспросил я.

– Несколько лет назад возобновились поставки из Африки, – ответил Оружейник. – Жизнь налаживается.

– А мертвецы?

– Вымерли как-то сами собой, – махнул рукой собеседник. – Сначала они казались нам не убиваемыми, но в один момент, – он глянул на помощника: – Скажи, Стас, сколько лет назад?

– Да восемь, как минимум, – подал голос невысокий паренёк.

– Сын мой, – как-то грустно улыбнулся Оружейник. – Младший. Макару было бы лет двадцать пять сейчас.

– Увы. – Я опустил голову и сжал пальцы. – Он оказался смелым парнем. Многое перенёс.

– Он стал мне настоящим другом, – добавил Ванька. Ненадолго в воздухе повисла пауза. Стало даже неловко рассказывать, что мы просто спасли вселенную и вернулись домой, чтобы наконец-то жить проще и без приключений.

– Хоть времени и прошло много, – начала Лена, положив ладонь на плечо Оружейника, – но Макара вспоминаем, как вчера. В одном мире мы познакомились с главой бункера. Его тоже звали Оружейник и у него сын так же по имени Макар. Просто верь, что где-то есть твой сын и у него всё хорошо.

– Спасибо, дорогая. – Оружейник похлопал её по руке. Глянул на меня, а я почувствовал давно забытый аромат кофе. – Рассказывайте и не упустите ни одну деталь, – проговорил глава посёлка, – ведь из тех, кто остался в живых никто не помнит вас, кроме меня.

Мы многое упустили, потеряли тех, кого знали, но если бы мы прожили этот путь снова, то ничего бы не изменили на стезе. Разве только я крепче бы держал за руку Макара. Или ему суждено было погибнуть в Мире Теней? Нет, я обязательно бы спас его. Вспомнил, что давал слово парню, что буду защищать его. Не справился. Досада сжала сердце, и я начал рассказ, а сын Оружейника Стас, приготовил тетрадь и ручку. Записывал всё, о чём говорил я, дополнял Хаббал, и рассказывали мои друзья и дети. Эту историю мы выучили наизусть. Приходилось повторять её ни один раз и всякий раз всплывало в памяти что-то новое, упущенное рассказчиками.

***

Прошёл месяц. Харли решил отправиться на запад. Приехал к нам на своём «харлее» и в душе царапнуло – вспомнил те времена, когда он появился в городе.

– Удачи, дружище, – пожелал ему и взял с друга обещание беречь себя. – «Красная звезда» с тобой?

– А то? – усмехнулся товарищ, похлопав себя по груди, на которой красовался орден из мира, где СССР не развалился. Что стало с тем измерением? Узнаем ли мы когда-нибудь?

Проводил взглядом уезжающий мотоцикл Харли, и в глазах защипало то ли от пыли, то ли от мысли, что нас ничего не смогло сломить и вместе мы команда. Теперь мой друг один, и я переживал.