Решать тебе

Отыскал быстро момент, как они оказались в Полисе. Шли спутники примерно тем же путём, что и мы и попали внутрь, когда андроиды отправились на общественные работы. Так называлась ежедневная дань обществу в виде сборки других моделей и ремонте старых, утилизации и созданию новых проектов. У каждого ТАТа своя ниша. И чем выше должность, тем сложнее подобраться к нему. Однако мы не собирались общаться с технопластиноидами, тем более вспоминая опыт Хаббала, не хотели получить на свои головы проблему в виде крысы, как робот Рэм. «Чёрт с ним, с Рэмом, – рассуждал я, читая записи Хаббала, – пробраться к Дэвиду не сложно. Народ Полиса боготворит его. К резиденции вёл отдельный лифт. Его даже никто не охранял. Чего бояться богу? – усмехнулся про себя я, – только забвения. Но до этого пока ещё далеко».

– По сути, выяснил лишь, что к логову Дэвида ведёт отдельный лифт, – сказал я спутникам. – Он приведёт к нему в любом случае, даже если это чудовище отлучилось для воплощения в жизнь новых коварных планов.

– А нам это не особо на руку, – сказал Харли. – А я ведь и не подумал, что Дэвида может и не оказаться в Цитадели.

– А кто же вещал из динамиков? – поинтересовался Ваня. – Или это просто запись?

– Не знаю. Пока не знаю, – ответил я, – идём. На месте разберёмся.

В городе стало тихо. Не слышалось щебетание андроидов и шорох от их пластиковых подошв. Казалось, мы слишком шумные, но я знал, что «Хамелеон» способен поглощать звуки. Оказавшись возле грандиозного здания, я предположил, что в роботах кое-что осталось от людей – желание возвыситься над теми, кто слабее и менее значим. Место расположения резиденции Дэвида, говорило о том, что тщеславие свойственное людям всё ещё живёт в металлических сердцах андроидов. Я первым вошёл внутрь. Стены, казавшиеся прозрачными снаружи, теперь не пропускали свет с улицы. Они переливались матовым светом от зелёного к синему цвету, плавно перетекая в фиолетовый. Ваня снова восхищённо причмокивал губами. Я понимал, что это не правильно, но меня его реакция бесила. Не сказал на этот раз ничего и велел держаться рядом.

– Войдём в логово Дэвида, сразу надевай кольцо, – сухо бросил сыну. – Всё может случиться и, если он подумает, что нас всего трое, это может спасти наш план.

– Хорошо, отец, – ответил Ваня, – не верится, что мы здесь.

– Та штука у тебя? – спросил Харли, вспоминая устройство с вирусом, которое дал моему сыну Садовник.

– Да, Харли, – кивнул Ваня, похлопав по нагрудному карману. – Я справлюсь, если что.

В груди что-то царапалось. Мы стояли на ленте эскалатора, напоминающим движущийся тротуар. Можно было идти вперёд, а можно просто стоять, дорожка медленно несла нас, пересекая этажи один за другим. Я насчитал их двадцать три. Чем выше мы поднимались, тем сильнее нарастало волнение. Эскалатор двигался по спирали и, глядя вниз, я видел, как удаляется холл с красивыми стенами. В животе сжалось. Пропасть между этажами становилась всё глубже. На двадцать четвёртом этаже обстановка выглядела куда более аскетично. Нам встретилось двое ТАТов, стоявших возле дверей одного из трёх лифтов. Кабинка, ведущая в так называемый пентхаус – справа. Подождали, пока на площадке не осталось ни одного технопластиноида, и Лена коснулась металлической панели лифта. Двери раскрылись, приглашая внутрь. Через несколько секунд мы уже стояли в логове Дэвида – странного места, где главным достоинством оказалась пустота и какая-то стерильность. Белая комната, лишённая окон, мебели и всего, что мы надеялись здесь увидеть. Впрочем, и главного злодея тут не оказалось.

– И что, будем просто ждать? – спросил Ваня. «Хамелеон» ещё над нами, я глянул на сына и сказал ему, что пора воспользоваться «малахитом». Сын не спорил, а сделал так, как я говорил. Исчез, не сказав, ни слова. А я почему-то вздохнул спокойно и тихо проговорил, как будто кто-то мог услышать меня:

– Держись пока рядом…

– Нет, отец, – услышал я голос Вани, в котором прозвучало противоречие и желание сделать по-своему. – Если явится Дэвид, то он может объявить тревогу и перекрыть все важные объекты Цитадели.

– В чём-то он прав, – согласился с парнем Харли. Лена вопросительно смотрела на меня, хлопая ресницами, а потом я ощутил, как её холодные пальцы коснулись моего запястья. Мы смотрели друг другу в глаза, и губы женщины тронула улыбка:

– Всё будет хорошо, Дэн.

Внезапно двери лифта раскрылись, но в кабинке никого не оказалось. Я решил, что это Ваня не послушал меня и отправился в отсек хранения всех загрузочных файлов, о чём твердил Садовник.

«Хамелеон» колыхнулся над головой. Я бросил взгляд в сторону, потому почувствовал некое возмущение пространства. Никого. Аплодисменты звучали слишком громко в пустом зале. Смех тихий и торжествующий оповестил о появлении хозяин резиденции. Плащ-невидимка в его руке. Мы словно голые стояли перед ним, а я всё думал, остался Ванька здесь или сбежал.