Страница 60 из 67
Арагон — мне показалось — как-то нервно или недовольно развернулся и отошёл в сторону.
— Ну почему, — голос в моей голове прозвучал холодно. — Я могу вернуть тебя на Землю, если ты этого хочешь.
— Прямо вот так сейчас — можешь вернуть?
— У тебя есть сомнения в моих способностях? — голос стал ещё холоднее, отстранённее.
Я почувствовала, что перегнула палку. Веду разговор не в том направлении. Ещё правда сейчас отправит на Землю, и что я там без него буду делать? Мне стало жарко от этой мысли.
«А он обидчивый», — мелькнуло в голове. Чтобы он сгоряча меня никуда не отправил, я быстро подошла к нему, обняла одной рукой за талию, другой взялась за его предплечье, прильнула головой к его спине.
— Арагон, — сказала я тихо. — А ты действительно хочешь, чтобы я ушла на Землю?
— Я никогда не говорил, что хочу этого, — ответил он. Голос оставался холодным.
Бывает так: одна неудачно сказанная фраза ломает тонкий момент. Когда надо было говорить другие слова, а вылетели эти. Я не нашла ничего лучше и проще, чем честно сказать:
— Я люблю тебя, Арагон. И просто не представляю, как без тебя жить. Я готова провести с тобой эту вечность — и ещё все вечности, какие будут.
Он развернулся, провёл рукой по моим волосам.
— У тебя интересная логика, — сказал он. — Вечность — она всего одна. Но ты права. Хочу кое-что уточнить. На мне лежит печать императора золотых драконов. Это очень мощная магия. Я наложу эту печать на тебя как на свою супругу. Но к императорской чете никто не смеет прикоснуться.
— Почему? — удивилась я. — А друзья? Те, кого обнимаешь при встрече, с кем здороваешься. Родственники. Те, кого любишь.
— Ну, если объяснять тебе доступным языком... представь себе ядерный реактор. Тебе он очень полезен — даёт свет, тепло. Но ты не можешь его обнять, потому что умрёшь. Так и магия печати императоров золотых драконов — она убивает всех, кто касается нас.
— К тебе никто не прикасался в течение этих сотен миллионов лет? — спросила я, представив, какой одинокой личностью должен быть император золотых драконов.
— Почему? Прикасались — родители, бабушка с дедушкой. Но Марс — их могила. Они саморазвеялись над Марсом в момент его гибели пятьсот миллионов лет назад. Атмосфера почти улетела с планеты. Ультрафиолет стал губительным для людей, которые не успели эвакуироваться с драконами на Землю или спуститься под землю Марса. Я был в это время уже на Земле с другом нашей семьи. Поэтому выжил. Погибла вся императорская семья, кроме меня.
Я представила его трагедию. Миллионы лет одиночества. Я не знала, чем он занимался всё это время, но супруги у него не было — раз я его истинная, случайно найденная.
— Мы сможем принадлежать только друг другу. Никто не сможет к нам прикоснуться. Теперь ты знаешь главное. Ты согласна разделить со мной вечность?
Я взяла его руку и приложила к своему лицу.
— Я готова разделить с тобой вечность. И всё, что угодно, — потому что без тебя мне не нужна моя жизнь.
Арагон улыбнулся. Взял мою руку и поцеловал. Меня словно молния пробила от его поцелуя — сердце ухнуло куда-то в пятки.
Он подхватил меня на руки и вышел из комнаты, которую я про себя назвала «операционной». Мы вышли в коридор. Справа была широкая лестница, ведущая наверх.
— Ну что ж, любовь моя, — сказал Арагон. — Пришло время Трону Владык воссиять.